ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ничего подобного! — возразила Мария. — Ему только того и нужно, чтобы мы зарегистрировались в какой-нибудь дыре. Тогда он сможет говорить всем и каждому, что я подтвердила его худшие опасения. Нет, мы обвенчаемся открыто и пошлем ему приглашение. Пусть делает все, что хочет.

Внезапно настроение Макса вновь изменилось. Его беспечность тут же испарилась.

— Мари, ты не знаешь, на что способен брат, — потухшим голосом сказал он. — Он не выносит, когда ему перечат, и сделает все, чтобы настоять на своем.

— А что он может?

— Что угодно. Даже похитить меня из церкви.

— Ты серьезно?

— Серьезнее некуда. У него есть друзья, которые за деньги сделают что угодно.

Мария подняла глаза. Макс смотрел на дорогу, но по его хмурому лицу было видно, что он не шутит. Она понимала, что Теодор человек властный, надменный и жесткий. Теперь она поняла, что его нужно бояться. Во всяком случае, Максик боялся. Это было видно невооруженным глазом.

— Куда мы едем? — спросила она.

— На шоссе. Мы возвращаемся домой.

— Домой? Но ведь твой дом здесь.

— Я имею в виду Мексику. Мы спрячемся, чтобы он не мог найти нас.

— Дорогой, ты шутишь?

— Нисколько. Я думал, все пройдет по-другому. Думал, что ты понравишься Теодору и он примет тебя в семью. Тогда все было бы намного легче…

— Ты думал, что я стану защищать тебя? — раздраженно спросила Мария.

Максимилиан только пожал плечами.

Мария почувствовала укол досады. Впрочем, какая разница? Она всегда знала, что Макс как мужчина еще не совсем сформировался. Но досада не проходила. Неужели он никогда не повзрослеет?

— Бензина маловато, — пробормотал он, глядя на приборную доску. — Здесь неподалеку заправочная станция.

Он свернул и остановился. Пока Малыш заправлялся, Мария вышла из машины. Она была взбудоражена и понимала, что сможет продолжить поездку только после серьезного разговора с женихом.

— Хочу кофе, — сказала она. — Кажется, здесь есть бар, открытый круглосуточно.

— Ладно, сейчас принесу.

Как большинство молодых американцев, Макс не расставался с маленькой кожаной сумкой на тонком ремне-так называемой визиткой. Вот и теперь, идя в бар, он вынул сумку из бардачка.

— Посиди. Я мигом.

Мария села и закрыла глаза. Она чувствовала себя совершенно разбитой. В голове не укладывалось, что только вчера она ехала по этой дороге, полная радости и надежд на будущее. А сейчас все рухнуло.

Нет, не все. Она положила руку на живот. Оставалось дитя, даже если она лишилась иллюзий в отношении его отца. Она обязана что-то сделать. Ради ребенка.

Макс вернулся с кофе и булочками и подарил ей прежнюю очаровательную улыбку. Мария напомнила себе, что перед ней все тот же милый, добрый человек, которого она любит. Стоит уехать отсюда, и все наладится…

Она протянула руку, пытаясь удержать сумку, небрежно брошенную женихом на сиденье, но опоздала, и та соскользнула. Макс судорожно схватился за ремень, однако сделал это недостаточно быстро.

— О Боже! — прошептала Мария, поднимая то, что выпало. — Как ты мог?

— Понимаешь, дорогая, я как раз собирался все объяснить…

— Это ведь деньги, которыми меня пытался подкупить Теодор?! — не веря своим глазам, воскликнула она. — Я сказала, что не приму их, а ты взял конверт за моей спиной?

— Перестань. Не поднимай шума из-за ерунды.

— Из-за ерунды? Ты знал, как я отношусь к этим деньгам…

— Что ж, они нам понадобятся.

— Но только не его деньги! — яростно выпалила она. — Чьи угодно, только не его!

— А чем эти деньги хуже других? Теодор мой брат. Почему он не может помочь нам?

— Потому что это не помощь, разве это тебе не ясно?

Глядя в его глаза, Мария видела, что он действительно не понимает трагичности происходящего. Таков был его характер — выбирать самый легкий путь. Марию снова затошнило. Что делать? Она сжала конверт и с ужасом нащупала в нем маленький твердый предмет.

— Что это? — Заранее зная ответ, она закрыла глаза. — Я же объяснила, почему не хочу брать его!

— Все это ерунда, — упрямо возразил Макс. — Дедушка отдал кольцо тебе!

— В знак того, что принимает меня в семью. А мы убегаем. Кроме того, он должен был отдать его жене старшего внука.

— Дедушка может отдать его, кому захочет, — с преувеличенно тяжелым вздохом ответил Макс. Все ее проповеди оказались тщетными. — Вот он и отдал его нам. Разве ты не видишь, что теперь мы независимы?

— Независимы? С деньгами брата и кольцом деда, которые на самом деле нам не принадлежат?

— Ну что ж, это хорошая шутка-воспользоваться деньгами Теодора, которые он дал тебе в качестве отступного. Хотел бы я видеть его лицо, когда это обнаружится!

— Не правда, — с горечью ответила Мария, — У тебя не хватит на это духу. Твоей смелости хватает только на фокусы. Ты выставил меня в ванную, чтобы все забрать. Как ты мог?

— Я сделал это ради тебя! — возмущенно воскликнул Макс. — Нам понадобятся деньги, чтобы дожить до венчания. А потом… Я уверен, что дедушка будет платить мне содержание!

— Содержание?! — повторила она. — Ты что же, всю жизнь будешь сидеть у кого-то на шее? Любимый, я так не могу!

— Не поднимай шума, — вновь с досадой сказал он. — Что здесь такого? Это деньги семьи, а значит, и мои.

— Точнее, семейной фирмы. Но ведь ты в ней не работаешь, правда?

Макс пожал плечами. Мария смотрела на него с ужасом.

Они молча пили кофе. Женщину одолевали невеселые мысли.

— Что имел в виду Теодор, когда говорил о конфликте с законом? — внезапно спросила она. — Зачем ты начинаешь этот разговор?

— Затем, что я никогда об этом не слышала. Что случилось?

— Ничего особенного. Я превысил скорость, и меня хотела остановить полиция. Началась гонка, и полицейская машина разбилась.

— О Боже! Кто-нибудь пострадал?

— Нет, успокойся. Полицейские выбрались наружу, обругали меня на чем свет стоит, но машину пришлось списать.

— И когда это было?

— Давно. Как раз перед моей поездкой в Мексику.

— Ты хочешь сказать, что удрал в Мексику, чтобы избежать суда?

Теперь все становилось ясно.

— Теодор велел мне залечь на дно, пока он все не уладит. Через месяц брат позвонил и сказал, что можно возвращаться, но к тому времени я познакомился с тобой.

Он улыбнулся с видом победителя, однако теперь эта улыбка уже не трогала сердце, как раньше.

— Ничего удивительного, что твой брат невзлюбил меня с первого взгляда, — пробормотала Мария.

Допив кофе, Мари решительно открыла дверцу, вышла из машины и обошла ее.

— Поехали, — сказала она и села за руль.

— Эй, я поведу! — запротестовал Макс.

— Нет, я, — решительно ответила Мария, включая двигатель и разворачивая машину.

— Ты куда? — завопил Макс. — Нам не в ту сторону!

— Именно в ту. Мы возвращаемся.

— Что?! С ума сошла! Ты знаешь, каков он в гневе?

— Малыш, ты что, не понимаешь? Мы обязаны вернуться и отдать деньги и кольцо! Они не наши. Я не прикоснусь к ним ни под каким видом.

— О'кей, о'кей, мы отошлем их с ближайшей почты. А теперь поворачивай.

— Нельзя посылать такую ценную вещь почтой. Кроме того, я хочу посмотреть Теодору в глаза. Швырну деньги ему в лицо и скажу, что он может с ними сделать!

— Как раз его лица я и не хочу видеть! — простонал Макс.

— Не бойся, я тебя защищу, — не успев подумать, бросила Мария и прикусила язык.

Но жених, вместо того чтобы обидеться на столь унизительное предложение, чуть не заплакал.

— Ты так думаешь, потому что никогда не видела его в настоящем гневе… Ради Бога, поворачивай!

— Нет!

— Послушай, сначала мы обвенчаемся, а потом вернемся и встретимся с ним.

— Нет, — упрямо повторила Мария и в тот же миг поняла, что никакой свадьбы не будет. Даже ради ребенка она не сможет выйти замуж за его отца. Этот взрослый младенец всю жизнь будет лгать и изворачиваться. Пусть видится с сыном или дочерью сколько захочет, но брак с ним будет безумием. Ей следовало давно понять это.

9
{"b":"945","o":1}