A
A
1
2
3
...
16
17
18
...
42

– Поехали. Отель "Ройал Тегеран".

– Какие дела могут быть там у отребья вроде вас? – проворчал водитель. – Разве что задумали бросить туда парочку бомб.

– Заткни рот и делай, что тебе говорят, – жестко отбрил его Ханух.

Его повелительный тон явно напугал водителя. Тот умолк и направил машину к отелю – современной башне из туфа, стекла, кафеля и резных тиковых панелей. Дарелл понимал, что их наряды кочевников не вызовут в экстравагантном фойе особых восторгов, и дал водителю сигнал остановиться у маленького кафе неподалеку, откуда можно было заметить прибытие посыльного. Ханух был все еще голоден, и потому заказал дук-йогурт, разбавленный содовой. Дарелл от еды отказался.

– Вы понимаете, – любезным тоном твердил Ханух, – что я должен взять вас под арест? Это мой долг.

– Понимаю.

– Лучше бы вы не сопротивлялись, даже если здесь появится сам Ханниган.

– Мне понятна твоя позиция.

– Я восхищаюсь вами, мистер Дарелл. Я многому могу у вас поучиться. Надеюсь, вы не испытываете ко мне враждебных чувств?

– Вши кусают тебя так же, как и меня, мой друг.

Ханух усмехнулся и пригладил свои холеные усы.

– Я рад, что вы все понимаете.

Они ждали.

Посольство с еще большим успехом могло прислать и духовой оркестр, – подумал Дарелл, заметив подъехавший огромный лимузин. На какой-то миг он понадеялся, что прибыл Ханниган, который приведет Хануха в чувство. Но из машины вышла девица. На ней был щеголеватый льняной костюм цвета свежих лимонов, а тяжелые черные волосы уложены в пучок на затылке. В руках она держала конверт из манильской бумаги. Глядя сквозь солнечные очки, девица стала искать вход в отель.

– Это секретарша Ханнигана, – сказал Дарелл.

Ханух улыбнулся.

– Я ее знаю.

Дарелл бросил на него проницательный взгляд.

– Похоже на то. Наверняка ты знаешь большую часть иранских сотрудников в нашем посольстве.

– Всех, – подтвердил Ханух и развел руками. – Это наша работа. Разве вы не занимаетесь такими вещами?

Дарелл подошел к девушке. Та взглянула на него и отвернулась, не узнав его в теперешней одежде. Но Ханух, все еще улыбаясь, отодвинул свою пиалу и спросил:

– Мисс Сааджади, вы меня не припоминаете?

Девица приоткрыла красный ротик, на ее оливковом лице было написано удивление.

– О, но вы выглядите как...

– Я – Ханух. Мы с вами ходили на танцы две недели назад в ресторан Ша-ер. Вместе с Айком Сепахом. Вы помните?

– И что вы здесь делаете в подобном наряде?

– Это длинная история. – Ханух коснулся руки Дарелла. – Это – Сэм Дарелл. Он ждет документы, которые вы привезли из офиса мистера Ханнигана.

Мисс Сааджади выглядела взволнованной.

– О, я и не предполагала...

Дарелл вздохнул.

– Я их заберу.

Ханух заказал еще один йогурт с содовой, пока Дарелл усаживался за столик кафе, в душе проклиная Ханнигана за его отсутствие. Было несколько посланий из Вашингтона, но ничего от Ханнигана. Мисс Сааджади проявила любезность, и бумаги уже побывали у дешифровщиков, так что их можно было сразу читать.

– У меня есть время прочесть депеши? – спросил Дарелл у Хануха.

– Да, но после вы должны отдать их мне.

– Но они секретные.

– А вы находитесь под арестом за сокрытие важной политической информации, необходимой моему правительству.

Дарелл задумался, стоит ли из-за этого ссориться с Ханухом. Ханух, конечно, мог доставить ему неприятности, но не слишком крупные. Прежде чем что-либо предпринимать, он решил сначала прочесть почту.

Та содержала два отрывочных досье, ориентировку из департамента, аналитический обзор, выполненный советником Белого дома, и загадочную записку от генерала Дикинсона Макфи, который руководил секцией "К".

"Краткое изложения дела Лямбда-51/С.22, секция К.

Объект: Ченг Ханг Та-По.

Происхождение: считается, что родился в провинции Хунань, в крестьянской семье, восемь детей, единственный выживший, родители умерли от голода в 1928, родственники неизвестны.

Образование: Фр. Нолан из миссии Хзу-Тай (см. прилагаемую переписку) усыновил способного ребенка, удивительная память, направлен в Шанхай, миссионерский фонд, наставники из Великобритании, сестра Мария-Селеста (см. прилагаемое фото), степень магистра, Лондонский университет. Переводчик с французского, немецкого, английского. Женился на Джейн Трэйн, машинистке, Лондон; бросил жену и ребенка в 1936, вернулся в Китай, работал в министерстве иностранных дел до 1938. Затем исчез. Полагают, что в подполье с Мао Цзедуном. Член Мартовской группы. Вступил в Коммунистическую партию в 1946, см. дело Дзета 56/А/51. См. прилагаемые фото. См. аналитич. таблицу 569-72.

Нынешнее положение: глава Голубого отдела, отделения западной разведки. Штаб-квартира в Пекине. Маоист, ветеран Красной Гвардии. Принял Культурную революцию 1966-67. Обвинен в уклонизме, восстановлен в прежнем положении персональной директивой Мао. Предполагается, что на настоящее время самый влиятельный офицер разведки Пекина. Наиболее опасен. Предполагается, послужил причиной краха Дантон Форс Тайпе в 1961. (см. дело Лямбда-51/с.14 – Джонсон, покойный Джорж). Объект является автором поэтического сборника "Цветы правды", в котором отстаивает идеи атомной войны и мировой гегемонии Красного Китая. Коллекционер художественных ценностей, специалист по запахам.

Внешность: Шесть футов три дюйма, вес 265 фунтов, черты лица северо-китайского типа, туберкулез в анамнезе, глаза карие, волосы черные, стриженные под расческу, шрам от нижней губы до подбородка. Свежих фотографий не имеется.

Анализ: Объект женился на разведенной жене проф. Алексея Успанного, подписал официальные бумаги на усыновление дочери мадам Ханг Та-По, Марии Тани Успанной, 1963. Дочь осталась в Советском Союзе с отцом. (см. дело Дзета-54/А/32.9.) Объект не фигурирует в криминальных и пр. политических списках Запада. Может путешествовать беспрепятственно. При встречах проявлять осторожность. Приоритет 4А."

Дарелл отложил машинописный листок в сторону. Ханух пил кофе и изучал запруженный тротуар. Он казался в высшей степени незаинтересованным в материалах Дарелла. Дарелл снова вздохнул. Следующее досье было посвящено Тане Успанной. В нем не упоминался ее пекинский отчим Ханг Та-По. Прилагавшееся фото подчеркивало ее необычную, броскую красоту. Дарелл долго его рассматривал. Глаза ее были холодными и надменными, и даже на газетной фотографии светились умом. Таня, которую он встретил, была дезориентирована, растеряна, эмоциональна. На мгновение он усомнился, та ли была девушка. Но должна быть она. Ошибка здесь исключалась, у самозванки просто не оказалось бы ни единого шанса.

С неохотой он взялся за ориентировку госдепартамента. Та содержала комментарий и оценку Хар-Бюри как национальной силы в Иране. Дарелл был знаком с аналитиком.

"Обзор, Хар-Бюри, Революционное движение, Иран, отделение SEA-5, руководитель группы Генри Тэлбот-Смит.

Нынешнее правительство, обещавшее социально-экономические реформы, оказалось неспособным удовлетворить интересы неимущих крестьян за счет крупного землевладения и индустриальных комплексов, что вызывает недовольство непривилегированных слоев городского населения, крестьян и племенных групп. Согласно меморандуму Чарльза, усилия Хар-Бюри по проведению земельной реформы и эгалитаризации демократического процесса следует поддержать материально, политически и экономически, но так, чтобы не нарушить баланс уже сложившихся отношений с нынешней иранской бюрократией. Нельзя игнорировать требований свободы и причитающейся каждому доли в агроэкономическом богатстве страны. Как лидер этого движения, Хар-Бюри занимает стабильную позицию, и должен быть тактично поддержан, что поможет Ирану обрести неотъемлемое право свободно распоряжаться своей судьбой".

Дарелл был настолько раздражен, что встал, купил на последние остававшиеся риалы пачку сигарет и закурил. Когда он вернулся к столу, выяснилось, что Ханух к листкам не притрагивался. Дарелл вытащил записку от Макфи.

17
{"b":"949","o":1}