A
A
1
2
3
...
21
22
23
...
44

Дарелл пожал плечами.

– Я счастлив заметить, Витталь, что никогда не ошибался в людях вашего сорта.

Эрик проворчал:

– Вы должны обращаться к генералу: генерал фон Витталь.

Немец пренебрежительно махнул рукой.

– Не слишком усердствуй, Эрик. У меня такое предчувствие, что тебе еще представится для этого возможность. Может быть, придется привлечь еще пару человек из команды. Тогда у тебя будут свободны руки.

– Да, сэр. Я понял, сэр.

– Ну, ладно, – деловито продолжил фон Витталь. – Дарелл, я хотел бы коротко объяснить вам свои возможности, чтобы у вас не осталось сомнений в моих взглядах и моих намерениях. Мы встретились из-за вашей связи с Питом ван Хорном и Кассандрой, моей женой. Кстати, разве ее имя вас не удивило? Это было сделано намеренно. Когда я связался с этой затеей, то попросил ее воспользоваться этим именем, ведь оно представляет особую ценность. Вы хотите что-то спросить?

– Да, – кивнул Дарелл. – Она знает, почему?

– Нет.

– Я так не думаю.

Кассандра нахмурилась, но ничего не сказала. Ее муж продолжал так, словно находился на штабном совещании.

– Конечно, все это началось во времена оккупации. Я уверен, вы знаете, что несколько месяцев я был комендантом этого района, пока нам не пришлось отступить. Мне поручили разрушить тут все, чтобы задержать продвижение союзников. И еще я руководил различными экспериментальными и исследовательскими проектами.

– Такими, как "Кассандра".

Генерал снова махнул рукой. У него на пальце тоже было кольцо с изумрудом, гораздо большим, чем у жены.

– Я не вдавался в детали. Знал название, основное назначение и время от времени проверял ход строительства бункера. Для него понадобились некоторые материалы, которые нелегко было достать. Бункер, как вы догадываетесь, строился герметичным, защищенным от доступа воздуха и воды, чтобы его содержимое могло сохраняться сколь угодно долго, как в нормальных лабораторных условиях. Однако некоторые события оказались непредсказуемыми.

– Например, неожиданное наступление союзников, – заметил Дарелл.

– Да. И у меня было свое собственное небольшое дельце, которое заслуживало внимания. Я... э... я был и остаюсь страстным коллекционером произведений искусства.

– Вы имеете в виду – вором, – заметил Дарелл. – Как и прочие люди вашего сорта, вы грабили оккупированные страны и похищали там предметы искусства. Не так ли?

Он вдруг ощутил, как закружилась голова, и понял, что Эрик ударил его пистолетом, а потом покрытая ковром палуба встала дыбом, и он оказался на четвереньках, тряся головой, чтобы избавиться от звенящей боли, отдававшейся в мозгу. Кассандра протестующе вскрикнула. Он снова встряхнул головой, увидел, как капает кровь, и подумал, что Эрику это зачтется. Потом Эрик снова толкнул его, и он откатился в сторону, кое-как поднялся на ноги и прислонился к обшитой панелями стене. Снежно-белая льняная скатерть и сверкающее серебро на обеденном столе проступали сквозь медленно рассеивавшуюся дымку.

– Тебе же было сказано, чтобы ты не разевал рта до тех пор, пока генерал не спросит, – проворчал Эрик. – Только после этого ты можешь говорить, и ни в коем случае не раньше.

– Я это тебе припомню, Эрик.

– Тебе не так долго останется помнить. Скоро тебе конец.

– Хватит, – бросил генерал. Он слегка наклонился вперед и Дарелл почти услышал, как скрипнул его корсет. – Я продолжаю. Эрик, меня весьма радует, что герр Дарелл так разговорчив. Будем надеяться, что он и впредь продолжит в том же духе. В любом случае, герр Дарелл, я давний собиратель произведений искусства, или вор, или грабитель... все зависит от того, как посмотреть. И так как я был тесно связан со строительством бункера "Кассандры" и знал о его возможностях защитить содержимое от действия воздуха, воды и даже температуры, то я спрятал там мои... э... приобретения. Когда я узнал, что голландцы наконец-то приняли решение восстановить в этом районе дамбы, готовы откачать воду и восстановить земли, то направился сюда, чтобы прежде всего выяснить, как найти бункер "Кассандры". Мы узнали, что этим интересуется Пит ван Хорн, и я послал Кассандру в Амстердам, чтобы она разузнала о нем побольше. Затем на сцене появились вы, и Кассандра попыталась добыть у вас информацию.

Дарелл вспомнил о спальне проститутки и улыбнулся блондинке.

– Попытка получилась весьма эффектная. Я был от нее в восторге.

Та покраснела, закусила губу и отвернулась.

– В чем дело? – спросил Дарелл. – Кассандра, разве это богоподобное создание не позволяет вам обедать с ним за одним столом? Или вы должны стоять у него за спиной, как преданная собачонка?

Она снова покраснела.

– Я не голодна.

– Она наказана, – холодно сказал фон Витталь. – Когда кто-то терпит неудачу, его нужно за это наказывать.

– Да, на несправедливость пожаловаться нельзя, – заметил Дарелл.

Девушка смотрела в сторону. Генерал, казалось, не реагировал, хотя Эрик вновь сделал угрожающее движение и был остановлен поднятой рукой фон Витталя.

– Эрик, нам следует быть терпеливыми. Американцы стараются выглядеть небрежными и остроумными, когда сталкиваются с серьезными трудностями. Мы скоро увидим, насколько серьезно положение герра Дарелла. Это зависит от его готовности к сотрудничеству, верно? – Он опять повернулся к Дареллу. – Вашему сотруднику Питу ван Хорну не иначе как по счастливой случайности удалось наткнуться на бункер, хоть я безуспешно искал его две недели. Топография и морское дно за прошедшие пятнадцать лет слишком изменились. Я не ожидал, что приливы и отливы Северного моря так сильно мне помешают, но... – Фон Витталь пожал плечами, – но здесь появились вы. Я знаю, что ван Хорн нашел место, раз он приехал в Доорн и расспрашивал там семьи рыбаков и местного доктора. К тому же на стене одного из коттеджей оказалась небольшая картина Хальса. Теперь она у меня, но уже там я ее узнал. Это одна из тех картин, которые я собрал и спрятал в бункере. Вчера вечером я купил ее, заплатил хорошие деньги наличными, в гульденах. Глупая женщина не знает ее настоящей цены. Она сказала, что ее муж, – один из тех, что недавно умерли, вы понимаете? – принес картину домой несколько дней назад, до того, как была взорвана дамба. Поначалу это казалось странным, но теперь все стало на место. Я знаю, кто это сделал и почему – разумеется, чтобы помешать мне. Но не вышло.

– А Мариус Уайльд? – неожиданно спросил Дарелл.

В лице генерала ничего не изменилось, если не считать, что его ледяные глаза еще больше похолодели.

– Думаю, что мы достаточно побеседовали. Кассандра знает, что вы забрали карту у Пита ван Хорна. Она не сумела отобрать ее у вас. Вы заверили ее, что отправили карту почтой в Англию, и она оказалась достаточно глупа, чтобы поверить в эту историю. Я же не настолько глуп, мне нужна карта, герр Дарелл. И причем немедленно.

– У меня ее с собой нет.

– Тогда где она?

В этот момент тихо заговорила Кассандра.

– А что с Мариусом Уайльдом? – Ее слова звучали едва слышно, но глаза на прелестном лице неожиданно стали огромными. – Что случилось с Мариусом, Фридрих?

– Замолчи, – бросил генерал.

– Я хочу знать.

– Ты хочешь знать? Ты действительно хочешь? – Голос генерала неожиданно зазвенел от сдерживаемой ярости. – Думаю, что хочешь, сучка! Ты все испортила и запутала, как дура! Все карты, которые ты достала в военных штабах, оказались бесполезными! – Он неожиданно вскочил на ноги, чуть было не перевернув обеденный стол, распахнул шкаф, стоящий у стены, и начал выбрасывать оттуда рулоны военных и гидрографических карт, которые раскатились по всему полу. Лицо генерала потемнело от бешенства, когда он повернулся к белокурой красавице, стиснул кулаки и замахнулся. – Весь мой труд полетел к черту! Карты, которые ты привезла из Берлина, совершенно бесполезны. И то, что за них ты продавала себя, меня не интересует! Ты всего лишь плаксивая бесполезная девка, пригодная только для одной цели, только! И после этого ты еще утверждаешь, что влюбилась в этого недочеловека, славянина, Мариуса Уайльда – полукровку, извращенца, какую-то низкопородную помесь, ты – моя жена!

22
{"b":"950","o":1}