1
2
3
...
58
59
60
...
86

Войдя, Лидия сразу отыскала глазами Сэма. Почувствовав это, он поднял взгляд от стола. Несколько мгновений они смотрели другу на друга. Он сделал движение подняться – она тотчас отвернулась.

«Не смей вести себя так! – думала она сердито. – Не подходи ко мне и не смотри с таким видом, словно хочешь сообщить всему свету, что мы любовники!» Новый приступ страха овладел ею, но она заставила себя держаться как ни в чем не бывало. Лидия положила себе омлета, запеченных тостов с сыром, помидоров, остро ощущая на щеках виноватый румянец. Что, если кто-нибудь догадается по одному ее виду? А если уже догадался? И не кто-то один, а многие? Если она вообще не станет смотреть на Сэма, это покажется подозрительным, а если посмотрит, то может выдать себя. Как же это трудно – хранить тайну в присутствии того, кто имеет к ней прямое отношение!

Краем глаза Лидия видела, что Сэм все-таки поднялся и стоит в нерешительности, ероша волосы знакомым жестом, к которому бессознательно прибегал, если был озадачен или огорчен. Память ее против воли всколыхнулась, напоминая о ему одному присущих привычках. Как он поводит плечами, как наклоняется и выпрямляется, как тянется к ней. Она вспомнила запах Сэма и его излюбленную привычку тереться об нее.

Довольно! Заметив с краю блюдо с ломтиками ананаса, Лидия положила себе такую щедрую порцию, что едва сумела удержать тарелку в руках. Надо сказать, на тарелке уже громоздилась гора съестного, которым, пожалуй, можно было накормить небольшую деревню. Тем лучше, подумала Лидия с вызовом. За вчерашний день она оголодала, как волк зимой. Отвращение к пище исчезло без следа, все пахло просто божественно, и она расценила это как добрый знак. В конечном счете ей удалось обойтись без тоника, оставалось только укрыться на террасе и без помех насладиться обильным завтраком,

Лидия была уже на полпути к распахнутым дверям, когда кто-то вдруг схватил ее сзади за талию. В глазах потемнело, на этот раз от ярости. Сейчас он узнает, как вольничать! Не медля ни минуты, Лидия вывалила большую часть съестного на грудь тому кто позволил себе лишнее.

Вот только это был не Сэм, а ее брат Клив, высоченный и тонкий, как тростинка.

– Негодяйка! – со смехом воскликнул он, стараясь отряхнуться. – Я знал, что ты ненавидишь эту жилетку, но чтобы настолько!..

Под расстегнутым сюртуком в самом деле был его любимый жилет в желтых, красных и оранжевых разводах, который Лидия считала верхом безвкусицы.

– Ради Бога, прости!

– Ерунда, – отмахнулся Клив, он пребывал в отличном настроении, что случалось нечасто. – Если честно, я даже рад. Хоть портной и уверял, что это последний крик моды, я носил этот жилет из вредности, а вот рубашку жалко.

– Я подарю тебе точно такую же, – пообещала Лидия с большим облегчением. – И притом на свои личные сбережения. Помнишь турнир в Скоптоне? Я не только завоевала Серебряную Стрелу, но и сорвала изрядный куш. На рубашку точно хватит.

– Ну уж нет! Оставь себе на шляпки. Надо как можно скорее отпраздновать твою победу. Я закажу лучшее шампанское, чтобы было что опрокинуть тебе на голову.

Лидия обрадовалась возвращению брата, притом так сильно, что махнула рукой на изгвазданную одежду и бросилась ему на шею. Ей никогда не удавалось обнять его иначе чем за талию – так велика была разница в росте. И к лучшему, потому что тарелка была все еще у нее в руке.

– Ну уж нет, – сказал Клив, решительно ее отстраняя. – Я и без того похож на часть какого-нибудь изысканного блюда, а если ты и сзади обвешаешь меня всякой съедобной всячиной… Не надо будить в людях первобытные инстинкты. Признавайся, что это на тебя нашло? Мы не виделись целый месяц, но вместо приветствия ты кидаешься ананасами и омлетом!

Сэм наблюдал за ними с большим интересом. Невозможно было не заметить взаимной симпатии брата и сестры. Он был счастлив за Лидию и завидовал Кливу чего

бы он ни дал за такую встречу после долгой разлуки, даже если бы это стоило ему испорченного костюма. Но он забыл обо всем, когда Лидия засмеялась шутке брата, словно услышал знакомые переливы любимой мелодии во всем богатстве ее оттенков.

Беседа за столом остановилась, люди с улыбкой поворачивались узнать, в чем дело. Лидия была великолепна, когда смеялась вот так, от души. Смех ее был естественным и заразительным, к нему хотелось присоединиться, разделить радость, которая его породила. В самом деле, это было чудесное зрелище.

Сэм пожелал, чтобы в столовой не осталось никого, кроме них двоих. Он полностью забылся и позволил себе откровенно восхищаться тем, как смеется Лидия Бедфорд-Браун. Это не прошло незамеченным.

– Хороша, верно? – спросил кто-то. – И к тому же одна из самых богатых наследниц. К ней в придачу идет лучшая часть Англии.

Сэм повернулся на голос и узнал говорившего. Вчера после ужина их все-таки представили друг другу. Это был Бодцингтон, тот самый молодой человек, который заявлял права на Лидию. Он сидел перед чистой тарелкой, словно явился только для того, чтобы сообщить кое-какие сведения.

– Лично мне Англия ни к чему, – сказал Сэм, – ни целиком, ни по частям.

– Разумеется, потому вам и не дано оценить достоинства Лидии Бедфорд-Браун.

– По-вашему, она всего лишь придаток к куску земли?

– Нет, отчего же, – спокойно возразил Боддингтон.

Сэм перевел взгляд на брата и сестру, по-прежнему дружески болтавших у дверей на террасу. Клив был отчасти похож на Лидию, но совсем иначе сложен и при всей свой худобе выглядел крепким парнем. Волосы у него были еще темнее.

– Я думал, ты отдыхаешь перед новым сезоном, а оказывается, у тебя хлопот полон рот, – поддразнил он сестру. –

Обследуешь вересковые пустоши? Лидия дала ему тычка под ребра.

– И притом не одна, а с каким-то законченным болваном. Если бы он взялся вывести вас с Роуз с пустошей, вы и по сей день ходили бы кругами!

Сэм нахмурился. О ком речь? Что это за законченный болван? Неужели он чего-то не знает? Что случилось после его отъезда? Или это выдумка двух бойких на язык женщин? Но зачем вообще было – упоминать про мужчину, все равно какого? Он напомнил себе, что это не важно. Главное, выдумка сработала и репутация Лидии спасена.

– Любопытно знать, как он выглядел. С усами и «кольтом»? Раз уж он явился прямо из «Шоу Буффало Билла»…

Сэм готов был подслушивать и дальше, но помешал Бод – дингтон.

– Вас интересует Лидия? – неожиданно спросил он.

– Немного, – солгал Сэм. – А вас?

– Очень.

Боддингтон умолк, и они дружно проследили взглядом, как Лидия под руку с братом исчезает на террасе. Сэм медленно уселся, все еще взволнованный разыгравшимся на его глазах маленьким спектаклем и досужими репликами англичанина. Ему захотелось стукнуть Боддингтона чем-нибудь тяжелым.

– Вы что же, влюблены в мисс Бедфорд-Браун? – спросил он прямо.

Молодой человек странно задвигал челюстью, словно пережевывая трудный вопрос, потом лицо его посветлело, как лицо ученика, которому удалось подыскать правильный ответ.

– Полагаю, сэр, что влюблен.

Клив предложил Лидии принести на завтрак Что-нибудь более приемлемое и менее обильное. Она согласилась, и они мило провели время на террасе за чаем, подслащенным именно так, как она любила, и тостами, намазанными мармеладом не слишком густо и не слишком тонко. Их тет-а-тет на самой отдаленной скамье настолько удался, что Лидия почти решилась поделиться с братом истинной историей своих приключений на пустошах или хотя бы частью ее.

– Там был один мужчина… – начала она. 263

•ЧРГ

Клив сразу перестал жевать и уставился на нее. Должно быть, самый тон уже сказал ему слишком много, потому что бровь его приподнялась, а на лице проступило выражение острого любопытства. Лидия сразу опомнилась.

– …в поезде! Он собрался за мной поухаживать, а я дала ему от ворот поворот. – Она все-таки не удержалась от искушения и добавила: – Беда в том, что он мне понравился. Он был… не похож на остальных.

59
{"b":"970","o":1}