1
2
3
...
31
32
33
...
68

— Я ему скажу, — повторила она. — Все объясню. — И она ласково посмотрела на Мильтона, единственного по-настоящему близкого ей человека. — Спасибо, что вразумили меня.

— Поверьте, это в ваших же интересах, — многозначительно кивнул Мильтон. — Вы росли у меня на глазах, леди Боллаш. — Он всегда обращался к ней именно так — как к дочери маркиза. — И я почитаю за честь вам служить. Мне бы не хотелось видеть вас расстроенной, когда придет время с ним расстаться. Поверьте, я никогда не оставлю вас, что бы ни...

Ах вот оно что! Его беспокоит не нарушение приличий и не возможные сплетни! Он боится, что Эдвина сама может натворить глупостей!

— Это... — Старик снова замялся в поисках нужных слов. — Вообще, мне кажется, мистеру Тремору лучше поселиться внизу, рядом со мной.

— Да, это верно. — Она снова кивнула и в третий раз пообещала: — Я сама ему скажу!

Винни собиралась выполнить свой неприятный долг прямо сейчас. Она спустится вниз, найдет мистера Тремора и все ему объяснит. Она объяснит, что он стал... человеком? Да, пожалуй. Стал человеком не только в ее глазах, но и в глазах окружающих.

Отвратительно! У нее просто не повернется язык такое сказать. Спрашивается, кем же он был до сих пор?

Бог его знает! В одном Винни не сомневалась: он уже не тот, кем был. Крысолову не возбранялось поселиться в самой удобной комнате для гостей. Но Мику нельзя оставаться в двух шагах от ее спальни, особенно после того, как у Винни появилась привычка вертеться голой перед зеркалом.

Теперь это стало важно. И она должна ему об этом сказать.

И все же у нее не хватило решимости. Она повернулась на полдороге и поспешила укрыться в лаборатории. Винни долго сидела в оцепенении, уставившись в свои записи и тщетно пытаясь найти подходящие слова.

Глава 14

Весь день Винни собиралась поговорить с Миком, но что-то мешало ей. Она и сама не понимала, что именно. Ведь это ее дом. И она вольна поступать по своему усмотрению. Но почему-то разговор так и не состоялся.

К тому же Мик показался ей в этот день необычно задумчивым, даже подавленным — Винни впервые видела его в таком состоянии. Она дала ему задание и велела тренироваться с помощью зеркала и граммофона. Через полчаса Винни решила проверить, как идут занятия. Похоже, все это время Мик сидел молча, теребя пальцами верхнюю губу — между прочим, свежевыбритую и гладкую. Зато тугие желваки, выдававшие внутреннее напряжение, играли у него на скулах до самого вечера, и у Винни просто не хватило духу завести речь о переселении. Она решила отложить разговор на завтра.

Однако утром Мик куда-то исчез.

Правда, он и до этого пару раз уходил из дому, кратко поясняя: «Чтобы разобраться с делами». Причем Эдвина понятия не имела о том, что у него за дела. Она знала, что где-то в городе Мик оставил свой зверинец. Кроме того, он наверняка был не прочь щегольнуть перед старыми приятелями своими светскими замашками.

Мик вернулся только в полдень. Эдвина сидела в библиотеке и читала, когда вдруг раздался грохот на заднем крыльце. Вслед за этим последовала странная возня во дворе.

И только через несколько минут раздались шаги в коридоре — более тяжелые, чем обычно, но Эдвина их сразу узнала.

Наконец он возник на пороге и с ходу объявил:

— Это в каретном сарае!

— Что в каретном сарае?

— Крысы. Оттуда они пробрались в дом. А в сарае у них гнездо. Айда разберемся с ними!

— Вы хотите, чтобы я помогла вам ловить крыс? — рассмеялась Эдвина.

— Это забавно, — сообщил Мик с довольной улыбкой. Эдвина впервые видела его таким довольным за последние два дня. Забавно. Да, так мог сказать только старый знакомый Мик Тремор, для которого вся жизнь не более чем забавная шутка.

Она откинулась в кресле, не в силах подавить ответную улыбку. А почему бы и нет? Почему бы не взглянуть на жизнь с его точки зрения? Разве ей нельзя немного развлечься?

— Это работа, — все же заметила Эдвина. Ведь Мик был одет в рабочий костюм и тяжелые грубые сапоги.

Он подошел к ней, взял за руку и попытался поднять с кресла.

— Верно, но все равно забавно. Идемте. Вам не придется ничего делать, вы просто убедитесь, что я прав. Это у вас в сарае.

— Вы будете их убивать? — Эдвина не двинулась с места.

— Это крыс-то? А как же?

— Слишком много крови... — поморщилась она.

— По мне, так и не очень, хотя крысы наверняка так не считают. Ни собаки, ни хорьки их не жалуют, — и Мик добавил с жуткой гримасой: — Винни, это же крысы! Грязные, мерзкие крысы, которые приносят в год по полсотни детенышей, а детеныши начинают плодиться уже двух месяцев от роду! Вы только представьте себе, чем это может кончиться! Представьте всю эту прорву мелких тварей, которые шныряют по дому, жрут овес под носом у ваших лошадей, прогрызают стены, прячутся под скамейкой в карете...

— Бр-р-р... — Эдвину передернуло. — И все же они живые существа...

Он ответил тем низким проникновенным смехом, который всегда заставлял ее улыбаться.

— Это верно, голуба! — Сколько раз Винни повторяла, что следует говорить «голубушка» или «голубка», а не «голуба», но Мик упорно цеплялся за свое. Вот и теперь он продолжал как ни в чем не бывало, увлекая Эдвину к дверям: — Тогда вам следует покупать для них сыр и каждый вечер с поклоном предлагать откушать! Скажете тоже! — Мик увлекся настолько, что слегка подтолкнул ее в спину.

В ответ на ее укоризненный взгляд он с уморительным видом вскинул брови и прорычал со зверской гримасой (между прочим, Корнуолл считался пиратской вотчиной), нарочно коверкая слова:

— Вперед, ребята, и не дрейфить! Зальем сарай их поганой кровью!

Для Эдвины было великим облегчением видеть его снова в добром расположении духа.

И она без лишних разговоров отправилась в каретный сарай, радуясь, что наконец-то ей представится возможность поговорить с ним. Когда он займется привычным делом, ему проще будет смириться с новостью о том, что Эдвина решила переселить его на первый этаж. И вообще, с чего она взяла, что Мик непременно обидится? Скорее всего он и глазом не моргнет!

У дверей каретного сарая стояла тележка с впряженным в нее осликом. Мик одолжил ее у знакомого, чтобы доставить на место собак и хорьков. Увидев хозяина, собаки подняли страшный гвалт и суету.

Он не спеша извлек из тележки большие деревянные ящики, в каждом сидело по паре хорьков. Следом выскочило пять юрких терьеров — но лишь после того, как Мик дал им команду условным свистом. Магик не отходил от хозяина ни на шаг, всем своим видом выдавая радостное возбуждение в ожидании охоты. Шумный зверинец постепенно скрылся в каретном сарае. Винни вошла следом.

Мик расставил ящики с хорьками на полу. Собаки кинулись было шарить по углам, но достаточно было короткого взмаха руки и окрика, чтобы терьеры замерли на месте, выжидательно задрав лохматые морды.

Винни следила, как он не спеша ходит взад-вперед, расставляя клетки и собак по местам и одновременно давая пояснения:

— Ловля крыс в наших местах считалась чем-то вроде спорта. Только этот вид спорта приносил пользу, и занималась им вся соседская ребятня. Ну а те, кто постарше, ловили крыс на гумне, в курятниках и даже на руднике — там их водилось видимо-невидимо...

Он говорил много и складно, однако Эдвина слышала не все, завороженная его действиями. Мик несколько раз принимался заново расставлять собак и клетки, отходил, что-то прикидывал про себя и передвигал их вновь. При этом каждое движение сопровождалось ритмичным стуком и перезвоном бубенцов на ошейниках у терьеров.

За широкий брючный ремень у него были заправлены старые рукавицы из толстой кожи. Тяжелые сапоги громыхали подковами. В сапоги были заправлены брюки, а в брюки — вылинявшая красная рубашка с расстегнутым воротом. Потрепанный рабочий костюм, очень похожий на тот, в котором она увидела его впервые. Только сегодня Мик казался еще более уверенным в себе. Ничего лишнего, все предназначено для предстоявшей охоты.

32
{"b":"971","o":1}