1
2
3
...
21
22
23
...
33

Всем своим существом жаждала она великолепного завершения этих медлительных, но изысканных в своей дерзости ласк, жаждала принять в себя всю силу страсти Анри, слиться с ним в извечном ритме жаждущей плоти и…

Этого не случилось.

Отчего-то Анри медлил, затем отстранился, и у Джун не хватило сил открыть глаза и посмотреть в чем дело. Она хотела взмолиться: «Сжалься, не покидай меня, забудь обо всем, мы с тобой — одно, и да будет так!» — но с губ ее не сорвалось ни слова. И, когда Джун ощупью протянула руки к Анри, она наткнулась на пустоту.

Безмерный ужас охватил ее, и она рванулась вперед, но не смогла даже шевельнуться, спеленатая незримыми тенетами. С отчаянным криком она рванулась сильнее…

И проснулась.

Все еще дрожа от призрачного ужаса, Джун лихорадочно огляделась. Постель ее была смята, в ногах валялась скомканная простыня — ее-то, видимо, Джун и приняла во сне за таинственные путы. Сама она все еще прижимала к груди подушку — так же страстно, как обнимала в грезах Анри.

Застонав, Джун с омерзением отшвырнула прочь треклятую подушку. Господи, да что это с ней творится? Никогда прежде она не позволяла себе такого бесстыдства.., даже во сне.

Волосы ее в беспорядке рассыпались по плечам, и, когда Джун обнаружила это, ее ужаснула мысль: что, если это был не сон? неужели Анри взаправду был здесь.., со мной?

Да нет же! Она горько усмехнулась собственной глупости. К чему искать оправдания? Ведь я заперлась на ночь, и Анри никак не мог проникнуть в спальню. А если бы и смог.., неужели остановился бы на полпути? Неужели не захотел бы довершить то, что начал еще утром, на руинах часовни?

Да, всему виной эта проклятая поездка! И я позволила себе настолько забыться, что мечтала во сне о мужчине, который уже обрюхатил мою подругу и едва не сделал то же самое со мной!

Джун содрогнулась от отвращения к себе, осознав внезапно, что эта мысль отозвалась в ней сладостной дрожью. Она и впрямь желала принадлежать Анри, принять в себя его семя, понести и родить его дитя…

Вне себя от ужаса, Джун соскочила с кровати и с ненавистью воззрилась на свое обнаженное тело. Оказывается, во сне она не только расплела косу, но и сорвала с себя рубашку — теперь та комком валялась в изножье кровати.

Неужели я схожу с ума? Каким зельем опоил меня Анри ле Брени, если из нормальной рассудительной женщины я превратилась в полубезумную распутницу?! Как бы там ни было, я должна бежать, укрыться от его колдовской власти — и чем скорее, тем лучше.

Она встала под душ, содрогаясь всем телом, но ледяные струи помогли ей немного прийти в себя. Дрожа всем телом, Джун наконец ступила на мраморные плиты ванной, насухо вытерлась и накинула халат.

Заснуть она уже не могла, а потому, высушив и заплетя волосы в косу, принялась укладывать свои скудные пожитки. При этом Джун избегала смотреть в зеркало, страшась увидеть собственное лицо. В который уже раз она горько пожалела, что так и не взяла напрокат машину, ну да ничего не поделаешь — придется воспользоваться любезностью графини и вести себя так, словно ничего не случилось.

Да и в самом деле — ничего. Еще вечером, укладываясь в постель, Джун была уверена, что происшедшее в часовне — лишь досадная минутная слабость. И лишь сейчас поняла, что обманывала себя, только теперь оценила всю глубину своего падения.

Больше этого не случится. Никогда.

Отдавая себе отчет, что ведет себя глупо, к завтраку Джун оделась как можно непригляднее.

Черные брюки в обтяжку и короткая, до середины бедер, футболка лишь подчеркивали все недостатки ее фигуры — вернее то, что она искренне считала недостатками. Пусть себе Синтия лезет вон из кожи, чтобы очаровать своего ветреного любовника, ей, Джун, красоваться ни к чему, да и не перед кем. :

Она намеренно медлила спускаться вниз и дождалась, пока за ней зашла Синтия. Подруга, как и следовало ожидать, выглядела в высшей степени соблазнительно — от вчерашнего недомогания не осталось и следа. Топик на тонюсеньких бретельках призывно облегал ее пышную грудь, а тесные шорты вызывающе подчеркивали соблазнительные округлости бедер.

— Господи, на кого ты похожа?! — притворно ужаснулась Синтия, разглядывая подругу с явным удовольствием. — Можно подумать, ты решила своим видом довести старую каргу до инфаркта!

— Разумеется нет! — раздраженно огрызнулась Джун. Какое дело ей, в конце концов, что подумает о ней графиня? — Пойдем. Сразу после завтрака нам, наверное, нужно будет собираться в дорогу.

— Зачем же так спешить? — возразила Синтия, когда они вышли из спальни. — Я еще надеюсь провести с Анри все утро — тем более что вчерашний день пропал впустую.

— А вчерашняя ночь? — осторожно спросила Джун. — Разве вы не…

— Представь себе, нет! — Синтия скорчила гримаску. — Софи, видишь ли, захотела, чтобы папочка отвез ее на вечеринку, а когда он вернулся, я уже спала!

— Вот как…

— Ну да! — Синтия кипела от досады. — Правда, я пыталась его дождаться, но старая карга, как назло, не желала оставить меня одну. Бьюсь об заклад, если бы Анри вернулся пораньше, она придумала бы для него какое-нибудь неотложное дело!

Джун возликовала при мысли, что Анри провел ночь не в постели Синтии, и тут же возненавидела себя за это.

— Знаешь, — торопливо сказала она, — я, пожалуй, скажу, что хочу уехать сразу после завтрака. Шофер отвезет меня, а Анри доставит тебя домой попозже — днем, а то и вечером, как уж. пожелаешь.

Синтия нахмурилась, но тут же просияла.

— Да, это было бы неплохо! — с воодушевлением согласилась она и крепко стиснула руку подруги. — Ты и вправду этого хочешь?

— Конечно, — солгала Джун, презирая себя за двуличие, и все же похвалила себя за такое решение, когда, выйдя на лоджию, увидела графиню и Анри.

Все, что угодно, лишь бы оказаться подальше от него, думала она мрачно, когда Анри, завидев их, вежливо встал из-за стола. Он окинул взглядом ее растянутую футболку и нелепые брюки.., и Джун едва не умерла от смущения, поняв, что он при этом подумал. Желая избавиться от неловкости, она поспешно заговорила с графиней.

Анри между тем вполголоса обменялся несколькими словами с Синтией, а затем как ни в чем не бывало направился к Джун.

— Хорошо спала? — осведомился он вполголоса, бесцеремонно дернув прядку волос, которая выбилась из косы. — Вид у тебя какой-то… странный.

— Усталый, хочешь сказать? — Джун порывисто обернулась к нему и смешалась, обнаружив, что графиня и Синтия следят за ними с откровенным интересом. — Мне плохо спалось.

— Мне тоже.

Анри сделал это признание таким многозначительно интимным тоном, что Джун на миг растерялась. Помимо воли ей припомнился постыдный сон… Бежать, бежать отсюда, пока она окончательно не выдала себя!

Спасла Джун графиня. Впрочем, то, что она сказала, нисколько не успокоило молодую женщину.

— Анри пришла в голову одна мысль, — любезно промолвила старая дама, глядя на Джун и подчеркнуто не замечая Синтию. — Он предлагает — на мой взгляд, это замечательная идея, — чтобы вы, Джун, погостили у нас несколько дней. Здесь, на вилле, вам будет попросторнее, чем в городской квартире.., да и поспокойнее.

Поспокойнее? Рядом с Анри? О да — точь-в-точь как обитателям курятника, куда пробралась лиса!

Джун хотела вежлив отказаться, объяснить, что она должна срочно вернуться в Англию, но вмешалась Синтия.

— Джун хочет поскорее уехать в Сен-Рафаэль, графиня. Она буквально минуту назад жаловалась мне, что на вилле ей нечем заняться, а безделье ее утомляет. Она собиралась уехать сразу после завтрака, верно ведь, дорогая?

— Верно, — пробормотала Джун; скрипнув зубами.

Жаркая кровь прилила к ее лицу. И зачем только Синтия так некстати принялась говорить за нее!

— Вот как! — Глаза графини опасно блеснули, но внук опередил ее.

— По-моему, бабуля, Джун сказала только то, что хотела услышать ее подруга, — ловко вставил он, метнув на Синтию такой взгляд, что та мгновенно прикусила язык. — Мы все знаем, Синтия, что тебе скучно на вилле, — добавил Анри, выразительно пожав плечами. — Что же, мы не станем тебя задерживать. Сразу после завтрака шофер отвезет тебя в Сен-Рафаэль.

22
{"b":"979","o":1}