1
2
3
...
17
18
19

Блестящий вояка ДастинБург сам попросился в «каратели»; сразу же попал в спецназ, служил верой и правдой, и со временем, получив звание генерал-супермайора, стал предводителем хаки антиземов. А в позапрошлом году все антиземы именно его предпочли выбрать командиром своего Легиона «ЭрсСтелла».

Впервые за время существования Патруля командиром «карателей» эрсеров стал ЭРСЕР. Воистину у любой идеи нет большего хулителя, нежели бывший адепт…

Решением Объединенного Комитета Командиров Легионов генерал-колонел ДастинБург, ком антиземов, трибун и член ОККЛ, был сброшен со своих высоких постов, когда выяснилось, что антиземы утаивали информацию от генералитета других соединений Патруля. Легион «ЭрсСтелла» стремился самостоятельно выявить и нейтрализовать виновников исчезновений. Что в принципе похвально и понятно, однако не судят лишь победителей. ДастинБург не победил. Зайдя чересчур далеко, процесс распада вышел из-под контроля. Стало СЛИШКОМ поздно. Во многом из-за того, что высший командир «ЭрсСтеллы» утаил информацию…

Однако закономерные подозрения, что ДастинБург и его ближайшее окружение имеют какое-то отношение к упорным слухам (о подпольной группе саботажников, возникшей в среде эрсеров-эмкабэшников), не подтвердились. Как, собственно, и слухи. Если какая-либо «армия солнца» где-нибудь и существовала, то наверняка не внутри МКБ.

ЭТОТ ГУМАНОИДНЫЙ ОСТОЛОП действительно пытался быть «святее папы римского»!..

Смещенный с поста, отправленный «рядовым» комкором в окраинную галактику (в округ, полный миров, заселенных его недобитыми соплеменниками), неугомонный ДастинБург развил бурную, демонстрационно-эффектную деятельность по искоренению мятежных настроений и устремлений. Неудивительно, что вскоре этот генеральный каратель погиб при невыясненных обстоятельствах. Произошло это давным-давно, несколько месяцев назад, в конце весны. Не то Жик Даюн болвана-зема сейчас непременно вызвал бы… гм, на ковер. «Полюбоваться» собственными гляделками, к чему привело преступное промедление.

И главное, было бы у кого спросить, действительно ли выжил Иван Полышный. В бытность генерал-супермайором командир хаки антиземов ДастинБург всхолил, взлелеял, воспитал целую группу отличных спецназовцев. Но этот боевик по прозвищу Соллар был и остался ЛУЧШИМ из всех. Единственный эрсер нынешнего поколения, который получил статус Героя МКБ. (Посмертно, конечно. Живьем зему не дали бы никогда. Мертвого, всем Советом мучительно колеблясь и дискутируя не одну неделю, в Рыцари все же возвели…) По совсем недавно подтвержденным сведениям: именно этого супермена, оказавшегося вполне живым, разыскал бывший ком, «отец родной». И вновь призвал выкормыша в ряды антиземов.

Давно было известно, что генерал-колонел еще в начале цикла, чуть ли не в январе, отрядил каких-то суперагентов проводить расследование. Для наводки на цель снабдил их своенравный трибун сверхсекретнейшей информацией: списком исчезнувших на тот момент миров. Этот список известен был тогда только самому ДастинБургу (и его ближайшему окружению, погибшему вместе с командиром при невыясненных…). Это стало известно Советникам давно, но никому в мозги не могло взбрести, что спасать задницу МКБ опять послали человека, который уже однажды ее спас от болезненного и позорного ТРАХа.

Сведений о том, кто составил воскресшему из небытия Полышному компанию, не получили до сих пор. Но Герой ушел на задание не один, это точно. С партнершей. Соплеменницей, земляшкой. ДастинБург не мог не прицепить к Солу «хвост»…

А ВДРУГ эта спарка не сгинула в многообразных недрах бесчисленных миров Сети и сумеет разыскать, КОМУ ВСЕ ЭТО НУЖНО?!!

Но как бы там и тут ни было – эти агенты экстра-класса просто-напросто исчезли; тоже давно, еще летом, вскоре после гибели ДастинБурга. Исчезли, как звезды, разыскать похитителей которых послал их генерал-колонел. Последний раз местонахождение напарников точно фиксировалось в окрестностях пресловутого Торкмуадира. Там, где лишь нелепая до идиотизма случайность не позволила их схватить.

Елексанские власти увели Полышного с партнершей «из-под носа» целой толпы преследователей, посланных вдогонку чуть ли не всеми спецслужбами Сети; затем глупые аборигены осудили их и отправили в региональную тюрьму, но с тюремной планеты осужденные на пожизненное загадочно испарились. Поисковые группы «Зероай» (и не только) обшарили весь концлагерь, перешерстили множество стихийно сложившихся банд, однако искомой пары эрсеров и след простыл. Помнится, некий харрбский авторитет Маркграф предлагал свои услуги по поимке, и даже был экспроприирован с поверхности концлагеря, но оказался прохвостом, попытался сбежать, и был стерт с лика… лживость и коварство у земов в крови, на то они и земы.

Кстати, старый хитрый зем-антизем, похоже, ни словечком не обмолвился лучшему ученику, что за годы его официального пребывания в рядах мертвецов учитель поднялся почти на самый верх, став одним из членов Комитета Командиров, Трибуном с безграничным уровнем допуска. За прошедшие годы добровольческий пыл «Соллара» изрядно поугас. Призванный вновь, в ряды карателей он встал с большой неохотой. Не для того ли к нему прикомандировали напарника? Чтобы не дать пылу угаснуть окончательно. С этими земами вечно хлопот не оберешься. Даже самые, казалось бы, идейные и преданные в любой момент могут… очень даже идейно предать. Бесплатно, во имя новой идеи.

Ничего не поделаешь, и не изменишь чудовищную натуру этих воплощений вселенского зла, монстров этаких. Одним матерным словом: ЗЕМОВ.

– … Этот урод, на прикроватный половичок похожий, собственной персоной главнокомандующий Патруля, – сообщил Максим. Сэра опустилась перед ним на корточки и испытующе посмотрела в глаза. Сумка, ремень которой был переброшен через плечо женщины, коснулась пола, и в ней что-то стеклянно звякнуло.

– Уверен? – на всякий случай переспросила биохимичка, бывшая патрульная.

– И где ты раньше был, с твоим телепатическим органом чувств, – проворчал Лирой; в голосе астронома сквозило недоверие, которое он испытывал к коллеге-мухому.

– Ты знаешь, где он был? – оборвала Аскаридиса Сэра. – В палате госпиталя в мире Новая Одесса, рядом с отцом. Если бы твоего папу на улице тяшка сбил, где бы ты был-то, а?..

– Мою. Маму. Тяшка. Убил, – роняя по одному слова в вязкую тишину вопросительной паузы, сказал Аскаридис и резко отвернулся от сородичей. – Операционные первоочередно обслуживали тяшек… Мама не дотерпела, прямо в больничном коридоре рожать начала, порвалась и кровью истекла… А я всю жизнь думал, что она на столе родами померла… – рассказывал Лирой, не оборачиваясь и не показывая лица; голос его был глухим и дрожащим. – Только недавно узнал… Отец перед смертью не выдержал, сказал. Он думал, так будет лучше… чтоб я не знал, не то тяшкам ничего прощать не смогу и не выживу.

– Брат! – громко сказал Максим. – Не вини папу! Он был прав, по-своему. Потеряв жену, он не хотел потерять единственного сына. Время такое было. Но вот-вот оно изменится. Поверь мне, я… – Он запнулся на миг и затем проговорил со значением: ЧТО-ТО СЛЫШУ. Везде, вокруг, повсюду! Словно музыка, далеко-далеко, но приближается.

Он замолчал, закрыл глаза и прикрыл ладонями уши. Морща лоб, завертел головой, будто прислушивался, пытался лучше уловить мелодию, которую воспринимал не ушами. Сэра внимательно наблюдала за ним, заглядывала в лицо снизу вверх, не подымаясь с корточек.

– Да! Все ближе и ближе. С каждой секундой громче, слышнее, четче. Брат, сестра, мне кажется, нам надо быть начеку! Тяшки пытаются скрыть правду, но они вот-вот заполучат большущий сюрприз. Час урочный наступает… – Телепат отнял руки от ушей и открыл глаза. Обрадованно взглянул на сородичей-землян, улыбнулся ободряюще и…

Кратко и ясно.
Что может быть четче?
Порядок прекрасен
Звуков чечетки.
И хочется верить
Возмездье настало!
И вот нашей веры
В свободу начало.
Я б двигалась, двигалась
В такте таком
С холодными брызгами,
И с ветерком.
И стала бы – демон,
Чтоб пелось вольней!
И пусть бы раздели
Меня до корней.
И вечная сила
Меня бы кружила,
Я б только просила:
«Короче, ясней!»
Логичным бы стало
Все наше житье.
Движенье – начало
Твое и мое.
Но снова читаю
В огромных статьях
(На первых страницах),
И вижу: Начало
На всех якорях…
Я с грустной усмешкой
Закончу: все ясно,
Коль с правдою мешкают —
Правда опасна.
18
{"b":"100","o":1}