ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Подсказчик
Правила выбора, или Как не выйти замуж за того, кто недостоин
Так держать!
Идеальный аргумент. 1500 способов победить в споре с помощью универсальных фраз-энкодов
Криптвоюматика. Как потерять всех друзей и заставить всех себя ненавидеть
Популярная риторика
Пепел умерших звёзд
Рыскач. Битва с империей
Императорский отбор
Содержание  
A
A

Только… кто император?

Постепенно все черви повернулись к одному — самому крупному и самому что ни на есть типичному на вид. Он сузил глаза, будто глубоко задумавшись.

Император Август? Или Калигула? Внезапно глаза выкатились наружу. А потом хторр двинулся. Он пер прямо на нас, как танк. За ним двинулись остальные. Они окружили вертолет и начали его обследовать. Все четырнадцать червей скреблись и постукивали по корпусу.

Машина жалобно скрипела и потрескивала.

В. Зачем хторранин переходит дорогу?

О. Чтобы сожрать все на другой стороне.

ГОСПОДЬ СНИЗОШЕЛ В ПОЛНОЧЬ

Границы космоса — не границы. Последний рубеж — душа человека. Космос — просто место, где мы, скорее всего, встретимся с противником. И победит не тот, кто завоюет большую территорию, а тот, кто выдержит длительное испытание на прочность — как конкретных индивидуумов, так и биологического вида в целом.

Соломон Краткий

Лиз была уже около передатчика.

— Хьюстон! У нас беда!

Полковник Дэнни Андерсон откликнулся мгновенно:

— Говорите.

— Здесь черви. Больше дюжины! — кричала Лиз. — Сейчас они изучают этикетку на банке «Консервированная человечина»!

Она снова вскрикнула, потому что вертолет встряхнуло.

Я выбрался из кресла и полез в хвост за гранатометом или фризером. Может, удастся продержать их на расстоянии, пока не прибудет дирижабль.

Вертушка подрагивала, как будто кто-то толкал ее сзади, да так сильно, что я ударился плечом о стенку.

Дьюк стонал. Он пытался подняться, тянул руки и бормотал:

— О'мет. Где огнемет?

Сквозь стекло левого наблюдательного фонаря на него смотрели два огромных черных глаза. Не долго думая, я схватил канистру с пенобетоном и залил стекло. Заодно прошелся и по правому фонарю. Интересно, как отнесся к этому червь?

Потом подполз к Дьюку и оттащил его подальше.

— Лежи спокойно, — сказал я ему.

— М-м… Что?..

— Тихо! Это приказ, капитан!

— Ес-сть… — отозвался он и потерял сознание. Когда я вернулся, Лиз не без ехидства поинтересовалась;

— Слегка повысили себя в чине?

— Ну, отдайте меня под трибунал. Где этот чертов дирижабль? — Я посмотрел на часы. — Они запаздывают.

— Откуда я знаю?

— Мы в восьми минутах лету от вас! — прогремел голос полковника Андерсона. — Сохраняйте штаны сухими.

— Зачем? — быстро ответы! я. — Так червям будет вкуснее.

— Послушайте, лейтенант! — В ярости полковник Андерсон походил на своего отца. — Заякорить дирижабль не так-то просто. Ваше нытье не ускорит дела. Швартовка займет одно и то же время вне зависимости от того, будете вы вести себя спокойно и рассудительно или паниковать. Выбирайте сами. Ну, так как?

Из хвоста вертушки донесся жуткий треск. Казалось, что ломается кевларовая стойка. Раздался таранный удар в дверь. Она выгнулась, отскочивший кусок пенобетона врезался в противоположную стенку.

Я повернулся к передатчику:

— Вы абсолютно правы, полковник, но ваш корабль, сэр, не пытаются раздавить несколько тонн червей, а наш вот-вот превратится в лепешку.

— Я понимаю ваше положение, лейтенант, и хватит пустых разговоров. У вас будет время отвести душу на борту.

Сквозь передний обтекатель на нас смотрел червь, но не пытался его выдавить, а лишь таращил глаза и моргал. Послышался шорох — к нему подполз второй.

Я открыл было рот, чтобы ответить полковнику Андерсону — и закрыл его. Какого дьявола я валяю дурака? Ведь хторры по-прежнему только изучают нас. Если бы они хотели попасть внутрь вертолета, то давно бы это сделали. Так что хватит паниковать.

— Продолжайте.

— Теперь мы видим вас на горизонте. Внимание, приготовиться. — Последовала пауза. — Нет, не выйдет. В воздухе еще полно этой дряни. Придется отдавать якоря с помощью робота. — Еще пауза. Потом: — Все в порядке, спускаем «краба». Подключаю вас к нашему видео.

Лиз потянулась, включила главный экран и быстро прошлась по каналам. Появилось четкое изображение.

Теперь мы смотрели на себя с дирижабля. Круглый, похожий на паука робот с массой рук, ног и других приспособлений, раскачиваясь, опускался на четырех тросах. Он попал в лучи прожекторов дирижабля и замигал собственными огнями.

Лиз дотронулась до клавишей, и вспыхнул второй экран, передающий изображение с камер «краба». Под нами бешено проносились розовые деревья.

Я наклонился к стеклу обтекателя, всматриваясь в темноту.

— Вроде бы мы должны скоро их увидеть? Лиз спросила в микрофон:

— Можете выслать наблюдательный зонд?

— Пока нет. Внимание. Включаю компьютерное сканирование по третьему каналу.

Лиз зажгла третий экран. Изображение на нем было объемным, но без деталей. Бортовой компьютер дирижабля собирал информацию с ультразвуковых и инфракрасных излучателей, радаров, видеокамер в единое трехмерное изображение. Холмистая, неровная местность выглядела на экране бледно-оранжевой. По диагонали ее пересекала широкая впадина.

Чуть левее центра виднелся яркий белый предмет. Это мы! Крошечный боевой корабль, наполовину зарывшийся в красный сугроб. По нему ползали темные тени. Лучше бы я этого не видел.

Лиз несколько мгновений вглядывалась в экран; потом указала мне за спину.

— Дирижабль подлетает оттуда. Сначала мы увидим его из верхнего фонаря.

Я пробрался туда и подтянулся наверх. Открыл шторки… И оказался лицом к лицу с огромным червем. Он моргнул. Я тоже. Он моргнул снова. Я скорчил ему рожу. Он моргнул в третий раз. Я направил на него луч фонарика. Он еще раз моргнул, но он не нападал. Почему? Что происходит?!

— Кыш! — завопил я. — Кыш отсюда! Червь снова моргнул.

— Чтоб тебя!.. Убирайся вон! Жирная волосатая прыщавая гусеница!

Червь отвалился. Я застыл, изумленный собственным могуществом. Потом быстро крутанул сиденье. Черви окружали вертушку со всех сторон, но все они были на земле и казались огромными мерцающими тенями, быстро и бесшумно скользящими по сугробам.

Другой червь поднялся, чтобы взглянуть на меня, — один из самых крупных. Он навалился всей тушей на машину, и она отъехала. Лиз взвизгнула. Дьюк застонал. И я услышал собственный крик. Сквозь стекло фонаря червь выглядел неправдоподобно огромным и страшным. Один глаз он закатил вверх, а другим внимательно изучал меня. Его разбирало любопытство.

Нет, это не обычные черви, не голодные. Я еще ни разу не встречал червя, который не сходил бы с ума от голода — или от ярости. А это абсолютно новый тип поведения. Теперь придется полностью пересмотреть все, что мы знали о них.

Эти хторры не укладывались в схему приписываемой им чудовищной ненасытности. Что случилось?

Сколько пищи надо червю, чтобы он насытился? Чем ему можно заткнуть пасть? Сиэтлом? Северной Дакотой? Или все дело в пудре? Сначала потребовалось засыпать пол-Калифорнии двухметровым слоем сахарной ваты, чтобы черви не чувствовали недостатка в еде, а потом выпустить их погулять. Шаг — и полная пасть, второй шаг — и она снова полная.

Если так, то нам не грозит опасность, пока на земле остается розовый снег. А может быть, я ошибаюсь, и здесь происходит нечто иное, чего мы просто не знаем? Сквозь пыльную завесу проглянул теплый огонек. — Дирижабль! — воскликнул я.

Проблеск в небе постепенно приобретал очертания и цвет, затем превратился в скопление огней. Они становились все ярче, и наконец из тьмы выплыла короткая толстая сигара, окутанная розовым сиянием. Вдоль ее брюха. — рядами шли прожектора, поворачивающиеся и посылающие во все стороны снопы света. Чуть ниже виднелась люстра из прожекторов поменьше — «краб».

Корабль плыл по небу, как видение. Как ангел. Исходящие от него лучи тянулись сквозь розовую мглу подобно пальцам божества, от прикосновения которых все сразу становится светлым и чистым. Свет, падающий с небес, был прекрасен! Один из лучей коснулся меня и прошел мимо, такой ослепительно яркий, что стало больно глазам.

44
{"b":"10127","o":1}