ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Джейсон выглядел неважно. Он попросил меня прогуляться с ним.

Я же сознавал, что не хочу этого. И сказал ему: – Ты учил меня говорить правду, Джейсон. Всегда. Его взгляд стал острым, как обычно.

– Что случилось, Джим?

– Что-то где-то не так. У меня появился зародыш сомнения. Какая-то часть меня по-прежнему сомневается. По-прежнему проверяет. А я больше не хочу этого, я просто хочу делать свое дело.

– Ты и делаешь, Джим. Старательно. – Он обнял меня за плечи. – Проверка входит в твою работу. Ты не знал? Твоя работа состоит в проверке правды. Всегда. Только так можно понять, что она истинна. Я покачал головой.

– Звучит красиво, Джейсон. Вернее, забавно – так все логично. Но это логическая ловушка. Ты ведешь мой разум по пути наслаждений, и он наступает на капкан. Больше я не могу и шагу ступить, не понимая, что мой мозг делает то, что вынужден делать, дабы выжить.

– Да, – согласился он. – Неприятное ощущение, верно? Как ты думаешь, что я чувствовал, когда готовился к своему первому Откровению?

– Никогда не задумывался.

– Ссал кипятком целый месяц.

– О, я должен был предполагать… – Я почувствовал себя идиотом. – Спасибо.

– А теперь позволь спросить: тебя что-то беспокоит, я прав?

– Ребенок Джесси. Почему ты позволил ей сделать это?

– Я не позволял.

– Да? Тогда ты это не одобряешь?

– Этого я тоже не говорил. Слушай меня внимательно. Это ее выбор, Джим. Она не спрашивала у меня разрешения, не просила и одобрения. Я попросил ее поискать адекватный выход. После Откровения она подошла ко мне и сказала, что, по ее мнению, будет соответствовать сложившимся обстоятельствам. Она ничего не просила – просто сообщила мне.

– Но ты согласился?

– Мое согласие ничего не значило.

– Ты мог остановить ее.

– И этим унизить. Джим, у нее тоже было свое Откровение – как и у тебя – насчет ее взаимоотношений с новыми богами.

– Я думаю… Мне кажется, я хочу найти хоть какой-нибудь признак гуманности.

– Ты ищешь то, что считаешь гуманностью, но вспомни: все то, что ты определяешь как гуманность, устарело. Мы посвятили себя созданию нового гуманизма. И то, что сделала Джесси, вполне может быть его составной частью.

– Мне больно.

– Знаю.

– Разве тебе не больно?

– Да, я испытываю боль и скорбь, причем очень сильно. Ведь я – отец.

Я уставился на Джейсона. Он кивнул, потом тронул меня за плечо, и мы пошли дальше. Я просто не знал, что говорить.

Джейсон сказал: – Запомни, Джим. Ты – не твои чувства. Чувства никогда не могут служить надежным оправданием действий. Допустим, ты разозлился. Разве это оправдывает насилие с твоей стороны? Нет. Ты по-прежнему остаешься на крючке, по-прежнему несешь ответственность. Я отвечаю за Джейсона здесь. Джесси отвечает за Джесси там.

– Мне кажется, что я не понимаю еще слишком многого. Я чувствую, тут что-то не так.

– Знаю. И ты будешь это чувствовать до тех пор, пока отождествляешь себя со старыми представлениями об этических нормах. Тебе предстоит отказаться от них, если хочешь жить с богами.

Я опустил голову и продолжал идти, уставившись в землю.

– Не знаю, Джейсон. Становится все труднее. Джейсон похлопал меня по спине.

– Конечно труднее. Ты растешь, набираешься сил – так что и груз тебе приходится нести тяжелее. Только помни, Джим, что Бог никогда никому не поручит ношу тяжелее, чем он может выдержать.

– Какая удобная философия!

– Ты готов к новой работе, Джим?

Я пожал плечами.

– Это выяснится, когда я приступлю к ней, разве нет? Джейсон рассмеялся: – С тобой все в порядке. Послушай, мы должны сняться отсюда до наступления лета. Необходимо организовать конвой. Надо найти новое место. Есть несколько на примете, но надо получить доступ к терминалу и решить, какое подходит. Лучше всего какое-нибудь уединенное ранчо у черта на рогах. Потребуется горючее для грузовиков, необходимо пополнить запасы продовольствия. Нужно мороженое мясо для малышей. Собаки кончаются…

– Джейсон! – прервал я его. – Да?

– Я знаю, что хторры всеядны. Они могут питаться деревьями, травой, кустарником, овощами и почти всем остальным. Зачем им нужно мясо?

– Оно ускоряет рост, Джим. Мясо – высококалорийная пища, а растения – нет. Растения находятся в начале пищевой цепи. Новым богам придется искать пищу и есть целыми днями, и очень скоро все окрестности превратятся в сплошную пустыню. А это будет замечено при сканировании со спутника. На мясе они вырастут толстыми и счастливыми, что даст нам достаточно времени для взаимного обучения. Мясо предоставит нам энергетический задел для пребывания на сверхуровне с новыми богами.

– О, – только и выдавил я, пытаясь уяснить биологическую сторону ситуации – без философских наслоений. Она становилась все тяжелее и тяжелее.

– Мы могли бы иметь дюжину малышей, если бы появилась возможность их прокормить. Но ее нет. Вот почему я ищу место, где можно выращивать пищу – овец или коз. Предстоит очень много сделать, и тебе отведена не последняя роль, Джим.

– Мне?

– Гм, я имею в виду твое военное прошлое. Ты можешь подключиться к армейскому терминалу, не так ли?

– Конечно.

– Отлично. Держу пари, мы найдем много ценной информации в центральных армейских базах данных.

– Я уверен.

– А продовольствие?

– Наверняка. Во время эпидемий армия закладывала базы снабжения по всей стране. Особенно в первый год после их конца, когда все еще старались собрать осколки в целое. Армия имела базы повсюду. Некоторые так и стоят до сих пор. Когда правительство начало рецентрализацию, многие склады просто опечатали и забыли. Добыть их список ничего не стоит.

– Ты как-то сказал, что одна станция есть около Атаскадеро. Это подходящее место?

– Нет. Она принадлежит Специальным Силам. Я тогда немного приврал. Мне было известно, какие у них там силы. Если бы вы напали, вас бы расколошматили. Нет, держитесь от Атаскадеро подальше. То, что нужно, похоже на… О, постой-ка. Нет, Дайэбло не подходит. Очень высокая радиация. В Стоктоне до сих пор слишком людно. Может, Ливермор? Но я думаю, что лучше всего нам разбомбить какой-нибудь склад на пятой автостраде. Нужно посмотреть на карту.

– К четвергу успеешь?

– Послезавтра?

– Пока мы только наметим наиболее вероятную зону, а получив доступ к компьютерной сети, уточним наши карты и сделаем окончательный выбор.

– Я тоже пойду? – Да.

– Ты доверяешь мне? Несмотря на мои сомнения?

– Джим, сомнения у тебя будут всегда. Мы оба знаем об этом. Ну и что? Меня они не интересуют. Меня интересуют твои результаты. Ты постараешься для меня?

– Конечно.

– Потрясающе. Значит, в этом вопросе ты не испытываешь сомнений?

– Нет. Полагаю, нет.

– Полагаешь? – Джейсон криво усмехнулся.

– Нет, больше я ни на что не полагаюсь.

Леди, отнюдь не лишенная лоска,
Рот затыкала себе вашей соской
Месяца на три подряд, -
Пока не меняла наряд
На робу с тузом и в полоску.

25 ОТРИЦАНИЕ

Когда человек смотрит в лицо смерти, он живее, чем когда-либо.

Соломон Краткий.

Теперь я, по крайней мере, знал, зачем мне две монеты.

Их должны положить на глаза моего трупа.

Старая традиция. Монетки нужны усопшему, чтобы заплатить паромщику. Предполагалось, что Харон, ведающий переправой через Стикс, не жалует любителей прокатиться на дармовщинку.

Я немного поразмышлял над этим.

Обычно паром представляют по иллюстрациям Постава Доре: суровая, закутанная в плащ фигура возвышается на корме зловещей гондолы и, отталкиваясь шестом, направляет ее по мутным зловонным водам Стикса с бесстрастно-унылым видом.

49
{"b":"10128","o":1}