ЛитМир - Электронная Библиотека

– Дэн, а ведь мы с тобой завалили подготовку материала. Конференция будет продолжаться еще три дня. Обнародование Постулатов Единого Учения, торжественное закрытие, демонстрация божественных чудес, Великий Ход богоугодников… Самое важное мы не увидим. И даже то, что я отсняла…. – Она вдруг схватилась за голову. – Боже праведный! Я же оставила в гостинице видеокамеру, все вещи!

Я поспешил ее успокоить:

– Не волнуйся, вынырнем из гиперпространства – позвонишь на Виолетту, закажешь доставку своего багажа на Землю.

Лотта уронила голову мне на плечо:

– Главный меня сожрет…

Я обнял ее за талию и привлек к себе. Ее прекрасное колено не давало мне покоя, и второе ее прекрасное колено тоже не давало мне покоя. Но мои поползновения остались без ответа. Лотта отвела мою руку, я заглянул ей в лицо и увидел, что она напряженно думает о чем-то совершенно не относящемся к любви. И не о сорванной командировке.

– Слушай, Дэн! – вдруг произнесла Лотта, и голос ее зазвучал как прежде – мелодично, сексуально и энергично. – Слушай! А что, если мы реабилитируемся?

– Что-что?

– Реабилитируемся! Раз уж мы сорвали публикацию о конференции. Нам могут это простить только в одном случае. Если мы привезем другой, сногсшибательный материал. Тогда уж я смогу спокойно смотреть в глаза главному: пусть хихикает над историей с жабами Виолетты! А тебя не уволят. Ты дашь у себя печатный материал, а я сделаю телерепортаж. Другими словами и с немного другими акцентами, как тогда, с Мировым Президентом. Пересечения у нас не будет.

Я оценивающе взглянул на Лотту. Мне хотелось бы ответить, что меня уволят в любом случае, но, глядя на ее вдохновенный вид, я попридержал язык. Что-то мне подсказало: Шарлотта говорит не просто так, есть у нее какая-то задумка, и, скорее всего, она хочет использовать свою старую журналистскую заначку.

У любого опытного журналиста есть такие заначки. Время от времени мы в поисках интересных новостей натыкаемся на очень необычные вещи, информацию то есть.

Это может быть некое загадочное и нераскрытое убийство инопланетянина во время его пребывания на Земле. Или мрачная тайна найденных на вновь открытой планете захоронений людей. Или сведения о вернувшемся в пределы Галактики из неосвоенных секторов Вселенной корабле-разведчике с мертвым экипажем на борту.

Как правило, такая информация всегда тщательно скрывается Мировым Советом и требует самостоятельного журналисткого расследования. Иногда она не является тайной, но для того, чтобы узнать подробности, необходимо отправиться на край Галактики.

В любом случае подобная информация труднодоступна. Добыча ее требует неординарных усилий. Но ценность ее для журналиста состоит в том, что, во-первых, она всегда желанна, не стареет и может быть подана в любой момент, как только удастся ее заполучить и обработать. А во-вторых, она всегда необычна и интересна: статья на основе этой информации занимает первую полосу, а автор статьи получает аховые гонорары.

Журналист, если набредает на подобную золотую жилу, оказывается в трудной ситуации. С одной стороны, очень жалко упускать интереснейший материал, а с другой – нет времени, или желания, или денег на разработку месторождения. И тогда знающий свое дело профессионал закидывает эту жилу еловыми ветками, засыпает ее землей, чтобы не добрались до нее другие, и оставляет до лучших времен. Чтобы тогда, когда у него появятся возможности и силы – засучить рукава и взяться, наконец, за добычу своего золота.

Вот это и есть журналистская заначка. И похоже, что Лотта собиралась использовать свою заначку, чтобы спасти нас от позора и гонений.

Я смотрел на Лотту и думал. И думал я о том, что втянул ее в историю, в которой она бы никогда не оказалась, если бы мой Дэнни-дурак не произнес заклинание. И еще я думал о том, что Лотта сегодня не сказала мне ни одного слова упрека, хотя имела на это полное право. А еще я думал, что не хочу, чтобы над ней смеялись ни Молодые Имбецилы, ни Старые Дегенераты, ни Пошлые Остряки – кто там еще ожидает ее на Земле? – и чтобы она всегда самоуверенно стучала своими каблучками и лихо смахивала челку со лба. И улыбалась, и никогда на ее бирюзовые глаза не наворачивались слезы унижения и обиды…

А раз я этого не хочу, сказал я себе, то сделаю так, что этого не будет. Я полечу с Лоттой, куда она захочет, и помогу ей разработать ее золотую жилу. Тем более что мне нечего терять и некуда спешить. Отныне у меня масса свободного времени.

Надо же, я самоуверенно считал, что принимал совершенно самостоятельное решение, имея право выбора по своему усмотрению. Буквально через несколько минут я понял, что выбора-то, оказывается, у меня никакого и не было…

Впрочем, я уже об этом говорил.

Я сделал вид, что страшно заинтересовался Лоттиной идеей и засверкал очами:

– У тебя что-то есть? Рассказывай. А работать ты сможешь с моей видеокамерой. Их у меня здесь даже две, на выбор.

Лотта заговорщицки сузила глаза:

– Помнишь, лет пятнадцать назад, когда разведчики добрались до Дальней Галактики, в ней обнаружили сразу целую кучу планет, пригодных для жизни?

– Да, – кивнул я. – Только особого интереса они не вызвали. На этих планетах не обнаружили ни одной развитой цивилизации. Даже двуногих жаб, способных обучаться, как на Виолетте.

– Вот, – продолжила Лотта. – И ты, наверно, помнишь, что находка “ненужных” нам планет создала некий юридический прецедент. Правительство предложило – впервые в истории! – приобретать эти планеты в собственность. Покупать, то есть, частным лицам или компаниям. Стоил товар недорого, и это было легко объяснимо: планеты находились от Земли очень далеко, неделя лета даже на гиперлайнере. Да и освоение влетало в копеечку…

– Шум вокруг того гиблого предложения был большой, – подхватил я. – В то время ты еще пускала пузыри изо рта в детской кроватке, а я был уже студентом и подрабатывал сразу в двух редакциях курьером. И прикидывал, сколько времени мне понадобится, чтобы заработать на покупку планеты, если я всю зарплату буду относить в банк. Помню, у меня вышло что-то около пяти лет. А потом я понял, что не хватит никаких денег, чтобы покрыть транспортные расходы при освоении – доставка материалов и оборудования, строительство, монтаж…

– Но даже не столько это отталкивало покупателей, Дэн, сколько отдаленность от Земли. Ведь известно, что у человека после нескольких нырков в гиперпространство на длительный срок, больше десяти дней, энцефаллограмма мозга необратимо искажается. Недаром наши разведчики все немного странные, и стареют они как-то быстро…

В общем, постоянный торговый обмен с планетой, настолько удаленной от Земли, исключался, размещать производство или склады на них не имело смысла. Компании сразу отказались от идеи покупки.

По-существу, потенциальными покупателями планет являлись люди, которые хотели бы забыть про Землю навсегда. Планеты Дальней были товаром для отшельников, да еще таких, которые могли бы обеспечить для себя полностью автономное существование в мире, оторванном от цивилизации

– И такие отшельники нашлись? – Я уже начинал понимать, к чему ведет Лотта. Интервью с космическим Робинзоном – это было очень даже неплохо.

– Нашлись, – ответила Лотта. – Планеты приобретали семьи, религиозные секты, некоторые сообщества и кланы с определенными мировоззренческими установками, выталкивающими их из земного социума. И все они довольно удачно устроились, поддерживают добрые отношения с Землей, потихоньку перетягивают к себе родственников-землян, расширяются, любятся, размножаются… Иногда, очень редко, прилетают на родину. Охотно дают интервью.

Я разочарованно посмотрел на нее: коренастая фигура бородатого Робинзона с красным лицом и руками-лопатами в моем воображении печально вздохнула и пропала.

– Ну-у? – протянул я. – А в чем соль длинного рассказа?

Лотта засмеялась и уткнулась каштановой челкой мне в грудь:

– Ну же, Дэн! Дай мне сделать интригующую паузу!

12
{"b":"10148","o":1}