ЛитМир - Электронная Библиотека

Ноль – вот твоя вероятность удачи, мистер Рочерс.

– Будут еще распоряжения, сэр? – виновато прогрохотал Торнадо.

Я не ответил, вяло отмахнулся и побрел в особняк.

И здесь силы оставили меня. Неудача с изъятием видеозаписи Уокера стала каплей, переполнившей чашу терпения журналиста Дэниела Рочерса. Я вдруг понял, что очень надеялся на Уокера – на то, что он мне скажет.

Надеялся. Потому что в руках у меня была “штука” – невиданное средство защиты – она спасла меня от “Монстров Галактики”! – и мощнейшее оружие, так говорил отец. Уокер должен был открыть мне тайну отцовского наследства и – как я этого хотел! – указать путь к спасению Лотты и охранников.

Я вдруг вспомнил, как заливисто смеялась моя ветренная дива в парке Конгресса на планете Виолетта; как возбужденно блестели ее глаза, когда она давила на газ, уходя от погони полицейских жаб; как танцевала на ночном шоссе над долиной Навигаторов. Посреди ночи, посреди Вселенной, в своей мини-юбочке, на стройных двоих – танцевала.

А мне не давало покоя ее прекрасное колено, и второе ее прекрасное колено тоже не давало мне покоя…

До прилета команды идиотов, которые четыре года искали и ловили “Монстров Галактики” и не могли, как ни старались, не могли ни найти, ни поймать, ни даже увидеть их одним глазком – оставались сутки. Ну, чуть меньше. Это не имело значения. Их прилет изменить ничего не мог. Не мог. Подобно тому, как я не мог открыть сейф Уокера. А значит, и у меня не было никакой надежды помочь Лотте.

Дуроломы с Земли, конечно, вскроют сейф – если я захочу сказать им о нем! – и выслушают Уокера, и заберут у меня”штуку” и звездолет впридачу, и снова отправятся ловить “Монстров”, и снова повторится четырехлетняя бестолковая и бесплодная Одиссея поисков и отлова…

А журналист Дэниел Рочерс будет кропать статейки в “Галактик экспресс” под дебильным руководством Молодого Имбецила и ждать известий. И вспоминать Лотту.

Нет! Я заскрипел зубами, вдарил ногой по двери особняка и ворвался в холл. “Нет, мать вашу, нет! – мысленно заорал я. – Я не отдам вам ни цента из того, чем сейчас обладаю. Потому что только Рочерс – слышите?! – только Дэниел Рочерс может спасти Шарлотту Ньюмен и ваших людей! И это ерунда, что у меня нет ни вашего бесполезного опыта, ни знания, ни команды. Все это бред. Потому что у меня есть кое-что похлеще – вы забыли? У меня есть кое-что похлеще! И вот если это мне не поможет – тогда…”

Я не договорил, подскочил к дверце обширного бара Уокера, распахнул ее и вперил взор в ряды бутылок с пестрыми наклейками. А потом выхватил из них литровый сосуд с виски, открутил пробку и прямо из горла, захлебываясь и проливая жидкость на грудь, начал заталкивать в себя огненную воду.

Кто-то скажет, что я просто алкоголик и воспользовался уединением и относительной безопасностью, чтобы напиться с горя. Кто-то скажет, что я сделал это не из желания надраться спиртным, а чтобы призвать на помощь в безвыходной ситуации свою ипостась номер два – Денни-дурака. Денни – пьяницу, дебошира, колдуна и гениального хакера.

Я не буду спорить ни теми, ни с другими. Это бесполезно, потому что истина в споре, насколько я знаю, лежит где-то на середине пути от одного мнения к другому. Или прячется на дне бутылки. Впрочем, последнее утверждение – мое частное наблюдение…

Как бы там ни было, через полчаса Дэнни-дурак явился ко мне во всей своей наглой красе. Мы растопили с ним камин – это в полдень на Корриде, когда асфальт за стенами особняка плавился от жары! – и долго и обстоятельно обсуждали положение дел. Потом Денни взял мой бластер, и мы пошли добивать оставшихся в крепости инопланетных гнид…

По-моему, по дороге мы захватили с собой Торнадо…

А дальше я ничего не помню.

ГЛАВА 5

НАСЛЕДНИК ДВУХ ГЕНИЕВ

Я очнулся в кабинете Уокера в кресле перед компьютером. С бластером в руках. Чувствовал я себя так, как будто Торнадо случайно наступил на меня во время проведения операции по уничтожению несчастных лиан, а потом одна из уцелевших тварей подползла ко мне и провела глубинное ментоскопирование.

Я осторожно пошевелил руками и ногами – любое движение вызывало боль в затылке и тошноту. Абстинентный синдром развивался успешно и, по всей видимости, достиг апогея.

Это надо было немедленно прекратить. Я, не вставая, зашарил рукой под креслом и – память еще работала! – обнаружил там початую бутылку бренди. Борясь с нежеланием жить, влил в себя несколько глотков и замер в ожидании результатов реанимации.

Через несколько минут я смог повернуть голову и посмотреть за окно – над владениями Уокера стояла глубокая ночь. По моим подсчетам я проспал около семи часов: явно недостаточно для отрезвления и достойной борьбы с похмельем. Непроглядная темь за окнами подвигла меня на то, чтобы прикончить бутылку бренди и закурить. Семь бед – один ответ: теперь уже поздно каяться в невоздержанности.

Я почувствовал себя увереннее, смело покачал головой, – ножи в затылке растворились в ожившем кровотоке – подпер щеку ладонью и задал философский вопрос: “Зачем? Зачем ты напился, мистер Рочерс?”

И уперся тупым взглядом в экран компьютера.

Сначала я просто бездумно пялился на беспорядочное кручение спиралей картинки-заставки. Потом осознал: меня что-то не устраивает. Озадачился, но не смог определить – что. Потом кое-как сосредоточился и, когда поставил вопрос ребром, тут же на него и ответил: меня не устраивало то, что компьютер был включен. Последний и единственный сеанс работы с ним – выход в ГКС и связь с Землей – я завершил, отключив питание системного блока, это я помнил точно.

– Дэнни, идиот, – проворчал я. – Опять копался в технике, придурок. Небось и в ГКС выходил, хулиганил. Хакер долбаный…

Я потянулся к оптической мыши и вдруг увидел, что в работе задействован один из дисководов. Я помнил, что “Монстры Галактики” утащили с собой все носители информации… Откуда в системном блоке взялся диск? Я тронул мышь, и картинка-заставка сменилась на экране крупной надписью: “Джеймс Уокер для Дэниела Рочерса. Видеозапись от 16 октября 20… года. Нажмите ОК”.

Меня вышвырнуло из кресла. Я встал, качаясь, как матрос на штормовой палубе, напротив компьютера и восхищенно прошептал:

– Хакер… Гений…

Дэнни-дурак открыл электронный замок сейфа. Замок с пятью степенями защиты.

Крепко держась за перила, я спустился по лестнице и вывалился из особняка. Торнадо стоял посреди сада камней, как ему и полагалось. Я тихо подошел к его левой ноге – сейф в нише был открыт и пуст.

Я поднял голову и глубокомысленно спросил:

– Торнадо, друг мой, как ты считаешь, всех мы врагов победили или нет?

– Я не знаю, что вы подразумеваете под словом “враги”, сэр, – столь же глубокомысленно ответил вечно бодрствующий и трезвый кибер, – но все инопланетные организмы во владениях мистера Уокера нами уничтожены.

– Да? – Я пьяно уставился на его ногу и проревел. – Хвалю за службу! Но! – Я поднял вверх и назидательно покачал им, как мне показалось, прямо перед мордой суперкибера. – Ты должен знать: что бы я не имел в виду под словом “враги”, мы победим всех врагов обязательно!

И отправился в кабинет Уокера. Смотреть видеозапись.

“Дэнни, мальчик, здравствуй, сынок! – Лицо дяди Уокера – длинное, рябое, с сетью старческих прожилок, с носом-картошкой лицо – некрасивое, знакомое до боли, живое, доброе, любимое – заполнило собой экран монитора и улыбнулось мне. – Здравствуй, мы не виделись сто лет…”

Сердце мое защемило.

– Зравствуй, дядя Уокер, – прошептал я и почувствовал, как на глаза навернулись слезы, приключения на Корриде совсем доконали лихого парня Рочерса.

С этого момента я вопреки всем законам физиологии начал катастрофически трезветь.

“Если ты сейчас слушаешь меня, значит, мы так и не встретились, а я… Меня уже нет. Очень жаль. Мне очень жаль, сынок, что мы никогда не увидимся. Я всегда помнил о тебе и очень хотел пожать при встрече твою руку…

42
{"b":"10148","o":1}