ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В новых агрессивных планах предусмотрено и физическое уничтожение «сумасшедшего парня» Фиделя Кастро, который навлек на себя особый гнев монополий. Конечно, следовало бы принять меры по уничтожению и двух других опасных «международных агентов» – Рауля Кастро и автора этих строк. Что и говорить, мысль более чем заманчивая! И если был бы достигнут удовлетворительный результат по всем трем пунктам или, по крайней мере, по одному (мы имеем в виду уничтожение нашего вождя), это было бы лишь на руку реакции. Но не забывайте о народе, господа монополисты и их местные прислужники! Не забывайте о всемогущем народе, который в случае подобного преступления уничтожит и раздавит в своей ярости всех тех, кто прямо или косвенно будет связан с покушением на вождей революции? Этой карающей руки не остановит ничто.

В агрессивных планах монополий может быть предусмотрен один из аспектов гватемальского варианта. Вполне возможно, что Кубе откажут в снабжении оружием. Это вынудит ее покупать оружие в коммунистических странах, что, конечно, вызовет поток грязных, клеветнических измышлений. Результат всего этого легко предвидеть. «Возможно, на нас и нападут как на „коммунистов“, но нас не удастся уничтожить как глупцов», – сказал один из членов нашего правительства.

Тогда-то и начнут вырисовываться планы прямой агрессии со стороны монополий; ведь имеется много и других возможностей, которые будут обсуждаться и изучаться с учетом различных вариантов в «Интернешнл бизнес мэшинс корпорейшн». Возможен и испанский вариант агрессии. В этом случае используются высланные из своей страны люди, их поддерживают так называемые добровольцы – точнее, наемники или попросту солдаты одной иностранной державы. А для успеха дела большую помощь в их действиях окажут флот и авиация.

Можно ожидать и прямой агрессии со стороны какого-либо государства, например Доминиканской Республики, которая пошлет своих подданных – наших братьев, а заодно с ними и многих наемных солдат умирать на наших берегах, чтобы спровоцировать войну. Когда она начнется, монополии, вероятно, заявят, что у них нет ни малейшего желания ввязываться в эту «несчастную» братоубийственную войну и что они лишь не дадут ей выйти за определенные рамки. Им, дескать, это удастся сделать с помощью своих линкоров, крейсеров, эсминцев, авианосцев, подводных лодок, минных тральщиков, торпедных катеров и самолетов, которые будут контролировать воздушное и морское пространство этой части латиноамериканского континента. Может случиться так, что ревностные «поборники мира» на американском континенте не пропустят ни одного корабля, ни одного транспорта с каким-либо грузом для Кубы. В то же время некоторые, а то и все корабли, направляющиеся к берегам страны Трухильо, смогут обмануть «железную» бдительность «миролюбцев».

Интервенция может быть предпринята также с помощью какого-нибудь «авторитетного» межамериканского органа, чтобы положить конец «безумной войне», якобы развязанной на нашем острове «коммунизмом». Если же машина этого «влиятельного» американского органа не сработает, интервенция может быть начата самими «поборниками мира», якобы во имя защиты интересов своих подданных – то есть это будет корейский вариант.

Возможно, что первый шаг агрессии будет направлен не против нас, а против конституционного правительства Венесуэлы, чтобы ликвидировать наш последний опорный пункт на континенте. Если это случится, то возможно, что центр борьбы против колониализма переместится с Кубы на родину великого Симона Боливара. Народ Венесуэлы встанет на защиту своих свобод со всей энергией, сознавая, что это будет решающая битва, поражение в которой приведет к самой мрачной тирании, а победа – к светлому будущему Америки. Борьба народов нарушит спокойную жизнь монополий в наших братских порабощенных странах.

Мы в состоянии привести немало доводов против возможности победы врага. Два из них мы считаем основными. Первый довод – внешнего порядка – исходит из того, что 1960 год – это год экономически слаборазвитых стран и освобожденных народов, год, когда наконец миллионы людей, избавленные от «счастья» находиться под властью владельцев смертоносного оружия и капиталов, заставят себя уважать. Мы можем привести и другой не менее внушительный довод внутреннего порядка: в момент опасности 6 миллионов кубинцев все как один возьмут в руки оружие, чтобы встать на защиту своей родины и своей революции. Это и будет наша национальная армия. Куба станет тогда ареной сражения, а ее армия – частью вооруженного народа.

Если она потерпит поражение в обычной войне, возникнут сотни партизанских отрядов с самостоятельным управлением и единым центральным командованием, которые будут драться во всех пунктах страны. В городах рабочие будут насмерть биться у стен своих фабрик и заводов, в сельских местностях смерть будет подстерегать захватчика за каждой пальмой, на каждом клочке поля, вспаханного трактором, который революция дала крестьянам!

Во всех странах мира миллионы протестующих против агрессии людей, повинуясь долгу международной солидарности, преградят путь несправедливой войне. И тогда владельцы монополий увидят, как рухнут их подгнившие устои, как могучим порывом народного гнева будет сорвана завеса лжи и клеветы, состряпанная продажной прессой. Но допустим, осмелятся бросить вызов возмущенным народам мира. Что тогда произойдет в нашей стране?

Учитывая уязвимость нашего острова, отсутствие у нас тяжелого оружия, нашу слабую авиацию и военно-морской флот, на первый план выдвигается партизанское движение как решающий фактор обороны страны.

Наши сухопутные войска будут бороться со всей отвагой, упорством и воодушевлением – качествами, столь присущими сынам кубинской революции в эти славные годы ее истории. Мы готовы и к худшему случаю. Мы сделаем все необходимое, чтобы сохранить наши боевые подразделения и после разгрома нашей армии. Мы хотим этим сказать, что если наша армия потерпит поражение от превосходящих сил противника, она превратится в партизанскую армию. Такую армию будет характеризовать высокая мобильность, единоначалие командиров колонн. Ею будет руководить центральное командование, расположенное в любом пункте страны, задачей которого будет – действовать согласно выработанному им стратегическому плану и отдавать соответствующие приказы.

Последним оборонительным рубежом повстанческой армии, этого вооруженного организованного авангарда народа, станут горы. Но противнику придется вести бой за каждый населенный пункт, за каждый дом, за каждую дорогу, за каждую высоту, за каждую пядь земли нашей родной страны. И этот бой ему будет дан великим арьергардом, каковым станет весь народ, обученный и вооруженный в соответствии с положениями, о которых мы скажем далее. Так как у наших пехотных подразделений нет тяжелого оружия, их командованию придется обратить особое внимание на организацию противотанковой и противовоздушной обороны. При этом единственным видом оружия определенной мощности у них будут (за исключением нескольких минометных батарей) базуки, противотанковые гранаты, скорострельные зенитные пушки, мины различных типов. Нет никакого сомнения в том, что располагающий автоматическим оружием бывалый солдат будет бережно расходовать боеприпасы, зная цену каждому патрону. Подразделения нашей армии будут сопровождать походные мастерские по изготовлению патронов, обеспечивая эти подразделения боеприпасами даже в самых суровых условиях.

Что касается авиации, то в первые моменты вторжения она, по-видимому, понесет большие потери. Обо всем этом мы говорим, исходя из возможностей нападения на нашу страну сильной иностранной державы или наемных войск какого-нибудь маленького государства, тайно или открыто поддержанных этой сильной державой.

Наша авиация будет уничтожена или почти уничтожена; останутся только разведывательные самолеты или самолеты связи, и прежде всего вертолеты, на которые можно возложить выполнение вспомогательных задач.

Организация военно-морского флота также будет соответствовать такому стратегическому плану. Юркие военные катера, неуязвимые для противника, будут наносить ему удары в самых неожиданных местах. И тут, как и в ранее приведенных случаях, противник, к своему великому отчаянию, не обнаружит ни единого важного объекта, ни одной сколько-нибудь значительной цели, на которую мог бы он обрушить свой удар. Словом, он нигде не встретится с четко обозначенной линией фронта: он все время будет иметь дело с невидимым, чрезвычайно подвижным и совершенно неуловимым противником, который, отходя, не даст ему покоя ни на миг.

29
{"b":"10149","o":1}