ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Костас проплыл несколько метров влево от быка — везде стена была покрыта символической резьбой, напоминавшей экзотический восточный ковер.

— Максимальное количество черточек на правой стороне каждого ствола не превышает шести, а периодически здесь появляется еще одна черточка. Эта седьмая линия чуть было не разрушила мою гипотезу.

— Какую? — улыбнулся Джек. Послышался глубокий вздох Костаса.

— Каждый орнаментальный завиток обозначает один год, а каждая горизонтальная линия — месяц. Если мы сначала пойдем по правой стороне, а потом по левой, то получится, что январь здесь помечен справа внизу, а декабрь — слева вверху.

Джек проплыл вдоль стены над Костасом, где орнаментальные завитушки имели наибольшее число линий.

— Конечно! — воскликнул он. — Эта группа с дополнительной линией включает в себя тринадцать знаков. Видимо, они обозначили годы с дополнительным месяцем по лунному календарю. А теперь посмотрите на последовательность знаков вот здесь. Этот дополнительный месяц появляется каждые три-четыре года, что позволяло древним людям сохранять соответствие лунного года солнечному циклу.

— А как вы определили значение недостающих месяцев? — поинтересовалась Катя. Она опустилась почти до самого пола и разглядывала замысловатый орнамент. Некоторые группы знаков содержали только вертикальные линии, а другие состояли из одной или двух черточек, причем казалось, что они расставлены наугад, без всякого смысла.

— Большинство жертвоприношений имело искупительный или умиротворяющий характер, верно? Иначе говоря, они были рассчитаны на милость богов, не некоторую благодать с их стороны, которая должна была проявиться в каком-то знаке. А что убедительнее извержения вулкана? Начинает дрожать почва под ногами, вытекает раскаленная лава, застывает магма, а от скопления большого количества газов и пара даже радуга появляется на небе.

— Значит, жертвоприношения всегда проводились в самом начале лунного месяца, — мгновенно продолжила Катя мысль Костаса. — Если перед каждым новолунием они получали определенный знак, тут же вырезали линию на скале, а если нет, то пропускали ее.

— Вот именно! — ободряюще воскликнул Костас. — Вся центральная часть, которая сейчас находится перед Джеком, расписана множеством символов. То есть знаки проставлялись каждый месяц в течение двадцати пяти — тридцати лет. А потом наступил период с небольшим количеством символов. Думаю, мы видим здесь сравнительный анализ активной деятельности вулкана. В течение нескольких десятилетий вулкан ведет себя довольно активно, а потом наступает период относительного затишья. Конечно, речь идет не о грандиозном взрыве, а об обычной активизации вулканической деятельности, когда накопившая в кратере раскаленная магма булькала и дымила, что воспринималось жителями как знак свыше.

— Если судить по этим обозначениям, — воодушевилась Катя, — можно с уверенностью сказать, что последняя жертва была принесена в мае — июне, то есть как раз в то время, когда началось резкое наступление моря, что подтверждают и результаты анализа древней береговой линии около Трабзона. А за несколько лет до этого никаких знаков здесь нет. Зато последнее жертвоприношение выглядит так, словно им крупно повезло.

— Да, им нужна была удача, — грустно заметил Костас. Они молча уставились на последний символ — корявую завитушку, которая заметно отличалась от предыдущих неровностью и небрежностью. Трудно было представить ужас людей, ожидавших от богов хоть каких-то знаков благоволения в условиях надвигавшейся катастрофы. А потом, так и не дождавшись помощи от богов, они спешно оставили родные жилища, где процветали с незапамятных времен.

Джек направился к противоположной стене, тоже испещренной наскальными символами.

— Здесь в общей сложности примерно полторы тысячи орнаментальных групп, — сообщил он. — Если отсчитать время от 5545 года до Рождества Христова, когда начался потоп, то мы получим восьмое тысячелетие до нашей эры. Невероятно. Они жили вокруг этого вулкана пятьсот тысяч лет, пользовались его дарами, не зная ни войн, ни стихийных бедствий, да еще имели в своем распоряжении столько домашнего скота, что могли каждый месяц безболезненно приносить в жертву огромного быка. Да, Атлантида возникла не за одну ночь.

— Надо иметь в виду, — напомнил Костас, — что мы видим регистрацию событий, случившихся только после того, как этот коридор был значительно расширен. Ведь поначалу это был просто вулканический проход, доступный для проникновения извне. Готов поспорить, люди регулярно посещали это место задолго до того, как здесь была принесена первая жертва.

— Пора двигаться дальше, — напомнил Джек. — Мы не знаем, что ждет нас впереди.

Изображение быка описывало синусоиду и своей конечной частью завершало наскальные изображения. Когда они миновали его хвост, коридор неожиданно выровнялся и стал на удивление прямым. По обеим сторонам в стене были вырублены небольшие ниши. В каждой стояли невысокие керамические кувшины, отчего ниши походили на пещерные некрополи более поздних времен.

— Это было сделано для факелов или светильников, которые заправлялись жиром жертвенных животных, — прокомментировал Джек.

— Приятно сознавать, что все эти туши животных использовались для дела, — ухмыльнулся Костас.

Они поплыли вперед, но метров через пятнадцать узкий коридор неожиданно закончился развилкой. Один проход остался по центру, а два других ответвлялись влево и вправо. С этого места казалось, что все три коридора ведут в темное жерло вулкана.

— Еще одно испытание, — недовольно проворчал Костас.

— Только не по центральному проходу, — сразу отреагировал Джек. — Это слишком очевидный путь.

Катя непроизвольно повернула в правый коридор, и остальные охотно последовали за ней. Посмотрев друг на друга, они молча кивнули в знак согласия, после чего Катя поплыла вперед. Коридор был настолько узким, что по нему могли продвигаться только двое, да и то плотно прижимаясь друг к другу.

Он продолжался метров двадцать. Скалистые стены были на удивление ровными, а сам проход не таил препятствий для пловцов. Сначала мужчины следовали за Катей по пятам, но потом заметно отстали — Костас остановился, чтобы привязать к оранжевой ленте новый моток, а Джек решил подстраховать его.

Пока Костас возился с мотком ленты, Джек приложил руку к ране на боку и скорчил гримасу.

— Вода почему-то стала теплой, я чувствую это, — удивленно произнес он.

Костас и Катя не могли ощущать перемены в температуре воды, так как находились в герметических костюмах и не испытывали потребности в проверке температуры с помощью встроенного датчика.

— У меня дурное предчувствие, — проворчал Костас. — Поблизости может находиться вулканический желоб, по которому выходит раскаленная лава. Думаю, нужно поскорее убираться отсюда.

Только сейчас они заметили, что Катя ушла далеко вперед и не отзывается. Джек отчаянно заработал ногами, пытаясь как можно быстрее догнать девушку, а Костас старался не отставать. Вскоре они поняли, в чем дело. В наушниках раздался резкий треск статических помех, который заглушал любые переговоры.

— Локальное электромагнитное поле! — прокричал Костас, подплывая поближе. — Вероятно, в скале проходит железная жила с высокой концентрацией минералов, как «золото глупцов» в самом начале святилища.

Поворот направо подсказал им, где именно искать Катю. Они бросились туда из последних сил, с трудом пробивая темноту лучами фонарей. Через несколько минут гладкие и ровные стены сменились острыми выступами и нагромождениями камней и кусков застывшей лавы. Видимость стала почти нулевой, а перед глазами замаячили странные тени, похожие на миражи.

— Здесь почти кипяток, — с трудом выдохнул Джек. — Я больше не могу плыть.

Они миновали последний отрезок стены и вдруг оказались на краю глубокой вулканической расщелины. Из темноты неожиданно вырвалась Катя, как фантом во время бури в пустыне, и отчаянно замахала руками. Впрочем, они и сами уже физически ощущали наступавшую из недр вулкана страшную силу, сметавшую все на своем пути.

56
{"b":"10150","o":1}