ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А мне казалось, что наскальная живопись эпохи палеолита находится только в пещерах Западной Европы, — недоуменно пробормотала Катя.

— Да, их обычно находят в Пиренеях или в провинции Дордонь, — поддержал ее Джек. — А наиболее известные пещеры расположены в Альтамире и Ласко. Это единственный случай, когда наскальные рисунки первобытных времен были обнаружены к востоку от Италии. Отсюда вывод — к этому времени охотники и собиратели Европы уже достигли берегов Западной Азии.

— Насколько я понимаю, — вступил в разговор Костас, — эти рисунки имели религиозное значение. Что-то вроде культа животных или поклонения духам фауны.

— На заре первобытного искусства многие из подобных изображений действительно выполняли ритуальные магические функции, — поддержал друга Джек. — Особенно в тех случаях, когда их авторами были шаманы или знахари-колдуны, то есть наиболее почитаемые люди племени, которые специально находили такие места, где эти образы могли оказывать на их соплеменников магическое влияние.

— Это вполне могли быть колдуньи, — прервала его Катя, — поскольку во многих первобытных обществах охотников и собирателей господствовал матриархат, и они поклонялись богине-матери. Женщины не только рожали детей и собирали ягоды…

Через минуту они увидели еще одно огромное изображение животного, на этот раз гигантского зубра-самца, а на противоположной стене находился абсолютно идентичный рисунок — зеркальное отображение первого. Своим величественным видом зубры напоминали грозных часовых, охраняющих вход в галерею от непрошеных гостей. Они опирались на мощные лапы, низко наклонили головы и находились в состоянии крайнего сексуального возбуждения.

— Они чем-то похожи на жертвенного быка, которого мы видели в коридоре, — заметил Костас. — И вид у них такой же, как у гигантского быка-сфинкса на территории подворья.

Джек не уставал поражаться величию открытия:

— К началу потопа все эти животные уже были для местных жителей мифическими фигурами далекого прошлого, а мамонты и носороги, вероятно, воспринимались как сфинксы или грифоны более поздних культур. Единственный связующий элемент между ними — этот самый бык. Для доисторических охотников гигантские зубры были символом мощи и олицетворением сексуальной потенции, а для земледельцев — источником пищи, молока, шкуры, да и самой жизни.

— Хочешь сказать, неолитические жители Атлантиды поклонялись образам животных, которым на то время было не менее тридцати тысяч лет? — не поверил Костас.

— Далеко не все рисунки здесь такие древние, — спокойно отреагировал Джек. — Большинство наскальных изображений в подобных пещерах не являются гомогенными, а представляют собой эпизодическое явление. Накапливались они на протяжении очень долгого времени, причем старые рисунки ретушировались или просто заменялись новыми. Но даже самые последние добавления — конца ледникового периода — насчитывают по меньшей мере двенадцать тысяч лет, то есть появились они примерно за пять тысячелетий до гибели Атлантиды.

— Для жителей Атлантиды это была такая же древность, как для нас бронзовый век, — заметила Катя.

— В древних обществах искусство обычно выживало только в том случае, если находило продолжение в культурной или религиозной традициях, — глубокомысленно заметил Джек. — Именно поэтому все коридоры, которые мы прошли ранее, обработаны и отполированы, в то время как эта пещера оставлена хранителями культа в неприкосновенности. Все эти рисунки воспринимались ими как наследие предков.

Он подплыл поближе и стал внимательно рассматривать изображение мамонта, стараясь не прикасаться к хрупким пигментным краскам, сохранившимся так долго благодаря неподвижной холодной морской воде.

— Я знал, что Атлантида хранит немало удивительных тайн, — продолжил он после непродолжительной паузы, — но никогда не надеялся найти здесь первые более или менее четкие связи между ранними верованиями древних людей вида «гомо сапиенс» и нашими палеолитическими предками. Теперь ясно, что таким элементом связей был культ быка, который возник еще на заре человеческой цивилизации. — Джек осторожно отплыл назад, не сводя глаз с чарующего образа древнего мамонта. — Не надеялся я также увидеть здесь самые древние в истории человечества произведения искусства.

Они сейчас находились примерно в тридцати метрах от главного входа и прошли почти половину галереи. Над головами, как купол огромного кафедрального собора, возвышались скалы; потолок представлял собой ровную поверхность застывшей лавы в том виде, как она стекала по нему из вулканической расселины. Миновав двух гигантских зубров, они увидели новые изображения животных, — местами их было так много, что создавалось впечатление, будто это огромное стадо.

— В пещере Ласко насчитывается шестьсот наскальных рисунков и двенадцать тысяч гравюр, — растерянно пробормотал Джек, — а здесь их в три-четыре раза больше. Это же сенсация! Это все равно что бродить по доисторическому Лувру.

Они с Катей так увлеклись древними рисунками на стенах пещеры, что потеряли из виду дальний ее конец. Костасу пришлось напомнить им об этом. Он поплыл к ним, постоянно справляясь с данными компьютера.

— Смотрите вперед, — предупредил Костас.

Конец галереи был теперь всего в десяти метрах от них. Освещая путь фонарями, археологи заметили, что никаких рисунков впереди нет, а стены коридора стали такими же ровными и отполированными, что и в предыдущем проходе. Однако потом они вновь наткнулись на странное изображение, вырезанное на стене. Оно поражало гигантскими размерами и охватывало не менее пятнадцати метров скалы.

Когда к ним присоединился Костас со своим фонарем, изображение стало более осязаемым.

— Это какая-то хищная птица! — воскликнула Катя.

— Бог-орел с распростертыми крыльями, — деликатно уточнил Джек.

Изображение птицы было выполнено в форме барельефа, как и виденный ранее жертвенный бык. Более того, он удивительно напоминал имперских орлов древней Месопотамии и императорского Рима. Его голова была повернута направо, а глаз грозно смотрел на исследователей, однако огромные крылья не были расправлены, а слегка изгибались в направлении пещеры, будто птица готовилась схватить жертву своими мощными когтями, которые опускались почти до самого пола.

— Это более позднее произведение, чем предыдущие наскальные рисунки, — заметил Джек. — Охотники эпохи палеолита не имели инструментов для обработки такого твердого базальта. Думаю, этот экземпляр совпадает по времени с неолитическими изображениями быков.

Когда они осветили мощные когти птицы, стало ясно, что они нацелены на темные входы в другие узкие коридоры, расположенные вдоль стены; причем два из них находились под кончиками крыльев, а еще два — под когтями птицы.

— Похоже, нам опять предстоит нелегкий выбор, — вздохнул Джек. — Точнее сказать, один из четырех.

Они обследовали всю поверхность стены в поисках хоть какой-то зацепки, но тщетно. Над ними не было никаких знаков, а времени оставалось все меньше и меньше. Катя, Джек и Костас оставили подводную лодку почти полчаса назад, и надо было думать о возвращении. Осмотрев все четыре входа в тоннели, исследователи собрались посреди пещеры.

— Они совершенно одинаковы, — разочарованно произнесла Катя. — По-моему, нам опять придется надеяться на удачу.

— Погодите. — Костас уставился на изображение гигантской птицы над головой. — Кажется, я уже где-то видел эту фигуру.

Джек внимательно посмотрел на орла, и тут послышался судорожный вздох Кати.

— Это же символ Атлантиды! Костас просиял:

— Плечи и крылья орла составляют центральную часть буквы «Н», а огромные лапы — нижнюю. Таким образом, символом Атлантиды является орел с распростертыми крыльями!

Преодолевая волнение, Джек достал из сумки диск, чтобы все могли еще раз посмотреть на прямые линии с обоих концов символа. Знак был им уже хорошо знаком, но до этой минуты его форма оставалась для них загадкой.

— Возможно, он похож на египетский символ «анх», — задумалась Катя. — Это такой иероглиф в виде креста с завитком наверху, символизирующий жизненную силу.

58
{"b":"10150","o":1}