ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хибермейер мысленно прокрутил в голове несколько возможных вариантов. Может быть, это оригинальное свидетельство о странствиях евреев, которое приоткроет тайну событий Ветхого Завета? Или описание последнего периода эпохи бронзы, имеющего отношение к Троянской войне? Впрочем, текст может быть посвящен даже более раннему периоду истории, когда египтяне не только торговали с древними жителями Крита эпохи бронзы, но и создали более выдающиеся памятники прошлого. Вдруг речь идет о египетском царе Миносе? Последнее предположение понравилось Хибермейеру больше всего.

Однако Айша вернула его на грешную землю:

— Посмотрите на это. — Она только что очистила от песка край папируса, торчавший из-под внешнего слоя ткани, в которую была завернута мумия. — Здесь нарисовано… напоминает странный символ.

Хибермейер уставился на папирус. Текст действительно прерывался странным символом, часть которого была скрыта под тканью мумии. Он отдаленно напоминал садовые грабли с четырьмя выступами.

— Что вы думаете на этот счет? — Айша нетерпеливо заерзала.

— Не знаю. — Профессор замолк, стараясь не показать виду, что растерялся. — Это может быть нумерологический знак, каким-то образом связанный с клинописью. — Он попытался вспомнить глиняные таблички, которые ему доводилось встречать на раскопках древних поселений на Ближнем Востоке. — Вот, посмотрите, это может стать для нас ключом к разгадке.

Низко склонившись, почти касаясь лицом потемневшей мумии, профессор аккуратно сдул пыль с папируса и обнаружил, что под странной символической фигурой виднеются буквы. Точнее сказать, между символом и дальнейшим текстом находилось одно-единственное слово, причем греческие буквы здесь по величине были намного больше, чем остальной текст папируса.

— Кажется, я могу прочесть его, — тихо пробормотал он. — Вытащите блокнот из моего кармана и запишите буквы, которые я вам сейчас продиктую.

Айша быстро выполнила указание и приготовила карандаш. Ей было лестно думать, что профессор полностью доверяет ей и не сомневается, что она сможет сделать правильную транскрипцию.

— Ладно, поехали, — сказал Хибермейер и направил большое увеличительное стекло на буквы. — Первая здесь идет «альфа». — Он еще ближе пододвинул лампу. — За ней следует «тау». Затем снова «альфа». Нет, здесь есть черточка. Стало быть, это не «альфа», а «ламна». Далее снова «альфа».

Несмотря на тень, прикрывавшую голову профессора, его лицо покрылось крупными каплями пота. Он отодвинулся назад, чтобы ненароком не повредить папирус, и продолжил:

— «Ню», потом снова «тау». Дальше идет «йота», если не ошибаюсь. Да, это определенно «йота». Ну и, наконец, последняя буква. — Не отрывая взгляда от папируса, он протянул руку к подносу, взял оттуда щипцы, осторожно отодвинул край папируса и подул на него, чтобы разобрать последнюю букву. — «Сигма». Да, «сигма». И все. Больше никаких букв здесь нет.

Хибермейер выпрямился и посмотрел на студентку.

— Ну, что у нас получилось?

По правде говоря, он сразу сообразил, что перед ним за слово, но поначалу не придал значения его содержанию. Это было настолько невероятно, что даже в кошмарном сне он не мог представить ничего подобного. Многие современные исследователи шарахаются от этого слова как черт от ладана.

Какое-то время они оба таращились на страницу блокнота, не находя сил вслух произнести написанное. Все остальное на этих раскопках вдруг померкло и стало каким-то незначительным по сравнению с тем, что они видели перед собой.

— Атлантида, — оторопело прошептал профессор.

Он растерянно заморгал, а потом вновь взглянул на папирус. Слово по-прежнему было на своем месте. Хибермейер старался собраться с мыслями, но ничего не получалось. Атлантида. Он уставился куда-то вверх и попытался представить этот таинственный, почти мифологический феномен, связанный с эпохой титанов и зарождением первых цивилизаций на Земле. Возможно, папирус содержит древний рассказ о легендарном золотом веке человечества, о том самом сказочном государстве под названием Атлантида, которое относится скорее к мифам, чем к реальности.

Хибермейер снова посмотрел на мумию и сокрушенно покачал головой. Этого просто не может быть, потому что не может быть никогда. В этом месте и в это время. Слишком много совпадений. Профессиональное чутье не подводило прежде, и сейчас он всецело полагался на него. Перед глазами мгновенно предстал до боли знакомый ему мир мумий и фараонов, жрецов и храмов… В эту минуту профессор вдруг подумал о том, что вся его работа, громадные усилия и недюжинное воображение были направлены на реконструкцию Древнего мира, на восстановление исторического прошлого, и вот сейчас все это рухнет из-за случайной находки. Он даже улыбнулся от столь неожиданного вывода. Возможно, этот несчастный верблюд окажется главным виновником величайшего археологического открытия последнего времени.

— Айша, — решительно произнес он, вспомнив, что является руководителем археологических раскопок и несет полную ответственность за результаты работы, — я хочу, чтобы вы подготовили эту мумию к отправке. Заполните открытую часть пеной и как следует законсервируйте. Сегодня же погрузите саркофаг на грузовик и отправьте в Александрию. Обеспечьте обычное сопровождение из вооруженных людей, но не более того. Ничего особенного придумывать не стоит, это может вызвать нездоровый ажиотаж. Я не хочу привлекать внимание раньше времени.

Оба прекрасно понимали, какую угрозу представляют собой современные мародеры и грабители древних захоронений, всевозможные кладоискатели и просто бандиты с большой дороги, коих немало расплодилось вокруг раскопанного ими некрополя. Они рыскали как хищники, выжидая возможность стащить отсюда хоть что-нибудь.

— И еще одно, Айша, — добавил он, — я полностью доверяю вам, но все же считаю своим долгом предупредить, чтобы вы молчали как рыба о сегодняшней находке. Не говорите о ней никому, даже друзьям и коллегам по раскопкам.

Хибермейер оставил Айшу в раскопанной могиле, а сам направился к лестнице и стал быстро подниматься наверх. У него даже голова кружилась от мыслей о возможных последствиях открытия. Выбравшись на поверхность, он в задумчивости миновал несколько раскопанных захоронений, не обращая внимания на немилосердно палящее солнце и удивленные взгляды членов экспедиции, которые дожидались от него обычных инструкций в конце рабочего дня.

Профессор вошел в небольшой деревянный барак, специально выстроенный для начальника археологической экспедиции, и устало опустился на стул перед лежавшим на столике мобильным телефоном, оснащенным спутниковой связью. Немного успокоившись, он смахнул со лба капли пота, сделал несколько глубоких вдохов, потом взял телефонную трубку и набрал номер. Ответ прозвучал почти мгновенно, но в трубке послышался громкий треск. Хибермейер настроил антенну и крепче прижал трубку к уху.

— Добрый вечер, — послышался чей-то голос. — Международный морской университет. Чем можем быть полезны?

— Здравствуйте, вас беспокоит Морис Хибермейер из Египта, — произнес он дрожащим от волнения голосом. — У меня чрезвычайно срочное дело. Пожалуйста, немедленно соедините меня с Джеком Ховардом.

Атлантида - i_05.jpg

ГЛАВА 3

Море в старой гавани мягко набегало волнами на берег, разбивая их на мелкие брызги. Каждая волна становилась продолжением морской зыби, которая простиралась до самого горизонта. А вдали виднелись смутные очертания рыболовных судов, словно окутанных яркими лучами полуденного солнца. Джек Ховард встал с кресла, прошелся по палубе корабля, наклонился над перилами и посмотрел вниз, на темные воды моря. Его черные волосы теребил слабый морской бриз, а бронзовое от загара лицо словно подтверждало, что месяцы жаркого лета он провел в поисках затонувших кораблей эпохи бронзы. Сверкающие капли морского прибоя напоминали ему о древних временах морского порта Александрия, который некогда весьма успешно соперничал в своем величии с Карфагеном и даже Римом. Из этого порта уходили в море суда с зерном, поставляя жизненно важный товар почти во все города Древнего Рима. Именно поэтому Египет ценился как главная житница Римской империи.

7
{"b":"10150","o":1}