ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, есть несколько версий, которые мы прорабатываем.

И следующий вопрос:

– Правда ли, что Фолькессон занимался палестинскими террористами?

И обрезанный ответ:

– Да, правда.

И вновь на экране корреспондент телевидения в позе докладчика. Шеф полиции отметил для себя: корреспондент сидел в пиджаке и при галстуке.

Корреспондент утверждал без обиняков: вероятным мотивом палестинских убийц была готовность шведской полиции безопасности уничтожить прибывшую в Швецию террористическую группу, и на это террористы ответили убийством именно того шефа в полиции безопасности, который вел борьбу против них. Затем корреспондент объяснил: на этот раз палестинский терроризм впервые нанес серьезный ущерб Швеции, и это особенно тревожит полицию.

И вновь фрагмент из интервью шефа госполиции с корректно поданной цитатой, но опять с совершенно иным подтекстом:

– Я хочу подчеркнуть, что ситуация чрезвычайно серьезна. Речь идет о преступлении, не имеющем аналога в нашей стране. Мы здесь, в Швеции, до сих пор были избавлены от подобных преступлений. Само собой разумеется, мы очень серьезно относимся к случившемуся и разрабатываем несколько версий, используя все доступные нам средства.

Затем корреспондент перешел к некоему политическому комментарию и утверждал, что случившееся уже получило или по крайней мере должно получить соответствующую оценку и все усиливающемуся в последние годы пропалестинскому движению в Швеции и самому уже ослабевающему палестинскому движению следует понять: здесь им не удастся получить Такую же поддержку, какую они до сих пор имели в Западной Европе.

Остаток передачи превратился в исторический обзор различных палестинских террористических акций, начиная с угона самолета из Иордании в 1969 году, террористических акций в 1972 году против израильских спортсменов в Мюнхене и заканчивая убийством палестинского эмиссара на конгрессе Социалистического интернационала (кадр с Улофом Пальме и палестинским дипломатом Изамом Сартани).

Чаще других упоминался террорист-привидение Абу Нидаль. В заключение высказывалось предположение, что именно он мог находиться здесь, в Швеции: "...Полиция безопасности все еще опасается, что в Швеции, вероятно, продолжает действовать террористическая группа во главе с Абу Нидалем".

Наконец, короткие интервью с различными политиками, их презрительное отношение к терроризму вообще и заверения, что палестинский вопрос нельзя решать насильственным путем, а существование Израиля должно быть признано всеми сторонами.

Шеф полиции выключил телевизор. В этот момент он почувствовал твердую решимость никогда не соглашаться на телевизионные интервью. Он потер переносицу большим и указательным пальцами, попытался сосчитать до пятидесяти, надеясь наладить работу мозга, но его терпение вскоре лопнуло, и он нажал на кнопку служебного телефона. Настало время следующего совещания.

Первым в кабинет вошел начальник бюро Хенрик П. Нэслюнд, незадолго до этого назначенный оперативным ответственным как за сам розыск убийц, так и за проведение соответствующих операций. Если и здесь он придерживался своих обычных методов работы, то наверняка это он привел средства массовой информации к таким диким измышлениям, намекая на поддержку служб безопасности.

– Мне показались неудачными все эти спекулятивные публикации, – заявил шеф госполиции. – Либо мы полностью ошиблись в первоначальной гипотезе, но тогда она не должна была попасть в газеты; либо мы правы, но тогда тоже нельзя было выпускать информацию из своих рук.

Начальник бюро нисколько не смутился, услышав это. Он достал расческу, провел ею несколько раз по зачесанным назад волосам ("Какие грубые манеры", – подумал шеф госполиции), потом выдернул ногой стул из-под стола, сел на него, весело улыбнулся и абсолютно спокойно ответил на выдвигаемые против него обвинения.

– Посмотрим на это иначе. Либо мы правы – и тогда эти дьяволы уверены, что мы напали на их след, что при определенных условиях можно рассматривать как оперативную удачу и она поможет нам помешать их акциям, о которых мы еще ничего не знаем. Либо мы абсолютно ошибаемся. Но и в данном случае это оперативная удача, поскольку те, кого мы ищем, верят, что мы идем по ложному следу.

Шеф госполиции не ответил. С бесстрастным лицом он продолжал полировать стекла очков, ожидая, пока войдут все вызванные на совещание.

Глава 2

Половина одиннадцатого утра. Ровно три часа назад в столице соседнего государства убили Акселя Фолькессона.

Но Руар Хестенес пока еще не имел об этом ни малейшего представления. На этот раз пункт наблюдения оказался прекрасным. И ему было наплевать, что на улице шел дождь и что поставленное перед ним задание бессмысленно, его ведь все равно надо выполнить.

Последние два года младший инспектор Руар Хестенес служил в подразделении по борьбе с наркотиками и мог получить любое задание. Он мог сидеть в машине и внимательно следить за подъездом или воротами; один раз из двадцати что-нибудь могло и произойти; в худшем случае можно простоять и в подворотне и даже попасть в дурацкое положение, если тебя примут за пьяницу и заявят об этом квартальному полицейскому, а тот всегда скор на руку, когда речь идет о незаконном потреблении алкоголя. В лучшем случае сидишь себе где-нибудь в специально для этого снятой квартире и наблюдаешь в окно, пока тебя не сменят; только на следующий день узнаешь, что за двадцать минут до смены наблюдаемые все-таки откуда-то вынырнули и налет совершился.

В этом отношении нет никакой разницы между службой по борьбе с наркотиками и службой наблюдения. Но на этот раз он сидел в кафе гостиницы "Гранд-отель", размышляя о том, что перевод из отдела по борьбе с наркотиками в полицию безопасности означает значительное повышение жизненного уровня. Вот он уже принялся за вторую чашку кофе и второй бутерброд, втайне наслаждаясь мыслью, что так просто может съесть целый обед и никто не пожурит за непредвиденные расходы. В службе наблюдения не особенно придираются к личному составу, даже за перерасходы.

Кроме того, перед ним прекрасный обзор входа в гостиницу "Нобель" – всего пятнадцать метров от его столика у окна. Никому не удастся войти или выйти незаметно; он уже взял на заметку девять человек и четырех из них опознал, а остальные – те, о которых не стоит беспокоиться: иностранные дельцы старше среднего возраста, две пожилые дамы в норвежских платьях, девочка-подросток со всклокоченными волосами, вероятно, из гостиничного персонала и т. д.

В обязанности Руара Хестенеса входила слежка за террористами. Сейчас все происходило в Осло, и он был уверен, что ничего непредвиденного не случится.

А дальше было вот что. Из такси под номером 1913 вышел мужчина в зеленой охотничьей куртке, в руке у него только одна черная летная сумка именно такого размера, который подходит для ручного багажа, разрешенного для размещения в салоне самолета.

"Так летают только профессионалы", – подумал Руар Хестенес. Но вот мужчина в зеленой куртке повернулся в полупрофиль и что-то сказал шоферу такси, и Руар Хестенес понял: сейчас все начнется. В этом он был абсолютно уверен.

Перед выходом на смену Руар Хестенес изучил около тридцати фотографий. И вот через окно гостиницы "Гранд-отель" на расстоянии пятнадцати метров он увидел одного из предполагаемых опасных объектов. Он знал, что этот человек не заказывал в гостинице номер на свое имя.

Задание, если ничего особенного не случится, состояло в том, чтобы до следующего дня охранять от посторонних гостиницу, где должна разместиться израильская делегация. Но ради обеспечения безопасности, или ради служебного отчета о занятости делом, или потому что руководство норвежской службы наблюдения обладало каким-то шестым чувством, младший инспектор Руар Хестенес сидел сейчас здесь, выполнял одно из первых заданий в качестве полицейского безопасности; уже спустя час, как он занялся этим делом, один из предполагаемых объектов прямо перед его носом вышел из такси и направился в гостиницу.

4
{"b":"10170","o":1}