ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Что заставило тебя передумать? - спросила Моника в конце концов, когда пауза после возражения Вернера Портхуна слишком затянулась.

- Как вы знаете, поставка оружия чуть не стоила мне жизни, - сказал Карл и повысил голос, стараясь, чтоб он звучал твердо и решительно. - Я не хочу, чтобы эта операция, уже обошедшаяся для нас слишком дорого, провалилась. Если половину из нашей команды составят военные, то есть гарантии, что операция удастся. Не забывайте, я ведь практически обучен обращению с советским оружием. Все, что случилось со мной и товарищами, заставило меня изменить наивно-гуманистический взгляд на наше политическое положение и наши политические задачи.

- Понятно, что это было бы неоценимое подкрепление - швед, хорошо ориентирующийся на месте действия.

- А мы еще думали просить о помощи найти квартиру и так далее, - добавила Моника, глядя на Вернера Портхуна. - Кто же лучше Карла может свободно передвигаться по Стокгольму?

- Я хочу получить чисто практическую информацию, - сказал бельгийский товарищ, представившийся под именем, которое было похоже на имя известного певца. Бельгиец утверждал, что его зовут Джордж Брайтенс, но Карл почувствовал, что это имя ненастоящее.

- Да, - продолжал бельгиец, - у Алена Детурея не одно только преимущество, а два. Кроме того что он компетентен в военной области, он не находится в розыске, работает под своим собственным именем и с настоящим паспортом. А как у тебя с этим?

- Точно так же, - сказал Карл. - Смею предположить, что в этой комнате только два человека не в розыске - Ален и я.

- Тогда перейдем к оперативным тонкостям и договоримся, что вы должны оставить все ваши внутренние разногласия, - сказал бельгиец. - Я уполномочен говорить за бельгийских товарищей. Я за то, чтобы Ален Детурей представлял наших французских товарищей, а швед занял бы одно из двух немецких мест. Что скажешь, Жан-Мишель?

Косматому французу, бывшему, судя по его лексикону, каким-то политическим руководителем, вероятно, было что сказать. Он дважды глубоко затянулся своей крепкой, сильно пахнущей сигаретой, затушил ее в пепельнице и прежде, чем ответить, выпустил облачко дыма.

- Я незнаком, естественно, с природой этих внутренних противоречий, на которые указывают немецкие товарищи. Но само собой разумеется, что есть оперативные причины для того, чтобы принять предложение Джорджа. С другой стороны, оперативная группа с такими важными целями не может работать при наличии каких-то политических или личных разногласий. Я не хочу, следовательно, занимать определенную позицию, пока не выскажутся о своих противоречиях немецкие товарищи.

Все взгляды в комнате обратились к Фредерике Кункель, которая казалась слегка растерянной.

- Противоречия отчасти личного характера, - неуверенно начала она. - Карл, когда мы встретились с ним, был явным сторонником мелкобуржуазных, иллюзорных оценок... Но я не знаю, Карл, имеет ли это большое значение, поскольку теперь ты говоришь, что готов критически отнестись к своим прежним взглядам.

Карлу было сложно сохранять полную серьезность. Последний раз он занимался самокритикой много лет назад, на заседании группы "Кларте", похожем больше на молитвенное собрание. Правда, тогда речь шла совсем о другом виде "мелкобуржуазных откровений", чем те, что обсуждались сейчас. Но он решил не доходить до крайности.

- Товарищи, - начал он тоном, как будто должен был держать речь с трибуны. - У нас есть два возможных подхода к этому вопросу. С одной стороны, как указали наши французский и бельгийский товарищи, это, естественно, оперативная сторона дела. Но речь ведь не только о практических проблемах, мы должны проанализировать также и саму ситуацию. Что значит эта операция? Что я могу иметь против именно этой операции? Я не за это вас раньше критиковал. Это ведь мое собственное предложение. Я полностью согласен с общим планом, касающимся стокгольмской операции, и я это всегда говорил. Я вас критиковал (возможно, иногда с излишней иронией - и с этим я готов самокритично согласиться), когда речь шла об отдельных убийствах посторонних людей. Я и сейчас, должен признаться, сомневаюсь в такой необходимости. Но я хочу, чтобы стокгольмская операция удалась. Она будет самой большой и самой важной акцией из когда-либо проведенных нами, и она сможет изменить всю картину нашей войны. Поэтому я хочу в ней участвовать.

Тем самым дискуссия была окончена. Единому франко-германскому фронту Фредерике Кункель ничего не могла противопоставить. Карл был выбран представителем РАФ в группу нападения.

Поскольку в ударной группе было большинство мужчин, то решили, что второе место, предназначенное для немецкой стороны, должно быть отдано женщине. Остановились на Еве Сибилле, которой поручили управлять четвертой ракетой. Вернер Портхун и Сильке Мейер стали немецкими представителями в резервной группе.

Остальное время было посвящено практическим проблемам. Как только вопрос о назначении Карла был решен, он должен был поехать в Стокгольм, найти и снять одну или две подходящие квартиры. Моника последует за ним, когда все будет готово, чтобы сориентироваться на месте, так как резервная группа должна быть также надежно размещена.

Французские товарищи должны в это время подготовить и без осечки провести контрабандную перевозку.

Бельгийские товарищи должны, с одной стороны, выбрать своих двух представителей в ударную группу нападения и резервную группу, а с другой - взять на себя составление проекта первого совместного коммюнике. Его важно согласовать во всех деталях, прежде чем операция будет проведена.

Когда Карл все подготовит в Стокгольме, будет созвано последнее собрание для уточнения чисто практических деталей, за которые, естественно, отвечают Карл и Ален, а также для того, чтобы достигнуть полного политического единства по поводу значения операции. Каких-либо других решений собрание больше не принимало. Его объявили закрытым, и оно плавно перешло в дружескую вечеринку.

Как только собрание закончилось, Карл подошел к Алену Детурею со стаканом в руке.

- Добро пожаловать в нашу компанию, - сказал он и ответил на сердечное рукопожатие француза. - Это действительно здорово, что мы, два профессионала, вошли в ударную группу.

- Идея с РПГ-18 просто прекрасна. А я и не знал, что у боеголовок двойная система наведения, Это, конечно, имеет решающее значение.

Француз отпил маленький глоток вина из стакана и продолжил:

- Мне самому приходила эта мысль, но я думал о LRAC-89, тебе это знакомо?

- Я не очень силен во французском. Это что-то типа Lance-Roquette Anti-Char, так?

- Точно.

- Большой радиус действия, большая взрывная сила, но ее должны наводить два человека, правильно?

- Не обязательно. Второй человек нужен для того, чтобы снять крышку перед выстрелом. Но это можно сделать самому.

- Если знаком с оружием, то да. Пробивная сила приблизительно один метр брони?

- 1200 миллиметров, почти точно угадано.

- А есть ли у вас аналог русской системы двойного наведения?

- Конечно, и это самое привлекательное. Есть шрапнельный и противотанковый варианты. В первом в боеголовку входят 1600 легированных стальных пуль, поражение в радиусе больше двадцати метров от эпицентра.

- Действительно замечательно. Сложно достать?

- Н-да, стандартное оружие во Франции есть повсюду - двадцать, тридцать тысяч экземпляров.

- Парашютно-десантные войска его используют?

- Да, хотя и модель меньшего размера, которым оперирует один человек, но им управлять сложнее, поэтому их не так много на вооружении у десантных частей.

- Где ты служил?

- В Марселе, демобилизовался год назад.

- Ты действительно живешь под своим собственным именем?

Последний вопрос, пожалуй, переходил границы, но Ален Детурей только весело помахал своим паспортом, и потом они, как дотошные мальчишки, принялись выяснять познания друг друга. Таким образом, они убедились в компетентности собеседника, и оба были очень довольны.

69
{"b":"10171","o":1}