ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 22

Воды тьмы

Возвращение из небытия было медленным.

Неторопливо, по очереди восстанавливались чувства. Сначала он ощутил, что дышит необычно теплым воздухом, а по телу изредка барабанит что-то мелкое. Потом, когда застучало по лицу и потекло в открытый рот, он понял, что это – капли дождя… Теплого и крупного. В следующий момент он осознал, что умеет дышать, и вдохнул. Легкие наполнились воздухом, а в мир ворвался звук скрежещущим рокочущим ударом, прорезавшим пространство над ним, и он понял, что теперь еще и слышит. Звук повторился, на этот раз он был мощнее, громовой раскат, похожий на взрыв, резанул слух. Он вздрогнул и открыл глаза.

И не увидел ничего. Только тьма, кромешная и пугающая, да повсюду – негромкий частый шелест вперемешку с дробным стуком. В первый миг он подумал, что ослеп, и испуганно заморгал. Лишь когда над ним раздался новый звуковой взрыв, эхом отразившийся со всех сторон, и ломаная линия, напоминающая ветку дерева без листьев, угрожающе сверкнула, когда резкий свет выхватил из темноты предметы, он окончательно пришел в себя. И вспомнил, кто он и где он. По спине пробежал мерзкий холодок предчувствия недоброго.

Аня шевельнулась на его груди, веки ее затрепетали.

В свете новых молний он увидел, как она с изумлением смотрит то на него, то в черное, без просветов, небо. Там, прямо над ними, свинцово-черные, почти невидимые облака бесновались с такой силой, что становилось не по себе. Они будто затеяли между собой схватку на молниях, то и дело нанося друг другу пронзительные сверкающие удары. С трескучим грохотом удары распарывали небосвод, рикошетили в горы и, отразившись от склонов, долго гремели. И еще слышался гулкий, монотонный шум, что-то напоминавший Антону, вот только он пока не понимал – что.

Они, наконец, приподнялись и сели в темноте, изредка нарушаемой светом молний. И тут их ждал новый сюрприз.

Цветы были мертвы. Все до единого.

Антон не знал точно, сколько их росло на «поляне» – то ли около двухсот, то ли трехсот экземпляров… Все они лежали вповалку, чуть изогнув тела-стебли и уронив большие фиолетовые головы на землю и друг на друга. Один цветок покоился прямо на их ногах. Величественный, цветущий сад вдруг превратился в мертвое царство, в братскую могилу, в жуткую свалку мокрых трупов, видимую только в отсветах молний. От этого картина выглядела еще более зловещей.

– Мне страшно… – тихо произнесла Аня, хватая Антона за руку. – Что это с ними?

– Не знаю… – проглотив комок, сказал Антон. – Но что-то произошло, это факт. Только не бойся, не бойся, слышишь?!.. Все будет хорошо!

– Они все умерли… – голос Ани задрожал. – Антон… Почему?.. Они были такие славные… Большие… красивые…

– Не понимаю, – пробормотал он. – Ничего не понимаю…

– Что с ними могло случиться?

– Анечка, надо уходить! Срочно одеваться и возвращаться на станцию! «Ком» еще, как назло, нужно найти в этой темени… Интересно, сколько сейчас времени? Ну не плачь… – Он взял ее лицо, мокрое от дождя и слез, в свои руки. – Пожалуйста!

Она шмыгнула, вытерла влагу со щек и закивала. Надсадно треснул очередной удар грома, и она вздрогнула. Он поцеловал ее в губы, прижал на миг к груди, ощущая, как бьется сердце, и сказал:

– Одеваемся.

Они стали впотьмах искать свою одежду. Анин костюм нашелся быстро – маленькая кучка голубела совсем рядом, а вот свое тряпье Антону пришлось собирать в радиусе двух метров, перелезая через цветочные трупы, отгибая мертвые стебли, поднимая тяжелые безжизненные головы. Теперь они уже не дрожали.

– А что это за шум? – спросила Аня, натягивая мокрые брюки. – Все время шумит… где-то внизу, кажется… Не знаешь?

– Нет… – Он замер с курткой в руках и прислушался. И тут вдруг понял, что ему напоминал этот звук. – Похоже на шум воды! Да… Так реки шумят… Или водопады.

– Откуда тут водо… Ой, мама! – внезапно закричала Аня.

Он выронил одежду, подскочил к ней и схватил в охапку.

– Ты чего?! – испуганно выпалил он. – Аня, что случилось?!

– Там… – выдохнула она, показывая в сторону леса, который был почти не виден во тьме. Глаза ее округлились.

– Кто?!

– Кто-то смотрит… – прошептала она и стиснула его руку. – Оттуда, из леса!..

– Кто там может быть? – сказал он неуверенно. – Может, показалось?

– Я видела глаза! Огромные такие… глазищи… Мне страшно, Антоша!

– Успокойся… – забормотал он, помогая ей надеть блузку и напряженно вглядываясь в черноту лесной чащи. – Я вот ничего не вижу, например…

– Сейчас, кажется, уже нет… – Аня дрожала. – Вроде бы пропали… Но я видела их, Антон, правда! В тот момент как раз молния сверкнула. Секунды две или три… Они смотрели прямо на нас… Горели, как два огня! Так жутко стало, Антон!..

– Хорошо, хорошо. – Он погладил ее по щеке. – Не бойся, никто ничего нам не сделает. Надо отсюда убираться как можно быстрее.

Аня, вздыхая и шмыгая, продолжила одеваться.

– Бр-р, – сказала она, влезая в пиджак. – Безумно мокрый весь… Очень мило. Как мы сейчас пойдем, а?

Антон застегнул пояс, проверил кобуру с пистолетом, идентификационный ключ. Затем снова всмотрелся в мрачную стену деревьев, подступавшую к «поляне» с гор. Ничего подозрительного, ну ничего… Ни в свете молний, ни без него.

– Ты готова? – спросил он, снова прислушиваясь к странному шуму воды.

– Ага, – кивнула Аня. – Ты только не отпускай меня! А то в туфлях я куда-нибудь точно улечу…

Он взял ее за руку, и они стали пробираться к подъемнику, перешагивая через мокрые завалы из мертвых цветов. Чем ближе они подходили к обрыву, где была площадка, тем отчетливее слышался шум. Страшное подозрение возникло у Антона лишь тогда, когда он попытался вставить ключ в терминал системы защиты и обнаружил, что тот обесточен.

– Что за черт… – проговорил он, уже чувствуя неладное и шагая к подъемнику.

Но вовсе не безжизненная панель управления с матово погасшим экраном и не осознание того, что теперь они заперты на плато без средств связи, потрясло его. То, что предстало перед его взором, шокировало настолько, что Антон застыл на краю обрыва словно парализованный.

Впадина затоплялась.

Происходило это столь стремительно, что картина бедствия сначала не укладывалась в голове. Странный шум был ничем иным, как шумом вод, хлещущих с гор в пространство впадины. И это были отнюдь не ручьи, не горные речки – это были гигантские потоки, несущиеся по склонам и крушащие на своем пути все подряд, ломая деревья, смывая камни. Огромные бурлящие водные массы устремлялись во впадину со всех сторон, но в темноте было трудно определить, откуда они берутся: то ли с расщелин, то ли с вершин склонов, то ли прямо из-под земли… Казалось, что вода обрушилась на территорию станции сразу отовсюду. Потоки клокотали, сшибались друг с другом, потом сливались в общее русло. Даже кратких вспышек молний было достаточно, чтобы понять, что масштабы стихии грандиозны. Было очевидно, что она бушует далеко не первые минуты. Сколько метров из тех пятнадцати-двадцати, на высоте которых находилась «поляна», уже успело скрыться под водой, оценить было сложно. Но даже по тому, что над поверхностью несущейся в круговерти воды не было заметно никаких строений автономного лагеря, располагавшегося неподалеку от плато, можно было судить, что высота затопления уже составляла несколько метров. И продолжала увеличиваться. Стихия не собиралась униматься, она громыхала и метала молнии, она смывала груды камней и тонны земли со склонов, она гневно закручивала бушующие воронки, напичканные выдранными, сломанными деревьями и гнала их, гнала…

Антона из шока вывела Аня.

– Что же с нами будет? – почти беззвучно произнесла она. – Боже мой…

Он опомнился, медленно отступил назад. Уже через минуту сумел собраться с мыслями, и мозг стал действовать сосредоточенно и целенаправленно.

– Туда! – крикнул он, показывая рукой на западный край плато, к которому ранее примыкала разрушенная эстакада.

58
{"b":"10185","o":1}