ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Карнакки – охотник за привидениями (сборник)
Романцев. Правда обо мне и «Спартаке»
Око за око
Наше будущее
Легкий способ бросить курить
С того света
Королевство крыльев и руин
Право на «лево». Почему люди изменяют и можно ли избежать измен
Княгиня Ольга. Зимний престол
A
A

Архон несколько секунд переваривал услышанное и наконец спросил:

— Откуда вы все это знаете? Как вы узнали, кто при этом присутствовал? Конни вам об этом не говорила. Вздумай вы расспрашивать ее, она заподозрила бы неладное. Но она полагает, что Нгоро умер от сердечного приступа.

Соломон пожал плечами:

— Просто мне повезло. У меня есть свидетель.

Архон вновь сузил глаза:

— Неужели ваше судно шпионит за нами? О кораблях Братства ходит немало легенд. Например, что их разум не уступает человеческому, что они способны…

— Не волнуйтесь, Спикер. — Сол покачал головой, напуская на себя невинный вид. — Эти слухи весьма преувеличены. Как я уже сказал, мне просто повезло. Но пока я не хотел бы выдавать источник своих сведений.

Архон шевельнулся в кресле.

— Будь по-вашему. Но не мог ли этот незнакомец — или незнакомка — оказаться убийцей? Как ему удалось так быстро связаться с вами? Откуда он знал, что это было убийство?

— У него нет мотива, — сухо отозвался Сол. — И я хотел бы выяснить, кто из подозреваемых мог желать смерти Нгоро. Он утверждал, что выявил злоумышленника. Но не сказал, кто это. Может быть, он назвал его имя кому-нибудь другому, например, своему помощнику?

— Амахаре? — Архон покачал головой. — Сомневаюсь. Они были близкими друзьями, но Амахара не имел никакого отношения к профессиональным обязанностям Нгоро. Ему хватало иных хлопот. Его задачей было следить, чтобы Норик не забыл одеться и не вышел из дома голышом. При всем своем интеллекте Норик был не в ладах с жизненными реалиями.

— Кто из людей, указанных в списке, мог быть заинтересован в его смерти? Например, по политическим мотивам? — От напряжения у Сола начинала болеть голова.

Архон еще раз просмотрел список.

— В международной политике нет места личным амбициям. Думаю, Нгоро напал на след злоумышленника. Тот понял, что совершил промах, и был вынужден убить его.

Сол поднял глаза:

— Вряд ли. Норик сказал мне, что обнаружил на борту человека, обладающего невероятно коварным, злобным интеллектом, и что он ощущает его присутствие весьма смутно. Может быть, убийца опасался способностей Нгоро и нанес удар, прежде чем тот успел его разоблачить?

— Иными словами, мы вновь оказались на исходных позициях.

— Это не совсем так, — возразил Соломон. — Может быть, вы все-таки посвятите меня в цели экспедиции? Возможно, при помощи этих сведений я сумел бы выследить убийцу и остановить его. Я располагаю данными о том, что Конфедерация готовится к войне. Спасая мою жизнь, в доках Арктура погиб человек, а теперь еще и посланник…

Архон положил иссеченные шрамами ладони на колени и задумался. В его глазах читалась почти физическая боль. Он медленно покачал головой.

— Капитан Карраско, — заговорил он усталым голосом. — Так и быть, я расскажу вам. В сущности, я уже давно хотел это сделать, разделить с вами тяжкий груз ответственности, возложенный на меня и на мою дочь. С другой стороны, если я не ошибаюсь, только вы, Мастер Крааль и президент Пальмир знаете, что Конни посвящена в тайну. Кто-то из вас проболтался. Юноша, погибший в доках Арктура, был не единственной жертвой. Нас пытались подкупить, но прежде чем Конни успела взять этого человека в оборот, кто-то его убил. Патрульные сказали нам, что это было сделано при помощи дистанционно управляемого устройства, имплантированного в его мозг.

Выражение лица Соломона не изменилось.

Губы Архона шевельнулись, в глазах мелькнул решительный огонек.

— Что ж, капитан, если вы дадите клятву Мастера, я открою вам свой секрет.

— Боз, включите запись. Спикер Архон потребовал, чтобы я дал клятву Мастера сохранить в тайне цели и задачи нашей экспедиции. Я хочу, чтобы это было зафиксировано. Даю клятву Мастера третьей ступени: все, что я услышу, умрет вместе со мной.

— Я предпочел бы беседовать при выключенном коммуникаторе, — пробормотал Архон. На его лицо набежала хмурая тень.

— Выключить коммуникатор, — распорядился Соломон. Огонек монитора погас. — Итак, Спикер, я вас слушаю.

Архон приподнял руки:

— Может быть, мне все-таки удастся отговорить вас, Соломон? Поверьте на слово, у меня есть очень серьезные причины хранить тайну.

— И эти причины стоят жизни Норика Нгоро?

Архон провел по лицу толстыми пальцами:

— Они стоят жизни всех, кто находится на борту. Они стоят даже большего. Видите ли, как только мы окажемся на Новой Земле, Конституция Конфедерации потеряет всякий смысл. Дипломаты, которые летят с нами, смогут переписать ее по своему усмотрению. Мы сможем перекраивать границы и заново делить миры. Вероятно, нас ожидает величайшая политическая и научная революция в истории человечества. Надеюсь, вы понимаете, что многие захотят этому помешать — например, Арпеджио. Понимаете, чем это грозит? Один ошибочный шаг может погубить миллиарды людей.

Сол кивнул, подпирая ладонями подбородок.

«Что же мешает мне поверить вам, Спикер?»

14

По меркам временных масштабов космоса виты появились почти сразу после хорров. Наступал период зрелости Вселенной. В галактиках одна за другой зарождались органические формы жизни, процессы молекулярного воспроизводства испытывали резкий скачок, в результате которого возникали метаболические системы. Подавляющее большинство этих организмов выживали, подчиняясь адаптивной стратегии — их плоть приспосабливалась к окружающим условиям. Лишь немногие из них эволюционировали в разумных существ, способных преобразовывать среду обитания. Сильнейшие брали верх над своими собратьями, движимые теми противоречиями, которые легли в основу самого их существования.

Одной из таких рас были виты. Выйдя в космос, они обнаружили, что их опередили три другие. В распоряжении витов были неисчерпаемые ресурсы Вселенной, и тем не менее они методично уничтожили чужаков — нетерпимость к соперникам была заложена в природу их Маток.

Виты осваивали галактики одну за другой, но на голубую звезду наткнулись только, когда та прожила половину отмеренного ей срока. Матка, обнаружившая ее, приобщилась к секретам, которые хранил Ключ; разложившиеся останки, горами наваленные вокруг, подсказали Матке, как действовать дальше. Самцы-трутни немедленно уничтожили последние следы цивилизации хорров.

Матка быстро и эффективно избавилась от возможных конкурентов. Отныне виты рождались только из ее яиц.

Однако и над Матками тяготел рок органической жизни — наступала пора, и они умирали, невзирая на свое могущество. Место предшественницы занимала новая Матка, выбранная из множества кандидатур. Мастера один за одним сменяли друг друга у Ключа.

В ее душе зрело негодование и возмущение. Казалось, виты выработали в себе иммунитет к ее наркотику. Каждая Матка производила потомство в количествах, достаточных для заселения целой планеты. Виты без труда адаптировались к любым жизненным условиям — этому способствовало бесконечное разнообразие генетических структур семени самцов-трутней.

Она все глубже погружалась в пучину безумия, отдаваясь всепоглощающей ненависти. Неужели эти Мастера будут существовать вечно? Виты открывали все новые планеты, пригодные для органической жизни, и, пользуясь Ключом, посылали в бездны космоса своих отпрысков, как нельзя лучше подготовленных к существованию в том или ином мире.

Ключ словно дразнил ее, оставаясь недоступным и неуязвимым. Ненависть распаляла ее разум, превращая блистательный интеллект в кипящий котел бессильного гнева. Органические существа одержали победу — они оказались невосприимчивы к расставленным ею ловушкам. Каждая Матка могла отложить столько-то женских яиц; после ее смерти избиралась следующая, а остальных уничтожали. Виты-самцы не смели восставать против Матки, оспаривать ее власть. Сама их природа была запрограммирована на подчинение.

Доведенная яростным бешенством до крайней степени безумства, она впала в отчаяние. Она решила, что виты навсегда останутся ее хозяевами, навсегда обрекут ее на извечное проклятие Ключа. Она, величайшая владыка Вселенной, навсегда останется под пятой этих убогих, ограниченных существ.

47
{"b":"10191","o":1}