ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Соломон смотрел на окутанный облаками шар планеты, к которой они приближались. Перед ним открывался прекрасный мир, напоминавший Землю — на фоне лазурного океана выделялись светло-коричневые с зеленью континенты правильных геометрических форм, протянувшиеся вдоль экватора на равных расстояниях друг от друга. В черноте неба сияли четко очерченные полумесяцы двух лун, двигавшихся по сходящимся орбитам.

Новая Земля, бесценный бриллиант Вселенной. Здесь-то и наступит развязка. Было трудно представить планету средоточием таинственной загадки. Она казалась волшебным оазисом, затерянным в безбрежной пустыне.

Вот тот самый мир, с которым Конни связала свое будущее. Соломон стиснул веки, и перед его мысленным взглядом замелькала череда видений — изгибы тела девушки, легкая улыбка удовлетворения на ее губах, ее объятия, блаженно закрытые глаза… В те недолгие мгновения, когда ей удавалось отбросить свою сдержанность, она буквально лучилась удовольствием и радостью жизни.

«Рядом с ней я и сам чувствовал себя счастливым».

Соломон невидящим взглядом смотрел на расстилавшуюся внизу планету.

— Куда мы стремимся, Конни? Что ждет нас впереди?

На экране по-прежнему яркой точкой мерцал «Десмонд», занявший высокую стационарную орбиту. Локаторы дальнего обнаружения зафиксировали еще несколько кораблей, приближавшихся к крейсеру Джордана. И это тот самый флот, которым он похвалялся? Где-то неподалеку двигался быстроходный фрегат Терры, якобы прибывший с научными целями. Детекторы массы сообщали о новых и новых судах, выныривавших из подпространства; впрочем, они могли достичь планеты не раньше, чем через две недели. Судя по их количеству, все миры Конфедерации направили свои корабли к Новой Земле.

«И все они держат нас под прицелом».

Чтобы отвлечься от беспокойных дум, Соломон мысленно протянул руку и прикоснулся к щеке Конни, вспоминая, как сегодня утром, когда они расставались, лицо девушки словно вуалью окуталось непроницаемой завесой сдержанности и тревоги.

«Насчет минувшей ночи, Сол… Мне бы не хотелось создавать у вас впечатление, будто бы…»

«Ш-шш. — Он приложил палец к ее губам. — Как вы говорили накануне, посмотрим, что будет дальше. Мы должны запастись терпением и выполнить поставленную задачу. И когда все это закончится, у нас будет достаточно времени, чтобы решить, где мы находимся и куда хотим отправиться… если, конечно, хотим».

«Сол, я… — Конни тоскливо улыбнулась. — Спасибо вам».

Она задержалась у люка, и Соломон подмигнул:

«Я все понимаю».

Конни коротко кивнула и вышла.

В ту минуту она выглядела такой ранимой и беззащитной, Соломон физически ощущал, как гнетет ее ноша ответственности.

— Что же это за предмет, если он внушает людям такой страх? — пробормотал Сол, глядя на мониторы.

Словно дразня его, на экранах вспыхивали звездочки прибывающих кораблей.

Никита откинулся на спинку гравикресла, поглаживая бороду. По экрану скользили строки — аппарат следил за движением его глаз и автоматически перелистывал текст, как только он дочитывал страницу.

Покончив с документом, он устремил в пространство невидящий взгляд.

— Вот какова история Братства. — Он запустил пальцы в густую поросль на лице и фыркнул. — Пришла пора пересмотреть свою политику.

Он вставил кружку в диспенсер и наполнил ее дымящимся чаем. Один за другим он выводил на экран досье подозреваемых. Кто? Кто из них мог поразить Поля Бен Геллера смертоносной иглой?

Зловещая тайна мучила его, жгучей кислотой разъедая душу.

— Неужели я, человек, который дольше всех держится у власти в Гулаге, не смогу разоблачить убийцу? — Он включил коммуникатор, однако доступ к нужному файлу был закрыт паролем. Вместо видеокадров на экране возникло лицо Карраско.

— Итак, Никита, — заговорил Сол, — зачем вам потребовалась запись момента убийства Геллера?

Никита рассмеялся:

— Просто я захотел взглянуть еще раз. — Он нахмурился и закусил губу. — Может быть… может быть, мне удастся что-нибудь рассмотреть? Мысль о гибели Поля сидит во мне занозой. Неужели я, величайший хитрец во всем Гулаге, не сумею заметить ничего подозрительного? Кому, как не мне, впитавшему преступные наклонности с материнским молоком, разоблачать коварных злодеев?

— И вы так легко признаетесь в своих пороках? Вас не мучит совесть?

Никита усмехнулся и приподнял тяжелые плечи.

— На моей совести немало загубленных душ, капитан. Убийство на Гулаге в порядке вещей. Однако убийца, орудующий на борту корабля, — угроза для всех нас. Что, если он похитит таинственный объект? Каковы его цели? Улучшение жизни трудящихся? Вряд ли.

— Я предоставил вам все открытые документы Братства.

Никита кивнул, глубоко вздыхая:

— И я многое понял. Спасибо, что разрешили ознакомиться с ними. — Было видно, что он колеблется. — Доброму гулаги нелегко признавать это, но, похоже, разделяющие нас противоречия — чистой воды недоразумение. Что бы ни утверждала грязная пропаганда, у нас одни и те же цели, хотя мы добиваемся их разными средствами.

Карраско кивнул.

— Возможно. — Он помедлил. — Почему я должен верить вам, Никита?

Малаков фыркнул и развел руками:

— От вашего взгляда ничто не укроется, капитан. Вы установили мониторы в кают-компании, допрашивали подозреваемых с помощью детектора лжи. Не будь у вас приборов, недоступных пониманию простого гулаги, я уже давно отыскал бы в своей каюте все «жучки». Надеюсь, вы получили удовольствие от того, что прошлой ночью меня мучил запор? Даже удивительно, что вы не прислали мне какие-нибудь таблетки, чтобы облегчить приступ… или ваши датчики еще не настолько совершенны, чтобы на расстоянии определять заворот кишок?

Карраско невольно улыбнулся:

— Мы ничего не знали о вашем недомогании. Я попрошу Уилера оказать вам помощь.

— И заодно откройте мне доступ к видеозаписи. — Почувствовав нерешительность Сола, он продолжал: — Бросьте, капитан. Я с детства живу под наблюдением, могу потерпеть и еще. Но как знать, а вдруг я замечу что-нибудь интересное?

— Хорошо.

— И еще одна просьба, — добавил Никита. — Я бы хотел работать вместе с Тайяшем. Не бойтесь, капитан, — будь я убийцей, прикончил бы его много лет назад. Он слишком часто грозит рассказать моим женам о моих… э-ээ… шалостях.

Карраско с трудом подавил улыбку.

— Так и быть, разрешаю. — Он помедлил. — Возможно, я ошибаюсь, но у меня есть причина верить вам, хотя и не слишком убедительная. Вы все время пытаетесь обвести меня вокруг пальца, несмотря на то, что каждый раз терпите неудачу.

Никита поморщился:

— Вот как? Не вздумайте рассказать об этом моим избирателям. Я должен заботиться о своей репутации.

— Ваша тайна умрет вместе со мной. — Экран угас.

Несколько минут спустя в каюту вошел Тайяш и с любопытством присмотрелся к кадру, застывшему на мониторе Никиты.

— Это момент убийства Поля, — объяснил тот. — Давай займемся делом. Мы должны успеть найти гадину, заползшую в наше гнездо, а до высадки на планету, где нас ждет какой-то таинственный объект, осталось всего лишь двенадцать часов.

Они внимательно изучали мельчайшие подробности, вычисляли, предлагали различные версии, но убийца оставался неуловим.

Никита недовольно брюзжал — ему казалось, что он вот-вот нащупает решение, но Ориги, Констанция, Мэри, он сам и даже Эльвина, вяло орудовавшая спицами, выглядели на снимке совершенно невинными.

Готовясь к посадке на планету, Никита неторопливо уложил багаж, взяв только самое необходимое. Он никак не мог отделаться от ощущения, что разгадка совсем рядом.

— Что? Что же я упустил? — вновь и вновь спрашивал он себя.

Он прошел по сверкающим коридорам в сопровождении антиграва, нагруженного его вещами. Оказавшись в просторном челноке, он облюбовал кресло в последнем ряду и жестом предложил Тайяшу сесть рядом.

96
{"b":"10191","o":1}