ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А вы не стесняйтесь обращаться к нам, — Ри учтиво поклонился.

Голографическое изображение исчезло.

Ри глубоко вздохнул и опустился в кресло.

— Я не думал, что у них так быстро задрожат поджилки. Похоже, они не на шутку перепугались.

Честер кивнул.

— Это их заботило уже некоторое время. Директор Робинсон был готов к такому развитию событий. Я думаю, что он теперь лучше справляется со своими обязанностями. Его Помощники тоже подтянутся. Он многое узнал о себе.

Ри разглядывал свои руки.

— Я не думал, что они так быстро сдадутся.

— У тебя есть бластеры Фуджики и технология Братства. Какие у них шансы в случае отказа? — Честер сделал паузу. — А ты бы что сделал на их месте, полковник?

Ри усмехнулся над медленным, чеканным выговором Честера.

— А ты сам что бы сделал, Честер? Чем ты занимался все это время?

— Я получил большое удовольствие от пребывания на Арктуре, — его карие глаза восторженно блестели. — Я открыл там книги, литературу, искусство, музыку. Я провел время поистине восхитительно!

— Эмоции, Честер? Разве это хорошо для пророка? — Ри налил два бокала этого превосходного сирианского виски, который им достался.

Честер вскинул голову.

— Конечно эмоции, адмирал. Ты должен понять, что душа пророка ничем не отличается от твоей. У меня тоже есть желание узнать и понять то, что выходит за рамки видений, данных мне Пауком. Каждая душа подобна губке; она должна впитывать все, что ей дается.

— Я обнаружил, что литература уносит и преобразует душу на короткое время. Музыка же, напротив, обволакивает и ласкает ее. Искусство — это выражение эмоций. Все превращается в различные слои реальности, которые Паук несомненно изучал в течение многих эонов.

— Мне не хватало тебя, Честер, — признался Ри, тронутый его искренностью.

— И ты многому научился, Дэймен, — похвалил Честер. — Но я пришел поговорить с тобой о другом. К тебе придет молодой человек. Он еще не уверен в видениях, которые посещают его, и поэтому сопротивляется будущему. Он все это, конечно, преодолеет, как и я в свое время, на он хочет попасть на Сириус. Ты мог бы как-нибудь это устроить?

Адмирал Дэймен Ри кивнул.

— Думаю, что да. Как я узнаю его, когда он объявится…

— Брось, Дэймен, неужели ты думаешь, что у тебя с этим возникнут проблемы?

Ри усмехнулся, поднимая бокал с виски, чтобы чокнуться с Честером.

Сюзан вызывающе стояла над распростершимся перед ней телом. Она сжала в руке свой окровавленный нож и повернулась к старейшинам. Двое десантников подбежали и схватили человека. Они бросились бегом к воздухоплану и — несмотря на крики окружающих — доставили умиравшего человека на ближайший ШТ.

— Зачем они это делают? — спросил один из сидевших стариков.

— Чтобы спасти ему жизнь, — как во сне ответила Сюзан.

— Но это же СМЕРТЕЛЬНАЯ ВРАЖДА! — воскликнул другой из старейшин.

— Со смертью Ворона Андохара Гарсиа уменьшился бы ценный потенциал. Теперь он будет лучшим воином, — не своим голосом ответила она. — Есть еще претенденты, мужчины из клана Андохар? Я убила Рамона Луиса Андохара после того, как он первый стрелял в меня. У меня не было выбора. Иначе я поступить не могла.

Она потрясла только что срезанным с Ворона трофеем в воздухе, чтобы стряхнуть с него кровь. У него не было никаких шансов.

— Других претендентов нет, — пробормотал один из старейшин, качая головой. — Ты действовала по закону чести, женщина.

Растерянность и неловкость от того, что женщина выиграла смертельную схватку на ножах, тяжело повисли в воздухе. И не только эту, но и против клана Смит и клана Гарсиа тоже. Эти три трофея, висевшие теперь у нее на поясе, что-то да значили. По приказу Железного Глаза при всем этом присутствовали десантники, чтобы быстро доставить каждого мужчину в медчасть и попытаться спасти ему жизнь.

Новые порядки постепенно разрушали старые. Сюзан какой-то частью своего сознания смутно ощущала потерю. Медблоки вырастят им волосы и залечат раны. Конечно, она могла убить их, любой воин, побывавший на Сириусе, знал, как нанести ножевое ранение, от которого никакой медблок не поможет. Это для нее теперь было просто неважно. Как и все остальное.

Она прикрепила трофей себе на пояс и коротко кивнула старикам. За кругом костра ночь искрилась звездами. Где-то там, отражая свет романанского солнца, двигалась по орбите «Пуля». Ее корабль, ее будущее, к которому ей предстояло вернуться. Ей нужно было забить боль и страх в самые далекие уголки сознания. Она должна была победить самое себя. Если она этого не сделает, Рита никогда не пустит ее обратно на борт.

Хуже того, здесь у нее не было никого, кто мог бы обнять ее ночью. Завязнув по уши в бластерах и щитах «Пули», Джиорж не покидал корабль, хотя и беседовал с пророком Честером.

Она подавила слезы. И у нее не было возможности подняться к нему. Стены в ее сознании сотрясались и прогибались. Она со злостью поставила их на свое место, желая задушить все внутри. По ночам ей снился Нген. Только на этот раз не было Джиоржа, чтобы обнять и выслушать ее. Одна, совсем одна — а тени подбирались все ближе.

Теперь и ярким солнечным днем она слышала голос Нгена, рождавшийся из воздуха перед ней, воркующий ласкающе. Она вздрогнула и схватилась за нож на поясе.

Рита высадила ее. Ссадила! Но… но что, если она убьет Риту в смертельной вражде? Сможет ли она тогда попасть на «Пулю»? Затем ей придется убить Джона Смита Железный Глаз. Кто тогда сможет не пустить ее на любимый корабль? Ри? Могла ли она объявить адмиралу смертельную вражду? Согласится ли он? Если она убьет их всех, кто сможет ей помешать?

Когда дело доходило до схватки на ножах или рукопашной, на корабле ей не было равных. Стены в ее сознании пошли трещинами — шипящее бормотание за ними становилось все громче.

Могла ли она убить их всех до того, как стены рухнут? Будь проклята эта Рита! Майор чуть не расколола ее тогда в спортзале. Она была на грани катастрофы. Сюзан тихонько плакала на ходу. Сначала ее тело предало ее Нгену; теперь же сознание было готово расколоться перед Ритой.

Она спала эту ночь на сеновале, где она когда-то давным-давно пряталась от Рамона. Тогда, как и сейчас, она боролась за выживание. Сновидения осаждали ее всю ночь, стены стонали и трещали, готовые обрушиться, но она сопротивлялась, загоняя обратно воспоминания, горе и страх.

Он сидел рядом с ней, когда она вырвалась из кошмарного сна — от нежного голоса Нгена. Испугавшись, она отпрянула и выставила вперед острие ножа. Ее передернуло от страха при мысли о том, что он мог подобраться так близко.

— Кто… кто ты? — испуганно зашипела она. Это был мужчина! Неблагонадежный мужчина, который мог дотронуться и унизить ее. Мужчина, который наверняка попытается сломать ее — как все остальные!

— Кто я такой неважно, Сюзан Смит Андохар. Кто ты? — его голос звучал доброжелательно и успокаивающе.

— Ты пришел объявить смертельную вражду? — она дернулась, готовая наброситься на него. — Ты пришел помешать мне — не дать попасть на мой корабль? — с глазами, полными страха, она попыталась взять себя в руки, только никак не удавалось унять дрожь.

Бездна раскрылась, маня ее.

— Я пришел взять тебя на корабль, — он был молод, не старше тридцати, и по-своему красив. В его глазах горел какой-то неуловимый мудрый огонек, какого она никогда раньше не видела.

Джиорж? Мог ли он быть другом Джиоржа?

— Кто… кто прислал тебя сюда?

— Ты звала меня, чтобы я помог тебе попасть на твой корабль, — улыбнулся человек. — Я знаю способ более простой, чем убивать стольких любящих тебя друзей. Выбор за тобой. Я не могу сказать тебе, как выбирать. Я могу только предложить варианты. В конце концов, разницы нет. Ты хочешь узнать о себе?

— Я достаточно знаю о себе, — выпалила она, чувствуя, как дрожат стены в мозгу. — Мне нужен… нужен мой корабль!

— Кто ты? — спросил человек. — Ты хочешь это узнать?

— А ТЫ ХОЧЕШЬ УМЕРЕТЬ? — крикнула она, давая волю своему чувству. Она приставила к нему острие ножа. — Я убью тебя, если ты не оставишь меня в покое! — ее голос захрипел и сорвался.

114
{"b":"10194","o":1}