ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Безумно богатая китайская девушка
Долина драконов. Магическая Экспедиция
Удар сокола
Имя розы
Женщина-левша
Выжившие
Практический курс трансерфинга за 78 дней
Макияж
Моя прекрасная ошибка
A
A

Сюзан покачала головой.

— Я все-таки не понимаю, почему они не постарались произвести большее количество.

— Чтобы добыть необходимые метаморфные кристаллы, нужно разрабатывать погасшие звезды. Мне кажется, ты уже можешь представить себе технические проблемы, связанные с этим! — он кусал палец, ломая голову над диаграммой.

— Но я узнала, что эти тяжелые кристаллы могут также выбрасываться умирающими звездами, — заметила она. — Суперновые не всегда ведут себя нормально. С такими сгустками гравитации и энергии происходят всякие странные вещи. Какие-то части отлетают. Всегда что-то случается.

— Ага, и все подобное тщательно отлавливается по всему обжитому космосу. Так происходит последние шестьсот лет, — отозвался Ганс. — Зачем, по-твоему, им понадобился Директорат? Чтобы обеспечить для всех заинтересованных сторон максимально эффективное использование таких вещей, как торон и гиперпроводник.

— Конечно уж, — проворчала она. — А ведь им следовало заняться зондированием и поиском. Что еще они урезали до минимума, кроме вооружений? Знаешь, я везде читаю, что космос — это неограниченная сырьевая база, но Директорат тем не менее создал дефицит, — она задумчиво посмотрела на него. — Остается только удивляться.

Ганс опустил глаза.

— Нет, — его голос был хриплым. — Я знаю, как им это удалось. Ты тоже все узнаешь, когда попадешь на Сириус. Директорат контролирует общество. Отклоняющиеся от нормы отправляются на «реориентацию» методом психообработки. Остальных начиная с детства приучают делать все, что им говорят, ради общего блага. Мысли о чем-то ином, о других мирах смущают умы. Золотое правило Директората заключается в том, что удовлетворение личных амбиций и достижения даются только ценой чьих-то страданий. Разве ты стала бы лишать меня счастья из-за дополнительного количества гиперпроводника?

— Не люди, а овцы! — она поморщилась от отвращения и изумления.

— Они так не думают. Они считают себя «цивилизованными» мужчинами и женщинами. М-м, просвещенными. Живущими без риска и опасности. Главное — никого не ставить в неудобное положение, тогда никогда не будешь виноват. Конечно, везде и во всем есть отклонения. Диапазон человеческого поведения богат всевозможными атавизмами. Таких сразу отправляют на психообработку. Тех, кто не поддается воздействию, убивают или держат в заточении в качестве подопытных животных. За триста лет эта наука сделала успехи. Как, ты думаешь, они создали твою обучающую машину?

— Боже, — прошептала Сюзан, — наши романаны поубивают их на земле. Мы повергнем всю культуру в шок. Им буквально придется поверить, что мы огнедышащие демоны прямо из ада.

Ганс кивнул, производя мысленные операции.

— Бьюсь об заклад, что Директорату требуется как раз такой эффект. Вы явитесь воплощенным назиданием сирианам и всем, кто вздумает бунтовать. «Взгляните! Вот люди-звери! Хотите быть похожими на них? Тогда не мутите воду. Следуйте указаниям. Доверьтесь директорам. Иначе, ВЫ, в конце концов, превратитесь в нечто подобное».

— А что случилось с вами, доблестными солдатами Патруля? — спросила Сюзан. — Я что-то не замечаю особого обилия овец на корабле. Когда я наблюдала за вашим сражением с «Братством» и «Победой», то мне было страшно. И не только мне.

Ганс криво усмехнулся ей.

— Во-первых, мы ненормальные. Немногих, обладающих достаточными умственными способностями, чтобы пройти через жесткое обучение в университете, или тех, кто имеет военную жилку и управляем, направляют в Патруль. Скору с друзьями нужно нечто вроде полиции, на всякий случай. Патруль позволяет в определенных пределах проявить индивидуальность.

— Этому кораблю амбиции не занимать, — отметила она, выжидающе посмотрев ему в глаза.

— Мы прошли через Атлантиду. Мы сражались с вашими романанами, и многие погибли в борьбе против Директората, — его голос стал тише, а глаза смотрели куда-то вдаль. — Мы… учились у вас тому, каким следует быть и как подобает себя вести.

Ганс проглотил слюну.

— Когда только началось умиротворение, мне довелось видеть со своего места у бластера человека, которому только что оторвало ногу, — он покачал головой, делая вдох. — Боже, как ему, должно было, быть больно! Тот малый не мог отличить бластера от скалы, но продолжал ползти туда, где уронил ружье. Мне оставалось только смотреть. Ты что, не понимаешь? Он был мертв, Сюзан! Мертв. Вопрос времени. Он должен был… должен был остановиться и мирно свести счеты с жизнью. Так нет, он продолжал подтягиваться на пальцах. Он добрался до ружья и перекатился, я видел его глаза, и в них было торжество! Он улыбался, стреляя в меня! Он издавал победный клич! Думал, что убил меня, забрал с собой, — Ганс покачал головой, как будто до сих пор был не в силах поверить.

— Так что было дальше? — спросила Сюзан, сжав его плечо.

Ганс отгонял от себя воспоминание.

— Уиллер снес ему голову. Со мной ничего не было. Пуля попала в защитный костюм. Самое главное, что мы стали вас уважать. Нам захотелось подражать вам, стать такими же благородными и гордыми! Теперь мы уже никогда не будем прежними.

Сюзан кивнула.

— Нам нужно подумать о том, чтобы выбраться отсюда. Я записала все коды и смогу воспроизвести это на своем собственном компьютере. Вот, проверь. Проследи, чтобы я ничего не напутала.

Ганс просмотрел копию, чтобы быть уверенным. Он с тревогой отметил, что Сюзан переписала все существующие файлы по Братству. Многие были с секретными кодами, но записалось все. Места осталось лишь на то, чтобы запустить программу.

— Получилось. У тебя есть все, что было в банках данных корабля. Клянусь, что полковник даже не подозревает о существовании всего этого. Подожди-ка, а это что? — Ганс остановил программу. — Что… — он вбирал в себя информацию с нарастающим возбуждением, — Братство не умерло. — Ганс поднял глаза. — Они где-то там. В запредельном космосе, чем-то занимаются. Уже несколько веков! Неудивительно, что Директорат хотел похоронить всю информацию. Вот это да!

— Мы могли бы найти их, — выдохнула Сюзан.

— Что нас там ждет? — у Ганса возникло зловещее предчувствие. — Возможно, их могущество достигло такой степени, что они стали подобны богам. Может, они обратят человечество в рабов.

— А разве Директорат уже этого не сделал? — фыркнула она.

— Господи! — его глаза пробегали информацию, выдававшуюся компьютером. — «Пуля» была одним из кораблей, сопровождавших их с границы. Тон совсем не враждебный! Посмотри! Капитан «Пули» пожелал им удачи и скорости. Патруль и Братство были союзниками. Боже мой, а нам их представляли смертельными врагами человечества!

— Пусть так, но менее чем через час тебе нужно быть на месте, а мне нужно возвращаться к моим урокам, — энтузиазм Сюзан рассеялся. — Ради всего святого, как я устала!

Ганс принялся отключать портативные блоки со свойственной ему сноровкой. В то же время его сознание было подавлено тяжестью того, что обнаружилось в банках данных «Пули».

— Спорю, что за триста лет эту информацию никто не запрашивал, — изумленно бормотал он. — Если об этом узнают, Директорат встанет на уши. Если Скор испугался влияния романанов, то можно представить, что будет, когда в один прекрасный день Братство явится на одном из своих суперкораблей!

Сюзан упаковала использованные продуктовые пакеты в мешок и аккуратно взяла контейнер. Она мельком взглянула на Ганса, вспомнив его смущение, когда впервые пришлось им пользоваться. Ну что ж, Ганс больше не питал иллюзий по поводу женского пола. Она была так же крепко привязана к биологической реальности, как и он.

— Все в порядке, — прошептал Ганс, остановившись перед аварийной панелью. — Будем надеяться, что в коридоре никого не будет. Не уверен, что удастся все объяснить, — он вытер потные ладони об штаны.

— Подожди, — быстро прошептала Сюзан. — Если нас все же поймают, то могут проверить мой блок. Они получат все материалы о Братстве еще тепленькими.

— Дай-ка, — Ганс взял устройство и оглядел его. Он кивнул, улыбнулся и склонился над своим чемоданчиком. Достав пару инструментов, он снял заднюю крышку блока и нахмурился. Улыбка вернулась, когда он быстро соединил вместе две тонкие пластины и снова закрыл крышку.

47
{"b":"10194","o":1}