ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ШТ выровнялся, и сила, которая казалась равной тысячам «g», давление, впечатавшее ее в кресло, ослабло. Свет мерцал не переставая. ШТ, приземляясь, потянул ее назад. Тяготение вернулось, и зажглась предупреждающая надпись.

Сюзан отстегнулась и вскочила на ноги, срывая шлем.

— Вперед! — закричала она, хватая бластер со стены. — Эй! Воины! Вы позволите женщине взять первый трофей?

Головы повернулись в ее направлении, и лица напряглись. Сюзан бросилась бежать к трапу, предупреждающая надпись все еще мигала. Тяжелые бластеры ШТ испепеляли все вокруг корабля заградительным огнем.

— Что, струсили? — язвительно бросила она группе съежившихся и широко раскрывших глаза мужчин, никак не решавшихся отстегнуть ремни. Ее насмешка заставила их вскочить в ярости и похватать бластеры.

Сюзан сбежала по трапу навстречу вечернему солнцу, грозившему ослепить ее после сумрака корабля. Страх улетучился, как только она ступила на твердую землю. Она обернулась, щурясь от яркого света. Здание было прямо перед ней, из пробоин в стене били фиолетовые лучи.

Разряд бластера с ШТ ударил в сооружение, снеся огромную часть стены, взметнув облако камней, штукатурки и пыли, обнажив этажи и перегородки. Люди разбегались.

Сюзан со всех ног бросилась к зданию, сжимая в руках увесистый бластер.

Что-то с треском пронеслось мимо уха, и она услышала позади себя крик мужчины. Издав боевой клич, она запела своему Духу. С именем Паука на устах она перебралась через груду обломков на месте разрушенной стены и, не задумываясь, разнесла первого же человека на части точным попаданием. Задержалась она ровно на столько, сколько нужно было, чтобы наклониться и срезать трофей с головы жертвы.

Она сделала это! Взяла первый трофей! Смеясь как безумная, она взмахнула им над головой, стряхивая кровь. Дрожащими пальцами она закрепила его на поясе.

Поднялся гул голосов, повторявших нараспев: «Паук! Паук! Паук!», и романаны с воплями ворвались в здание. Крича, визжа, распевая и улюлюкая, они сыпали вокруг разрядами бластеров.

Занять строение им не стоило никакого труда. Стоя на краю готовой обрушиться стены, Сюзан смотрела, как ШТ приземляются, подобно гигантским жукам, и полчища стреляющих романанов и десантников вырываются на просторы Сириуса.

— Капрал Сюзан Смит Андохар, — затрещала система у нее на поясе.

— Слушаю, — ответила она, щурясь от дыма.

— Сюзан, возьми как можно больше людей и двигайся по проспекту, который прямо перед тобой. В том направлении отмечено продвижение крупных сил сириан. Они не имеют защитных костюмов, но, похоже, вооружены. Будь осторожна, детка. Держи связь. Давай нам знать о всем, что происходит. Все.

— Поняла, выполняю, — Сюзан перекинула бластер через плечо. Большинство ее людей разгуливали по зданию, изумленно рассматривая разбитое, дымившееся оборудование.

— Кто за трофеями и за честью Паука? — выкрикнула она. — Рыжий, Великий Трофеями говорит, что группа сириан идет сюда по той дороге. Давайте встретим их, — она повернулась и вышла через разбитую дверь в сумерки.

— Следите за тем, во что и в кого вы стреляете, — крикнула она. — Когда станет совсем темно, не забудьте про приборы ночного видения.

Ее бесшабашная банда встречала ночь песнями, хохотом, проклятиями и добродушным роптанием по поводу того, что романанская женщина взяла первый трофей. Сюзан злорадно улыбалась. Как и тогда, после перестрелки с Рамоном, ее охватила эйфория. Нос подсказывал ей, что воздух здесь был тяжелым, влажным и слегка вонял.

По обеим сторонам проспекта выстроились низкие дома. Мужчины сами собой начали распределяться по флангам, обсуждая необычность местности. С досадой поняв, что самой нужно было отдать приказ рассредоточиться, она задумалась о том, какую построить тактику.

— Разойтись, — вдруг выкрикнула она. — Мы поступаем тупее, чем хавестеры, шагая по дороге. Половина в эту сторону, остальные туда. Да хранит вас Паук! — и она сама перебежала под прикрытие зданий.

Огонь из бластеров растерзал вечер. Бегущие по дороге люди, одетые во что-то темное, приближались. Вспыхивали голубые разряды.

Сюзан опустилась на колено, глядя в инфракрасный прицел. Она подстреливала их один за другим, понимая, что ее романаны — прекрасные стрелки с детства — скоро ничего не оставят от формирования сириан. Не прошло и несколько минут, как те побежали, растворяясь в ночи.

— Кишка тонка, — презрительно буркнул сантос. — Даже не приблизились.

— Пошли, — вскричал с ликованием другой. — Меня там ждут трофеи, — и романаны бросились вперед, вопя и размахивая длинными ножами.

Для Сюзан эта ночь потеряла связность. Она сохраняла свой небольшой патруль и продвигалась дальше в город. Сириане бежали сломя голову от накатившей на них волны романанов.

Она помнила, что сбивала воздухопланы, уворачивалась от бластеров, организовывала свою команду на штурм сирианских баррикад, стреляла по самолетам и яростно шла в рукопашный бой. Приступы эйфории сменились периодами изнеможения. Бесконечный страх немыслимым образом превращался в бурное веселье.

А ужас никак не хотел уходить, как тот сирианин, который ползал на коленях, моля о пощаде, его голова превратилась в массу запекшейся крови там, где был сорван скальп.

Ей пришлось видеть девочку с обугленной ногой, скулившую от боли и страха, в то время как романан бросался на нее сверху с большим боевым ножом, чтобы снять трофей. Эта ночь была отмечена огнем и смертью.

Был и смех при виде трех романанов с антигравом, доверху нагруженным грудой одежды, предметов обихода, картин, металла, оружия и пятью визжащими девушками. Мужчины ссорились друг с другом из-за добычи, хотя вокруг них были груды нетронутого богатства.

Они врывались в дома, где называвшие себя людьми сбивались в кучу и скулили, когда она освещала их перекошенные от страха лица. Это был мир овец, ползавших у нее в ногах, цепеневших от ужаса, испуганных до такой степени, что их пузыри и кишечники опорожнялись и пачкали одежду. Она задыхалась от отвращения.

Мимолетный образ: воины, прижав вырывавшуюся женщину к земле, срывали с себя боевые костюмы и бросались своими суровыми телами на ее нежную плоть. Сюзан смотрела и испытывала легкое возмущение романанскими правилами ведения войны. Женщина даже не сопротивлялась. Именно поэтому Сюзан не стала спасать ее.

Она помнила старую женщину — с такими седыми волосами, что никто бы не стал брать трофей, — отчаянно умолявшую пощадить жизнь ее сына, которого романан кромсал на куски. Смех воина звучал жутко на фоне душераздирающих воплей того человека. Сюзан не могла забыть, как дернулась голова пленника, когда она отстрелила ее. Обратившись к воину, она сказала: «Убивай быстро и не марай себя их кровью. Это позор для паука!» Он отступил и, кивнув головой, оставил старуху прижимать кровавое месиво к своей впалой груди.

Взрывы сносили огромные нависавшие над головой строения Сириуса — многие из них, как было известно Сюзан, были построены шестьсот лет назад. Когда небо на востоке посветлело, она устремила свой взгляд сквозь пелену дыма. Широкие безлюдные улицы были усеяны телами, обломками, личными вещами, брошенными беглецами или оброненными победоносными романанами.

От ее первоначального отряда осталось пять человек, остальные где-то потерялись, разбрелись в поисках лучших развлечений.

— Майор Сарса, — захрипела Сюзан в устройство связи, — это капрал Андохар, — она устало хлопала глазами, полными песку. Они привалились к низкой побеленной стене, выбившись из сил, в костюмах, заляпанных кровью, закопченных и почерневших в тех местах, где выстрелы прошли очень близко. На мрачных и чумазых лицах выделялись дорожки слез и морщинки в уголках глаз.

Я УСТАЛА ОТ ВОЙНЫ. Я ХОЧУ ДОМОЙ. Сюзан прикрыла глаза и отрывисто вдохнула в себя вонючий воздух.

— Сюзан, это ты? — отозвался Железный Глаз. — У тебя все в порядке?

— Все отлично, Джон. Мы примерно в шести километрах от космопорта. Здесь почти ничего не происходит. Воины тянутся сзади. У них нет больше пороха. Выдохлись. Что мы должны делать?

59
{"b":"10194","o":1}