ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты готов идти?

Мак кивнул.

— Да. Думаю, что именно так и должно быть. Я надеялся тебя увидеть и снова за все поблагодарить. Я никогда не забуду, что вы для нас сделали. Так просить за нас!

А ведь мы бы просто вас убили бы на месте. Вы не монстр, как я всегда думал. Вы и Синклер во многом похожи. Проклятие — но почему вы находитесь по разные стороны баррикад?

Стаффа мрачно улыбнулся:

— Пришло время начать думать по-иному. Вы не заслуживали подобной смерти. — Он заколебался. — Вы уверены, что не хотите уйти вместе с нами? Мне понравилось, как вы вели себя там, в темноте. Вы и ваши люди заслуживают большего, чем то, что может предложить вам Рига.

Мак Рудер нахмурился и щелкнул пальцами по поясу.

— Я не смогу стать частью Седди. Я видел, во что они превратили Таргу. — Он поднял руку, чтобы не продолжать спор:

— Я имел возможность довольно долго побеседовать с Браеном. И я знаю, почему он сделал то, что сделал. Но понять что-то умом и пережить — не одно и то же. Я не могу простить ему страданий. Я не могу забыть тело Гретты в той камере, всех тех мужчин и женщин, которые умерли. — Он покачал головой. — Это не стоило их жизней.

— Я не прошу вас стать Седди. Я предлагаю вам присоединиться к Компаньонам. Помочь мне остановить надвигающуюся войну и, может быть, помочь человечеству найти свою мечту. Мы стали врагами. А ведь все дело в Запретных границах. Помогите мне сломать их. Пойдемте со мной.

Мак Рудер поджал губы, встретив вопросительный взгляд Стаффы.

— Мне бы это понравилось. Командующий. Я искренне ценю ваше предложение. Но я обязан Синклеру. Наверное. Корни наших отношений уходят в тот дождливый день на крыше Каспы. Он помог нам выжить. Он не раз спасал мне жизнь с той поры. Он попытался вызволить нас и сейчас. Единственная причина, по которой он покинул Макарту, — приказ императора. — На лице Мака отразилась боль. — Если я повернусь к нему сейчас спиной, это будет означать, что все наши люди там, в горах, люди, которые пытались нас спасти, погибли ни за что. Я не могу нести такой груз на своей совести.

Стаффа кивнул в знак понимания.

— Вы хороший человек, Мак Рудер. Вы знаете, что у нас отличные шансы вновь встретиться… в менее дружественных обстоятельствах.

Мак Рудер кивнул. В его голубых глазах отразилась глубокая грусть.

— Я знаю. Возможно, это случится благодаря квантам Седди.

— Помни, Мак. Рядом с нами для тебя всегда найдется место. Если тебе когда-либо придется войти с нами в контакт — используй код — «Макарта».

На индикаторе герметического замка вспыхнул свет, и тяжелая дверь с шумом откатилась назад. Мак Рудер сделал знак оставшимся с ним людям следовать в переход, затем повернулся к Стаффе и крепко пожал ему руку.

— Будь осторожен, Мак.

— И ты тоже. И держись подальше от темных мест, Командующий. — Мак Рудер повернулся и прошел через холодный серый переход в шаттл.

«Никто не остался. Все ушли, — думал про себя Стаффа. — Кто он, этот Синклер Фист?» Он повернулся и пошел вдоль знакомых коридоров. «Крисла» приветствовала его как старого знакомого.

Его ждала Скайла. Что он скажет? Как сумеет ей выразить всю глубину своей любви?

Дверь за Тибальтом закрылась — он вошел в свои личные апартаменты. Арта Фера стояла в центре роскошной комнаты. Ее рыже-коричневые волосы горели при свете, как червонное золото. Она повернулась, глаза ее блеснули, она осмотрела его. На фоне голубой стены Арта смотрелась очень соблазнительно. Бархатные занавесы спадали вокруг кровати. Золотая инкрустация сияла на мебели дорогого дерева. Ошейник блестел на ее гладкой шее. На ней было длинное газовое платье, собранное под грудью. Ее чувственные формы были хорошо видны.

— Ты знаешь, кто я? — сказала она ему прямо, сжав кулаки и с вызовом выставив вперед ногу.

— Да, конечно, — он повернулся к ней лицом, протягивая бокал с шерри.

Она с презрением отдернула голову.

Тибальт поднял правую руку, показывая ей черный браслет.

— Ты знаешь, что это?

Она покачала головой, и волны рыже-коричневой копны закачались в такт движению.

— Это устройство контролирует твой ошейник. — Тибальт поглядел вниз на него и слегка нахмурился. — Хитрое устройство. Компаньоны придумали. Очень дорогое устройство. Каждый настраивается индивидуально в соответствии с мыслями владельца. Для того чтобы управлять твоим, мне достаточно лишь подумать, — он сделал паузу и улыбнулся. — Вот так, например.

Рот Арты Фера открылся, и она согнулась к пышным тканям, покрывающим пол.

Тибальт обошел вокруг нее, наклонился и заглянул в ее испуганные глаза:

— Видишь, моя дорогая Седди. Как бы там тебя ни готовили, но я тебя контролирую. Я знаю сексуальной установке твоего мозга. Эта идея меня даже увлекает. Ты должна убить человека, который завладеет тобой. Но я таки завладею тобой, Арта. И когда ты захочешь меня ударить, я быстро приведу в действие ошейник. Он привел в действие ошейник и наблюдал, как она сникла.

— Но сначала, ты со мной выпьешь, и мы поговорим как цивилизованные люди.

Он ослабил ошейник, и она вновь смогла двигаться, задышав тяжело. Глаза ее прояснились. Она медленно села, растирая руки, голова склонилась, скрыв лицо под массой шелковых волос.

— Я ненавижу тебя, ты знаешь, — прошептала она.

— Конечно. Все это тем более увлекательно для меня. Поднимись. — Он подождал минуту. — Или ты хочешь, чтобы я снова привел в действие ошейник? Я могу, ты знаешь. Так я быстрее сумею тебя убедить… или убить.

Она поднялась на ноги, янтарные глаза сверкали на ее совершенном лице. Желваки ходили под кожей, когда она взяла бокал.

— За любовь.

Она ничего не произнесла, но не отрываясь, гневно смотрела ему в лицо.

— Пей, — приказал Император…

Она медленно поднесла бокал к губам. Ненависть по-прежнему горела в ее глазах. Допив, она поставила бокал на украшенную лепниной полку.

— Я убью тебя, риганец.

— Нет, моя дорогая, по крайней мере, до тех пор, пока на тебе ошейник.

Огонек любопытства заплясал в ее глазах.

— Он снимает все чувства? Так произошло, когда твоя сука Такка впервые использовала его на ЛС.

— Он контролирует все нервные окончания, находящиеся ниже шеи. Поэтому считай, я уже выиграл. Или не могла мне угодить больше, преподнеся тебя в подарок.

Глаза ее вспыхнули, на лбу показалась едва заметная морщина.

Он сделал жест бокалом:

— Подойди поближе, не стоит колебаться. У тебя нет выбора.

Подойди — или опять начнет действовать ошейник.

Она сглотнула, по горлу пробежала судорога. Почти дрожа, она сделала шаг к нему, потом другой; легкая ткань обвивалась вокруг ее грациозных ног.

Тибальт протянул руку и почувствовал, как она содрогнулась от прикосновения его руки.

— Вот видишь, дорогая. Не так уж и страшно. Ну а ошейник поможет нам преодолеть любые другие сложности. Даже психологическую подготовку.

Она напряглась, когда он провел рукой по ее щеке:

— Ты знаешь, Арта, я буду о тебе заботиться. У моих рабов не такая уж плохая жизнь.

Она закрыла глаза, зубы ее стучали за плотно сжатыми губами.

— Или дала мне просмотреть записи твоего допроса. Я знаю, к чему тебя готовили на Этарии. Ты знаешь искусство любви. И только от меня зависит, как и когда высвободить эти приобретенные знания из-под спуда, дорогая Арта. Попроси, и я дам тебе, что пожелаешь.

— Не трогай меня, — выдавила она из себя, пытаясь побороть отвращение.

— Вот этого я не выполню, как и не верну тебе свободу. Нет, моя дорогая, я оставлю тебя лишь для себя одного. — Пальцы его дотронулись до броши на плече. Он отступил назад, любуясь, как ткань соскользнула вниз, мерцая в сумраке.

— Чудо, — произнес он. — Самая исключительная женщина, которую я когда-либо видел.

Она, казалась, сумела побороть дрожь и, широко открыв глаза, смотрела, как он расстегнул одежду и сделал шаг к ней, оставив ее позади. Что-то в ее выражении изменилось, когда он подошел ближе.

162
{"b":"10195","o":1}