ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— О, да, — кивнул судейский магистр, уставившись на свой монитор, — тот самый сумасшедший. — Он поднял глаза, скучающее выражение блуждало по его лицу. — Вы обвиняетесь в нападении на представителя власти. Вы обвиняетесь в бродяжничестве. Я спрашиваю, есть ли у вас адрес или профессия?

— Пять лет назад я мог превратить эту планету в кучу пепла. Жаль, что я этого не сделал, — проворчал Стаффа. — Я предложил бы, магистр, чтобы вы связались с заместителем Командующего Скайлой Лайма на Итреатических астероидах, чтобы подтвердить…

— Достаточно! — прогремел магистрат, стук судейского молотка ознаменовал тишину, наступившую в зале. Он зашевелил губами, отдавая указания по рации.

— Думаю, у вас есть объяснение, почему вы убили двух граждан и почему находились обнаженным в публичном месте?

— Они ограбили меня. Я убил двоих, прежде чем потерял сознание. — Ярость клокотала у него в горле; казалось, ад поглотит его. Его руки дрожали, пока он ждал, стоя перед возвышающейся скамьей светлого дерева. У него было время окинуть ненавидящим взглядом беснующуюся толпу на галереях. Они сделали представление с его, Стаффы кар Терма, участием! Он мысленно испепелил их прямо на месте — месть против призраков, захвативших его сны.

— Да, это ваши слова, — цинично заметил магистр. — Но Гражданская служба порядка только получила сообщения, что какой-то сумасшедший бегал голым и убивал людей. Кто ваш хозяин?

— У меня нет хозяина! — проревел Стаффа. Резкая боль пронзила его позвоночник, заставила его скорчиться, искривила лицо, его мозг онемел, пока он пытался удержаться на ногах. Он застонал, когда судебный пристав отошел от него, в руках у него болталась электрическая дубинка.

Магистр вытянул длинный белый палец и спокойно добавил:

— Здесь вершится правосудие. Я не позволю больше никаких возмутительных заявлений, сумасшедший. Ты — раб. Твое тело покрыто шрамами. Предполагаю, ты будешь убеждать нас, что это следы боевых ранений?

Смех и крики отозвались с галерей.

Стаффа заставил себя выпрямиться, откинул назад голову, его черные волосы в беспорядке рассыпались по плечам.

— У моего народа шрамы — знаки чести, награда за службу Компаньонам.

Снова смех с галерей. Унижение смешалось с яростью;

Стаффа скрипнул зубами и часто задышал.

— А Компаньоны, видимо, убивают невинных граждан? — Магистр поскреб голову и вздохнул.

— Да, сумасшедший, я знаю репутацию Звездного Мясника. То, что он совершает ужасные преступления во имя империи, однако, не подлежит рассмотрению в нашем суде. Судя по вашей внешности, совершенно очевидно, что вы — беглый раб. Во время медицинского обследования вы сломали руку терапевту и вывели из строя двух врачей-практикантов. Сумасшедший, это квалифицируется как нападение на представителей общественности. С тех пор вы продемонстрировали неконтролируемые вспышки ярости и бреда, что делает вас в глазах суда опасным для граждан империи. Далее, вы сознались в убийстве двоих из граждан империи. Что вы можете сказать?

Стаффу охватила ярость, он сжал кулаки, мускулы бугрились на его руках и плечах.

— Вы все заплатите за это.

Судья продолжал ровным голосом:

— Итак, Стаффа кар Терма, знаете, что этот суд находит вас виновным по всем пунктам обвинения. Суд приговаривает вас либо к смерти, либо к пожизненному рабству.

Стаффа напрягся, страх заполнил все клетки, где прежде гнездилась ярость. Он задрожал, почувствовав, как судебные приставы выступили вперед, держа наготове электрошоковые дубинки.

Магистр сжал пальцы и наклонился вперед.

— Что-то подсказывает мне, что мне следует казнить вас. Однако вы отняли много времени у суда и много ресурсов империи. Мы будем содержать вас в госпитале, пока ваше здоровье не улучшится. Возможно, это слабое утешение. Я думаю, что это справедливо, если люди получают что-нибудь взамен. Следовательно, я приговариваю вас к пожизненному рабству. Вас переведут в городскую больницу и снабдят ошейником. Вы знаете, что такое ошейник?

Губы Стаффы дернулись.

— Вы повторите для протокола, что вы знаете, как действует ошейник.

Проклятые Боги, он знал. Эти чертовы «ошейники» изготавливались в его собственных лабораториях. Магистр сделал отметку в записях и произнес:

— Следующий!

Стаффа воскликнул:

— Неужели здесь нет никакой справедливости? Вы даже не проверили, тот ли я, за кого себя выдаю? Какое же это…

Магистр покачал головой, глядя на потрясенного Стаффу.

— Приставы, уведите его и доставьте в тюрьму. Следующий.

Потом начался кошмар из боли и ярости, когда он раз за разом пытался дотянуться до судебных приставов. Каждый раз они превращали его в дрожащий кусок мяса, пока наконец он не подчинился их воле и не пошел, куда они велели, задыхаясь от усталости. В его мозгу мелькали угрозы, он клялся отомстить этой планете человеческого разложения.

Вспышки боли снова пронзили его, и он потерял сознание. Его тело бессильно растянулось на грязном полу, а голова гулко ударилась о цементный пол. Перед глазами забрезжил свет. Ой не мог сопротивляться, когда холодный металл ошейника сомкнулся у него на шее.

— Встать, — приказ едва пробился в его измученный мозг.

— Я сказал встать! — Удар ногой пришелся по почкам. Скорее гнев, чем уступчивость, заставил его подняться на ноги. Легкие его горели. Двое приставов отступили назад, вне пределов его досягаемости, держа наготове дубинки. Неужели они все еще нуждались в них? Он обнаружил, что его ноги совершенно отказываются поддерживать его. Они могли сбить его с ног ударом руки.

Он, Стаффа кар Терма, которого задабривали Сасса и Рига, стоял совершенно беспомощный. Шок мешал ему продолжать сопротивление, а его нервная система была полностью парализована электрическими дубинками. Голос застрял у него комком в глотке, когда он посмотрел на свои дрожащие руки. Боль раскаленным до бела огнем пронзила его израненный мозг.

— Послушай, сумасшедший, — обратился к нему рослый судебный пристав, — ошейник подключен.

Стаффа кивнул, моргая, пытаясь задействовать свой мозг.

— Хорошо. Если что-нибудь с ним случится, — например, он умрет — передающее устройство замкнется. Если это произойдет, ты умрешь. Понятно, как он действует?

Стаффа снова кивнул. Сколько людей, мужчин, женщин и детей, продал он в рабство? Проклятые Боги, он-то знал, как действует эта система.

Пристав-коротышка произнес спокойным голосом:

— Вот попробуй-ка.

В глазах Стаффы потемнело, и он свалился на пол; он ничего не видел, ничего не слышал и не ощущал даже холодного камня. Его голова казалась отделенной от всего тела, воздух в легких кончился, сердце остановилось.

В одно мгновение его тело все закололо, точно он лежал на иголках. Онемение начало проходить, легкие наполнились воздухом, он проглотил стоявший в горле комок. Нет, больше не было никакой боли, один только страх и беспомощность перед мгновенной смертью и полной недееспособностью.

— Вставай, раб, — крикнул пристав. — Вставай… или снова получишь. Твое наказание приравнено к смертному приговору. Мы не обязаны поддерживать твою жизнь. Вставай.

Стаффа перекатился на бок и кивнул с несчастным видом.

— Погодите… секунду. Дайте мне… собраться с духом.

Он сделал три вздоха и с трудом поднялся на ноги, все тело протестующе заныло. Пристыженный, он протер глаза, пытаясь сморгнуть слезы, удивляясь, куда это подевался здравый смысл в просторах Вселенной.

— Сюда, — указал дорогу рослый пристав, держа пульт управления воротником в руках. Стаффа пошел вниз, по наклонной плоскости, силы стали постепенно возвращаться к нему.

— Швырнул мои собственные слова мне же в лицо, — пробормотал Стаффа еле слышно, вспоминая магистра.

«Что случилось со мной?»

Он провел нервными пальцами по ошейнику. Металл был гладким, безликим. Системы связи и замыкания были встроены в сам металл.

«И теперь мое собственное изобретение сделало меня рабом».

42
{"b":"10195","o":1}