ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глядя той ночью на усыпанное звездами небо и наблюдая за движущейся светящейся точкой, — это был корабль, который занимал орбиту вокруг планеты, — он вспомнил слова Кайллы. Звезды, казалось, насмехались над ним в давящей на уши тишине. Он перевернулся на своем жалком матраце, который выдали ему вечером, и, поджав колени к животу, принял позу эмбриона. Он был вымотан до предела, голова отказывалась работать. Последними его осознанными мыслями были воспоминания о Скайле, о том, как красиво струился солнечный свет в ее белокурых волосах.

Призраки, мятущиеся души мертвых долго не беспокоили его, и он уже надеялся спокойно заснуть, но его надежды не оправдались. Вскрикнув от ужаса, Стаффа вскочил и схватился руками за голову. Постепенно к нему вернулось ощущение окружающего мира. Он моргнул и огляделся по сторонам. Все тело покалывало, будто в него впились сотни тонких шипов.

Стаффа шумно дышал и искал вокруг себя притаившихся и наблюдавших за ним из темноты врагов. Но никого не было. Кроме Кайллы, которая лежала в нескольких метрах от него в неглубокой ямке, которую сама себе вырыла вечером. В ней не так мучила ночная жара.

Сомкнув глаза, он лег обратно на матрац. Проклятие неуспокоившихся мертвецов было для него не таким страшным, как ненависть живого человека.

Вместе с этой мыслью ужасы оставили его.

Вокруг творилось нечто кошмарное и не поддающееся правдивому описанию. Крутящийся вихрь атак и флангового огня полностью накрыл тающие силы повстанцев. Многие из них погибали, сраженные смертью. Другие валились наземь в диких криках боли. Однако большинству все же удавалось ускользнуть из гибельной пучины. Толпы повстанцев беспорядочно отступали: кто-то взбирался на горные утесы, кто-то наоборот скатывался вниз под уклоны. Тут и там размещались позиции корректировщиков огня войск Риги. Повстанцы обходили эти места по узким тропам и скрывались в ночи.

Под конец Синклер окружил ядро тарганской группировки и в ультимативной форме предложил сдаться. Ловушка захлопнулась.

Пыль и грязь стояли столбом, закрывая от земли кровавое солнце. Синклер, прищурившись, смотрел в ту сторону, где скрылись остатки повстанческих войск. Тропы и дороги были завалены мертвыми и ранеными. Одних не было времени хоронить, других не было возможности тащить с собой. Окружающий пейзаж казался на удивление живописным. Сельская местность в сравнении с разрушениями и смертью, опустившимися на поле боя, расположенное по соседству! Здесь не осталось ни одного дерева! Низкие кустарники превратились в кучки золы. Скалы и утесы ободрали гравитационные энергетические установки и огонь бластеров. Земля обгорела почти везде. Только дым курился, да пробивались смертоносные языки пламени.

Он снял с пояса флягу, отвинтил крышку и запрокинул ее над головой. Однако на сухой разбухший язык упало всего лишь несколько капель тонизирующего налитка.

— Шикста! — крикнул ом. Голос у него охрип за день от приказов, которые приходилось отдавать каждую минуту и на предельных тонах.

— Я здесь, Синк! — отозвалась она. В ее голосе наблюдалось поразительное смешение крайнего измождения, напряжения и опустошенности.

— Ты добралась до Каспы? Что там в штабе?

Синклер обессиленно опустился на покореженную лазерными зарядами скалу. Жара доконала окончательно. Скафандр казался топкой реактора. Голова кружилась и мало что соображала. Он смотрел со скалы вниз и видел Гретту, которая прочесывала со своими людьми местность в поисках раненых или парализованных повстанцев. Пыльный воздух то и дело сотрясался от одиночного огня бластеров. Видимо, кое-где еще оставались крохотные очаги сопротивления. Бывало и так, что внезапно очнувшийся повстанец начинал шевелиться. Его тут же подхватывали, ставили на ноги и отправляли к другим пленным, которые содержались неподалеку на открытом воздухе, будучи огороженными со всех сторон проволокой.

— Да, Синк. Тут все какие-то странные. Никак не могу найти командира дивизиона Аткина. Меня все хотят отправить во Второй дивизион.

— Плюнь! У нас много раненых, которых необходимо срочно эвакуировать! — крикнул Синклер. — У нас свыше двухсот пленных!

— Знаю, сэр. Я говорила им. Мне ответили, что к вам уже выслали пару ЛС.

Голос Шиксты упал. Она так устала, что ее уже не волновало: разъярится сержант или нет?

— Пару ЛС?! — вскричал Синклер. Его гнев перешел в отчаяние.

Он уронил голову на руки и стал тереть закопченное гарью лицо. Пара дурацких ЛС?! Кому они здесь нужны?! Ему необходимо получить по крайней мере эскадрилью! О, Господи… сколько времени он не спит? Его желудок готов был свернуться в трубочку от голода. В глазах потемнело. Голова раскалывалась. Кровь неистово стучала в висках.

Должно быть, он задремал, потому что очнулся от прикосновения руки Гретты к его плечу. Ее синие глаза побледнели от усталости.

Он тупо кивнул.

— Устала?

— Прилетели ЛС. Мак погрузил раненых. Он попросит еще транспорт, чтобы закончить эвакуацию. — Синклер поднял на нее глаза и увидел, что она вот-вот упадет и заснет. Но она закончила мысль:

— Тебя вызывают в Каспу. Срочно.

Синклер, уже не верил, что запах дыма и вкус смерти когда-нибудь покинут его. Повинуясь внезапному импульсу, он спросил:

— Хотела бы получить возможность принять горячую ванну, надеть чистый скафандр… и, может быть, провести ночь на нормальной кровати?

— Мог бы не спрашивать!

Во время полета в Каспу их обоих сморил глубокий сон.

Прежде чем выйти на яркий солнечный свет, Синк и Гретта проследили за выгрузкой раненых. ЛС приземлился на территории госпиталя. Совсем такого же, из которого вышел Синклер… Когда? Не верилось, что с тех пор прошло всего лишь несколько недель.

Гретта вышла из ЛС вместе с ним. Только тут он заметил, что она пошатывается. Ее темные волосы свалялись. Скафандр покрывала копоть и грязь. Когда она взглянула на него при ярком свете, он увидел, насколько изможденным выглядит ее лицо, насколько потемнели круги под синими красивыми глазами.

К ним быстро подошли два капрала.

— Сержант Фист? — осведомился один из них после обмена приветствиями. — Мы вас проводим.

— Может, мне стоит сначала привести себя в порядок? — спросил Синклер, выразительно оглядывая свой покрытый угольными и кровавыми пятнами скафандр. Его одеяние после такого боя подлежало даже не починке, а выбросу на помойку. Даже его привыкшее ко многому обоняние страдало от запаха пота, запекшейся крови и огня, исходившего от него.

— Прошу прощения, сэр, но у нас приказ командира Макрофта, — развел руками капрал.

— Макрофта? А он какое имеет ко мне отношение? Моим непосредственным начальником является Аткин…

— Командир дивизиона Аткин убит, сэр. Неделю назад или больше.

Заметив смятение на лице сержанта, капрал скептически усмехнулся.

— Почему никто не сообщил нам? — удивился Синклер.

«Теперь-то понятно, почему мы не могли дождаться пополнения боеприпасов! Теперь-то понятно, почему нам послали всего пару жалких ЛС. Но ничего, кто-то за это заплатит!..»

— Хорошо, идем, — проворчал Синклер, еле сдержав ярость.

Значит, Аткина нет уже неделю? Да… Тут определенно замешана политика… Черт возьми, всюду она запускает свои поганые лапы.

— Я найду место, где мы остановимся, — пообещала Гретта, когда он уходил.

Когда Синклер в сопровождений капралов вошел в главное здание, то сразу почувствовал, что стал объектом всеобщего внимания. Все глазели на его закопченный, с пятнами крови скафандр. Боковым зрением он видел, как на него показывают пальцами. За спиной послышались оживленные шепотки. Видимо, слух о свершившейся битве уже просочился сюда и гулял по всем этажам.

Впрочем, что они могли знать, эти штатские крысы? Для них это, конечно же, выглядело величайшей битвой всех времен. Но Синклер понимал, что творится в разных местах планеты, поэтому чувствовал — выигранный бой по сравнению с предстоящим — обыкновенная перестрелка.

47
{"b":"10195","o":1}