ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Не выйдет, сэр, — торжественно проговорил охранник. — Вы давно уже на мушке у Фипса и Анжелины. Вон они сидят в кустах. Все, как вы учили нас, сэр.

Синклер изучил внимательным взглядом с помощью прибора ночного видения окружавшую зелень и действительно различил тени двух солдат, притаившихся в зарослях с направленными в его сторону бластерами. Он улыбнулся и похлопал часового по плечу.

— Хорошая работа. Поздравляю тебя и твое подразделение. Передай Говсу, чтобы он от моего имени вынес тебе благодарность и поощрение за бдительность и солдатскую смекалку. С такими, как ты, мы не проиграем.

Часовой встал по стойке «смирно», горделиво выпятив грудь.

— Благодарю вас, сэр. Мы никогда не подведем вас, сэр!

— Они все для тебя сделают, Синк, — сказала Гретта, когда они пошли дальше. — Никогда бы не поверила в это, но ты стал просто на редкость приличным командиром.

— Просто здравый смысл… и отсутствие иного выбора, вот и все мои достоинства, — сказал он, пожав плечами. — Принимая во внимание поганые условия, в которых мы оказались, у нас есть только одно ценное качество.

— Какое?

— В нашем распоряжении находится целый дивизион, пусть и лишенный пока колес и крыльев. — Он прижал ее к себе. — Это две тысячи вооруженных мужчин и женщин. Все-таки сила. И я очень надеюсь, что после того, как мы доберемся до Веспы и возьмем ее под свой контроль, а также уладим хаос на Тарге, это будет столь же надежное и дисциплинированное соединение, как и любое соединение чертовых Компаньонов. Очень надеюсь.

— Ты все это уже говорил, когда мы тренировались под Каспой. Тогда я думала, что обещаниями ты преследуешь только одну цель: повысить боевой дух подразделений. — Она взяла его за руку. — Теперь я поняла, что твои выдумки имеют смысл. Я люблю тебя, Синклер Фист.

— Ты думала, что я спятил, когда мы подвергли риску четвертое подразделение, отправив его на выручку пятерых рядовых, отрезанных горной грядой, в тот день, когда тарганцы внезапно ударили во время плановых тренировок, — напомнил он.

— Ты вернул тех бедолаг целыми и невредимыми и снискал горячую любовь со стороны личного состава четвертого подразделения. Теперь они за тобой в огонь, и в воду пойдут, — проговорила она, глядя на него через прибор ночного видения. Задумчивые искорки поблескивали в ее глазах. — И как это ты додумался до такого?

Они остановились. Синк полной грудью вдыхал свежий ночной воздух и аромат, исходивший от милой женщины, прижавшейся к нему.

— Это симптоматично для моего возраста, насколько я понимаю. Тибальт создал не армию, а какую-то рекламную обертку. С самого начала императорского периода в истории, — то есть сто пятьдесят лет назад — армии предназначались только для того, чтобы наносить удары по планете, парализовывать ее жизнедеятельность и подавлять способность местного населения к сопротивлению.

Тактика «шоковой войны». Враг был чистой абстракцией, набором цифр в углах оперативных карт военачальников. От солдата требовалось только одно: трястись от суеверного ужаса в ЛС, заходящем на посадку, выпрыгивать из него с винтовкой наперевес и косить лазерным лучом все, что движется впереди. Если солдату удалось выжить, он отправлялся домой, чуть-чуть отдыхал и вот уже снова, трясясь от страха, занимал свое место на скамье ЛС.

— Но подобная тактика срабатывает только тогда, когда ты ведешь наступательную войну, — сказала Гретта. — Она вполне устраивает, например, Звездного Мясника, правда? Ведь он занимается именно тем, что ты описал. Наносит удары, парализовывает жизнедеятельность…

— Не совсем. В его обязанности еще входит обнаружение слабых мест в обороне противника. Для этого нужно обладать одной способностью — думать. Он умеет думать. Второе отличие заключается в том, что он знает цену тем людям, которые находятся вместе с ним на поле боя. Они преданы ему душой и телом. У Компаньонов хорошо развит строжайший кодекс боевой чести и взаимовыручки. На основе этого они и проводят все свои успешные операции. — Синклер поцеловал ее и прибавил:

— И заметь, еще ни разу они не терпели поражения.

— А ты терпел.

— Очень хочу надеяться, что такое впредь не повторится, — сказал Синклер.

Они шли по пересохшему руслу небольшой речушки. Под ногами хлюпали лужи, засыпанные опавшей листвой с ближайших деревьев. Между лужами росла высокая трава.

— Кто идет. Выйти на свет! Предъявить удостоверение! — вдруг раздался окрик.

Они увидели, как из канавы впереди них поднялся молодой солдат и направил на чих свой бластер.

— Видишь, как мы близко подошли? Если бы на моем месте был враг, ты бы уже давно валялся с перерезанным горлом, — холодно проговорил Синклер по предъявлении своего удостоверения. Плечи солдата обреченно опустились. — Любой враг, добравшийся до тебя на расстояние пяти футов, мог бы убить тебя голыми руками.

— Но я… Я не думал…

— Да, ты не думал, — горячо вскинулся Синклер. — Черт тебя побери, рядовой! Как я могу довериться солдату, который ведет себя, как последний дурак?! Учись! Я хочу, чтобы ты выжил в этой войне и стал хорошим воином. Ты один здесь?

— Н-нет, сэр. Лика вон там, — он указал рукой в темноту.

Синклер посмотрел внимательно.

— Где, черт возьми?!

— На холме, сэр…

— Если бы я сейчас убил тебя, — спросил строго Синклер, — весь квадрат был бы открыт? Не так ли? И кто знает, во сколько жизней солдат твоего и других подразделений встала бы твоя ошибка!

— Старший сержант Тафт приказал мне не беспокоиться. Он сказал, что меня тренировали не для того, чтобы я думал, а для того, чтобы стрелял, сэр. — Солдат нервно переминался с ноги на ногу. — Капрал Мейз считает, что пять часовых для охраны нашей территории недостаточно. Я согласился, но сержант приказал…

— У капрала Мейз есть голова на плечах, — пробормотал Синклер, входя в темноту.

Они отыскали Мейз и ее группу на вершине холма.

— Где находится сержант Тафт?

— Внизу, сэр. У подножия холма, — проговорила Мейз, вскакивая со своего места и салютуя командиру.

— А почему вы расположились здесь, когда все ваше подразделение внизу? — изучая внимательным взглядом капрала, спросил Синклер.

Женщина смутилась. Она то и дело бросала взгляды на Гретту, словно в поисках поддержки.

— Я слушала вашу лекцию об использовании в военных целях неровностей рельефа, сэр. Если бы охрану снял противник, мы бы удерживали выгодную точку на местности до прихода наших.

— Что ж, капрал, мне понятен ход ваших мыслей. Вы пойдете со мной.

С тлеющим в груди гневом Синклер обогнул храпевших тут и там солдат и пинком разбудил старшего сержанта Тафта.

— Какого черта!.. Мистер, я не знаю, что ты о себе думаешь, но я сейчас встану и… — Тафт закопошился на земле, нащупал свою каску, нахлобучил ее кое-как на голову и посмотрел снизу вверх через визор прибора ночного видения на того, кто его так бесцеремонно поднял ото сна. — О, сэр, прошу прощения!..

— Черт возьми! Идиот, как ты расставил часовых?! В твое расположение могло просочиться все тарганское сопротивление и ты был бы мертв, прежде чем нашел бы свою вонючую каску! — Синклер сжал кулаки. — Мейз!

— Сэр! — подскочила к нему капрал.

— Немедленно принимайте на себя командование седьмым подразделением! Наладьте охрану по периметру таким образом, чтобы ваших солдат не перебили бы как цыплят! Тафт, я разжалую тебя в младшие капралы! Пока!

А там посмотрим, какие уроки ты извлечешь из сегодняшнего происшествия!

Солдаты стали просыпаться, протирать глаза, еще не понимая, что произошло, но уже чувствуя, что командир их отнюдь не хвалит.

Синклер обернулся.

— Я вам, не раз говорил, ребята! Моей первой заботой является причинение максимального ущерба и нанесение максимальных потерь тарганскому сопротивлению. Моей второй заботой является сохранение жизней моих солдат. Я хочу проследить за тем, чтобы через несколько дней каждый из вас спокойно погрузился в транспорт и отправился бы на свою планету, к себе домой, к своей семье. Целым и невредимым! Ваши мертвые тела не нужны ни мне, ни империи! Я буду и впредь наказывать за должностные проступки и преступления! Вам всем это хорошо понятно, ибо вы читали учебники по военному делу. Хочу, чтобы вы сразу уяснили себе мое отношение еще к одной вещи. К глупости. Глупость я квалифицирую как тягчайшее преступление и как личное оскорбление мне, вашему командиру. Тафт, считай, что тебе повезло. Я должен был бы пристрелить тебя как собаку! Докажи в самое ближайшее время мне и своим людям, что ты достоин доверия и уважения. — Он опять повернулся к солдатам. — Если кто-нибудь из вас сможет управлять подразделением лучше Мейз, я тут же назначу смену командира!

77
{"b":"10195","o":1}