ЛитМир - Электронная Библиотека

— Нет, не все. У меня есть просьба личного характера.

— Кто же собирается прийти в такой час?

— Никто. Это мояличная просьба. Просто я хочу, чтобы ты легла и поспала пару часов. Тебе больше не о чем волноваться. Я все контролирую.

— Виктор, мало ли что может еще случиться? Что мы упустили? Мы не имеем права ошибиться. Любая упущенная мелочь может убить всех нас.

— Разве командиры с истощенной нервной системой непобедимы? — Его холодные голубые глаза слегка потеплели. Он уставился на свои руки. — Я сказал тебе, это моя личная просьба. Мне не нравится, как ты выглядишь. Ты устала, Шейла. Послушай, ты все взвалила на свои плечи. Ты сделала невозможное. Посмотри на себя. Ты потеряла килограмм пять. Только кожа да кости. Твои глаза потускнели. — Он кивнул самому себе и встал на ноги. — Да. Я беспокоюсь. И это до смерти пугает меня.

— Виктор? — она смотрела пристально. — Извини. Я и в самом деле устала. Знаешь, как мне хочется отдохнуть пару деньков и поехать куда-нибудь. Поужинать при свечах, сходить в театр, погулять где-нибудь по песчаному пляжу и поболтать. Только ты и я. Мы могли бы смотреть на облака, пить кофе на террасе. Вообще делать все что угодно, только бы забыть о сегодняшних заботах.

Плечи его ссутулились.

— Это было бы замечательно. Может быть, однажды так и будет, когда всему этому придет конец. Я знаю отличную бухту на Черном море. Вода там как бирюзовый хрусталь.

Шейла улыбнулась и подошла к нему поближе, обвивая его руками.

— Обещай мне, Виктор. Давай так и сделаем. Пусть это будет символом для нас с тобой. Мы будем сражаться не только за планету, а и за этот песчаный пляж, за то время, которое мы будем проводить вместе с тобой.

— Обещаю.

Она улыбнулась ему, теперь ей стало легче.

— А теперь поспи, — сказал он.

Она согласилась.

— Я попытаюсь. По крайней мере, до тех пор, пока кошмары меня не разбудят. Мне постоянно чудится, что все на Земле рушится. Земные пейзажи становятся похожими на какие-то фантастические пустоши. По речкам сплавляется пепел, окруженный перевернутыми тушами мертвой рыбы, с костей мертвецов, как теплая жижа, сползает плоть. Дома в руинах, везде зияют черные дверные и оконные проемы. Обугленные деревья — ни единого листочка. И воздух — тяжелый, дымный, безжизненный. В серой траве лежат лоскутки крыльев бабочек, и солнце светит тускло-желтым светом.

Он крепко обнял ее.

— Мы этого не допустим.

— Останься со мной. Виктор. Ты это сделаешь? Останешься со мной? Будешь обнимать меня, пока я сплю?

Она услышала, как он тяжело вздохнул.

— Да. Если это поможет тебе отдохнуть, я останусь и буду обнимать тебя.

* * *

— Эй, парень, а ты когда-нибудь спишь? — глядя на Кляксу, спросил Мэрфи.

— Во всей вселенной спят только люди, — пропищал Клякса. Мэрфи оглянулся посмотреть на крепко спящую Катю. Она свернулась клубком в одном из командных кресел. Она совсем измучилась от долгого наблюдения за мониторами. Он поборол желание приблизиться и погладить ее манящее тело.

Мэрфи подумал о новом капитанском мостике, который все еще строился в одном из отсеков корабля. Кляксе он покажется баскетбольным кортом.

— И сексом Ахимса никогда не занимаются? — поинтересовался Мэрфи, пораженный этой мыслью.

— Никогда, — заверил его Клякса, перекатываясь с боку на бок, образовывая манипуляторы и проверяя мониторы “Призрака”.

— Странное дерьмо, парень, — Мэрфи покачал головой. — А как же вы делаете новых Ахимса?

— Это произошло в океанах моей родной планеты, Мэрфи. Когда Ахимса принимал решение умереть, он становился плоским — как Толстяк. Потом, если его мозг приходил к решению, что нет смысла в реставрации круглой формы, он распадался окончательно, и его клетки свободно расплывались в водах океана. У каждой клетки появлялась возможность вырасти в нового Ахимса. У нас тоже была эволюция, со временем мы менялись, присоединяя к себе клетки других Ахимса. Может быть, клетки также менялись под влиянием радиации. Но этот процесс был очень медленным.

— А где же родина Ахимса? Если бы мы знали, где она находится, мы могли бы вычислить Оверонов и оценить размеры угрозы, которую они представляют для Земли.

— Конечно, Мэрфи, но нашей родной планеты больше не существует. Ты видел большую карту в навигационной комнате? На ней можно увидеть нашу родную галактику. Вы называете ее Скульптор, она расположена на расстоянии почти в полмиллиона световых лет от этой галактики Млечного Пути. Еще до того, как образовалась ваша галактика, наше солнце взорвалось.

Мэрфи тревожно взглянул на Кляксу.

— Так сколько же тебе лет, малыш?

Клякса зашипел, запищал, сплющиваясь, загружая информацию в компьютер. Через минуту он ответил:

По вашим меркам, около семи миллиардов лет, но из-за искривления времени…

— Ни фига себе, парень! — поразился Мэрфи. Катя испуганно заморгала, что-то пробормотала в полудреме и опять свернулась в клубок.

Мэрфи воскликнул:

И что же, ты никогда не умрешь?

Клякса ласково пропищал:

— Если захочу — умру. Может быть, сделаю то же самое, что делает сейчас Толстяк. Но большинство из нас ждут до тех пор, пока не сойдут с ума, потом умирают.

— Но… но… — Мэрфи старался сформулировать мысль. — Как ты все помнишь? Вы должны быть чертовски сообразительными ребятами! То есть… Иисусе!

Клякса перекатывался с боку на бок.

— Я многое позабыл. А что делать? Случается, что молекулы памяти разрушаются, и тогда все путается. Далекое прошлое обычно забывается. Мы ведь не Шисти! Нет, воспоминания все живы, просто они движутся туда-сюда; чтобы вспомнить что-то, мы меняем направление потоков в теле. Некоторые Ахимса заявяют, что наступит день, когда мы станем такими же, как Шисти. Именно к этому стремятся Овероны, за исключением Толстяка и парочки других Ахимса.

Нам на смену придут Пашти. На смену Пашти придут люди. Я думаю, этот процесс вечен. На сегодняшний день вы встретили три племени: Ахимса, Пашти и Шисти. Но ведь в космосе очень много других существ. Некоторые запрещены. Некоторые старше нас. Некоторые моложе вас. А некоторые настолько другие, что с ними невозможно общаться.

Мэрфи нахмурился.

— Ладно, ты знаешь людей больше, чем кого бы то ни было, что ты о нас думаешь?

Клякса запищал, похудел и сплющился. Шло время, терпение Мэрфи истощалось. Он попробовал опять задать тот же вопрос, но вспомнил, что Кляксе, по его словам, около семи миллиардов лет. Разве мог он прервать размышления существа такого почтенного возраста?

— Думаю, вам потребуется время, — наконец проверещал Клякса. — Вы не так уж плохи, просто не обучены. Вы слишком долго были дикими. Никто не учил вас, как вести себя в цивилизованном мире. В то же время вам это и не было нужно. В вашем мире плохое поведение всегда влекло за собой еще худшее поведение и награждалось. Если бы вы убили Пашти, выполняя приказ Толстяка, я бы несомненно уничтожил ваш род.

Мэрфи почувствовал, как сердце его забилось быстрее. Оказывается, этот безвредный крошка Ахимса не так уж безвреден, черт побери! Его рука бессознательно потянулась к ножу.

— Ладно, и что же ты собираешься делать с нами? — спросил Мэрфи, стараясь, чтобы голос его звучал ровно.

Клякса сплющился, покатался взад-вперед и уставился на него своим черным глазом-стеблем:

— Я собираюсь обучать вас, Мэрфи! Если я смогу окультурить вас, я докажу всем, что имею право называть себя Овероном. У вас будет будущее и космос. Только там можно будет доказать Оверонам свою правоту, только таким путем Ахимса могут возвыситься.

— А если ты потерпишь поражение? — вяло поинтересовался Мэрфи.

— О, тогда все мы умрем, — чирикнул Клякса.

ГЛАВА 31

Они назвали это прощальным вечером. Когда они встретятся снова, если им суждено будет встретиться, то это произойдет или во мраке после гибели их планеты, или в сиянии ослепительного будущего. Танцы, выпивка, закуска, смех — ничто не могло заглушить горечи разлуки. Пары разлучались, может быть, в последний раз наслаждаясь близостью. Слезы мешались с шампанским. То, что осталось от КГБ, спецназа, ЦРУ, МОССАДа и американских десантников, объединилось в отряд Призраков — последнюю опору племени, известного под названием гомосапиенсов, в последнюю надежду маленькой планеты-изгоя, называемой Землей.

114
{"b":"10197","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Секреты спокойствия «ленивой мамы»
Всё та же я
Тайная жизнь мозга. Как наш мозг думает, чувствует и принимает решения
Закончи то, что начал. Как доводить дела до конца
Мертвое озеро
Призрак Канта
Венеция не в Италии
Инженер. Небесный хищник
Брачный контракт на смерть