ЛитМир - Электронная Библиотека

ГЛАВА 8

Чииллу бы удивило то, как люди воспринимают его внешний вид. А может быть, и нет, как может древнейшее разумное существо во вселенной интересоваться реакцией таких ничтожных эфемерных созданий, как люди? Но факт остается фактом: если бы обычный непросвещенный человек увидел Чииллу, он поместил бы его в геологический музей. Во время обменных и мыслительных процессов в теле Чииллы происходили электрохимические реакции, и он излучал все цвета радуги. Он мог увеличиваться в размерах, и его полный рост мог повергнуть человека в изумление. Самая высокая оконечность сложных геометрических конструкций, из которых состояло его тело, возвышалась на три метра от поверхности.

До того, как Чииллу разбередила подслушанная беседа Ахимса, он безмятежно плавал в бесконечной межзвездной тьме. Его тело в результате приобрело темно-фиолетовую окраску, только остроконечные выступы были желто-красными. Красочное инфракрасное и ультрафиолетовое излучение впечатляло, но человек никогда бы не смог насладиться этим зрелищем без помощи своих специальных приборов.

Когда сферический корабль Чииллы приблизился к Тахааку, массивному правительственному центру Пашти, который находился на орбите Л-5 планеты Пашти Скаха, Чиилла испустил несколько лучей фуксина, что было признаком неудовольствия. Он поработал над временно-пространственными показателями среды вокруг своего корабля и точно ввел его в шлюз Пашти. На ходу меняя форму корпуса, Чиилла затормозил, чтобы вписаться в сложную конструкцию станции Пашти.

Чиилла принадлежал к виду Шисти — так их называли Ахимса, этот вид вовсе не нуждался в быстрых передвижениях и космических кораблях до того, как много звездных жизней назад очутился с Ахимса. Напротив, погруженные в вечные раздумья, Шисти наслаждались плавным скольжением в глубинах космоса. Радиолучи питали их идеями, они обменивались ими сквозь световые годы, курсируя вместе с солнечными ветрами внутри гравитационных полей. Иногда случались несчастья, и зрелый Шисти раскалывался. Тогда кристаллические обломки начинали медленно обрастать необработанным сырьем из межзвездной пыли и газов. Шел долгий методичный процесс восстановления, и новый кристаллический организм обретал сознание прародителя.

Корабль задрожал, электромагнитные крюки Пашти подтащили его к доку. Чиилла обработал среду вокруг корабля и поднялся, сообщая Пашти о своем прибытии. Если бы он не сделал этого, гравитационный поток разрушил бы всю станцию. Ему надо было использовать антиграв. От палубы внизу отошел тонкий металлический лист и приподнялся. Чиилла отрегулировал вокруг своего тела плотность жидкого водорода и устремился к антиграву. Шлюз открылся, и Чиилла проник внутрь, окруженный облаком холодного газа. Конструкция скрипела и вибрировала, стараясь избавиться от разреженной атмосферы и заменить ее кислородно-водородной смесью. Чиилла покрылся толстым слоем инея — так воздух реагировал на ледяной холод.

Переход в обжигающую атмосферу горячего кислорода очень слабо подействовал на Чииллу: его тело слегка увеличилось. Когда стало теплее, он начал осторожно двигаться в воздушных потоках, оберегая свой твердый остов от разрушения.

В доке было полным-полно Пашти. Чтобы поглазеть на Шиста, они прекратили перетаскивать грузы, огромное количество глаз светилось восхищением. Клешнеобразные манипуляторы застыли, ухватившись за узлы, корзины и пакеты, свисающие перед ними с антигравов. Шисти не так часто посещали Тахаак.

Пашти почти не изменились с тех пор, как Чиилла последний раз наведывался сюда. Трех с половиной метров в длину, они имели восемь симметрично расположенных многосуставчатых ножек, которые заканчивались мышечными манипуляторами из мягкой ткани, сверху защищенной твердой роговицей. Манипуляторы обладали невероятной силой тяги. Ножки были покрыты постоянно вибрирующим волосяным покровом. Толстая кожаная шкура от циклов шелушилась и обрастала новой роговицей. Два огромных глаза и четыре поменьше располагались на вытянутом башнеподобном спинном хребте. Спереди посередине росли две мощные клешни, которые, вытягиваясь, исследовали среду и ловко орудовали предметами материального мира.

Тело Чииллы нагрелось так, что возникла опасность раскрошиться на тысячи осколков, и он ринулся внутрь запутанного лабиринта тоннелей, из которых состояла среда обитания Пашти. Он проходил через соединенные множеством коридоров отсеки — это было не менее сложно, нежели жонглировать звездами. Может быть, подобные нерациональные сооружения возникли из-за кислородных потоков.

Гравитация сделала свое дело — на теле Чииллы появились микроскопические трещины, и он напряг свои кристаллы, придавая им большую твердость. Погруженный в размышления о замыслах Ахимса, он не заметил охранников возле двери в Центральную Совещательную Палату Пашти. Глаза охранников высунулись, ножки укоротились, и Чиилла проследовал в мозговой центр среды Пашти, не услышав и шепота протеста. Только кислородные испарения все еще кипели там, где побывало его ледяное космическое тело.

* * *

В ближайшем будущем циклы становились настоящей угрозой. Как ни старался Советник Раштак: не замечать перемен, нельзя было игнорировать неотвратимое. Его тело уже начало меняться. Кожа сменилась всего два дня назад, а грубый защитный хитон уже сформировался начал твердеть. В то же время его живой ум начал отказывать при решении некоторых важных проблем, в основном оставаясь полноценным.

Он был ненасытен и ублажал себя вкусной пищей, когда в его ушах зажужжал зуммер.

— Раштак, — просигналил он, и чувствительные волоски на его многосуставчатых ножках завибрировали.

Зуммер снова издал жужжание.

— Советник! Только что в док прибыл Шист. Он движется по центральным коридорам и почти достиг Совещательной Палаты. Какие будут приказания, советник?

Как типично! Застигнутые врасплох подчиненные начали подлизываться к начальству, неспособные действовать самостоятельно. Проклятые циклы! Проклятый Шист! Что он здесь делает?

— Пропустите его, — решил Раштак, клацая зубами, и его вибраторы забренчали в ушном устройстве. — Шисти не понимает, что другие живут по расписанию. Сообщите остальным советникам, что он здесь. Скажите…

— Советник, Шист находится у двери в Палату. Надо ли задержать его у входа?

Даже ненормальный кретин не стал бы пытаться остановить Шиста! Неужели циклы настолько затуманили нам мозг?

Нет! Впустите его! Пусть он делает все что хочет! Это Шист! Послушай… отдохни. — Увещевая, Раштак издавал громкое вибрирующее мурлыканье. Фиолетовые небеса! Как по-разному действуют циклы на Пашти. Кое-кого, повышенного в чине, как, например, этого охранника, они делали агрессивными.

Раштак сумасшедше просигналил, созывая совет, и повернулся, проклиная свое негнущееся тело. Потом он почувствовал легкую дрожь. Фиолетовые проклятья циклам и тому, что они сделали с разумными существами! Он поборол страстное желание разразиться местными ругательствами и протиснулся через дверь в коридор.

Услышав его властный сигнал и почуяв вибрацию поверхности под собой, отовсюду сбегались раболепные Пашти.

Шист был недвижим, он поглощал энергию горячего света, и его темно-фиолетовая окраска приобретала лавандовый оттенок. Началась конденсация: с огромного тела Чииллы капала влага, на полу растекалась лужа. На крупных кристаллах все еще оставались пятна инея. Раштак замедлил шаги, увидев, что несколько советников опередили его. Значит, они все еще слушались его, но кто знает, сохранится ли эта стабильность после нового цикла?

Яростный взрыв эмоций волной прокатился по чувствительному волосяному покрову конечностей Раштака. Зов природы!

Он ощутил покалывание в мозгу, пробежавшее затем по позвоночнику вдоль репродуктивных органов, через желудок и вернувшееся в конечности. Изо всех сил он старался побороть этот всплеск эмоций.

26
{"b":"10197","o":1}