ЛитМир - Электронная Библиотека

Ей помогало то, что она заставляла себя мыслить.

—Я представила, как трудно послать ко всем чертям кого-нибудь, обладающего могуществом Ахимса. Поставь на их место наши уважаемые правительства, ты смог бы послать их?

— Нет, думаю, что не смог бы. Как-никак я солдат Советского Союза. Защищать мой народ — это мой долг.

Глаза его стали настороженными — в темнеющем небе засветились звезды.

— Пропаганда? Не надо, я знаю, что ты сторонник жесткой дисциплины.

— Но тренировка и дисциплина помогают сориентироваться в любой ситуации. Советскому солдату просто необходимо знать, какой дорогой идти, как стрелять, уметь идти без сна трое суток, не замерзнуть в снегу в одной шинели. У нас вовсе не обязательно строиться в колонны под началом офицера, чтобы уметь обращаться с картой.

Если пузырь лопнет здесь, она умрет еще до того, как коснется земли. Она даже не запомнит падения. Это уже легче.

— Сомневаюсь, что они выдадут вам шинель или карту.

Он натянуто улыбнулся.

— Нет… скорее всего нет.

Шейла выжидающе уставилась в черное пространство наверху. Неужели где-то там и в самом деле затаился космический корабль пришельцев? Неужели этот пузырь привезет их в царство научной фантастики? Как жаль, что она видела только один фантастический фильм об этом, только вторую серию “Звездных войн”. Тогда он показался ей банальным и скучным.

Она почувствовала, что рука Стукалова обняла ее за плечи. В другое время Шейла смерила бы его ледяным взглядом и презрительно оттолкнула бы руку. Теперь же это прикосновение явилось для нее облегчением; как всякое человеческое существо, она нуждалась в поддержке.

— Понимаешь, все это не ново. Любая сильная власть в нашей истории подчиняла себе слабых. Как я понял, Ахимса проделали большую работу, чтобы узнать, что мы собой представляем.

Она покрепче прижалась к нему.

— Самое любопытное то, что вся операция проходит втайне. И в этом есть смысл. Значит, существует кое-что или что-то более могущественное, чем Ахимса. Если Ахимса проиграют, что смогут сделать земляне со своими слабыми возможностями?

Он окинул мрачным взглядом окружавшее их звездное великолепие и кивнул.

— Может быть, нам предстоит быть гладиаторами. Скажи мне, что чувствуют бойцовые петухи, когда их собирают в стаю и погружают на судно, идущее к другому материку?

— Наверное, они чувствуют себя гладиаторами или мясом для ножа мясника. Не знаю почему, но нас перевозят явно незаконно. Втайне от кого-то… Толстяк особенно упирал на то, что нам не следует попадаться.

Она заставила себя посмотреть вниз и увидела земной шар, который продолжал удаляться от них. Насколько? Странно подумать, что она жила на этой сияющей яркой планете. Там внизу ждал ее Типс. Ей отчаянно захотелось оказаться дома, в своей унылой квартирке. Шейла взглянула наверх, и ей показалось, что где-то вдали посверкивает какой-то серебряный предмет.

— Знаешь, если бы я поверила в то, что все это реальность, я бы не смогла справиться со страхом.

Его рука крепче сжала ее плечо.

— Это одно из преимуществ неведения.

— Точно. Смотри, вот оно.

Сглотнув, Виктор Стукалов проследил за ее указательным пальцем.

Кусок серебра вырастал во что-то напоминающее по форме длинный клин. С задней стороны выдавались странного вида шипы. Острый нос, ощетинившийся всевозможными приспособлениями, напоминал хромированную рождественскую елку с длинным тонким наконечником. Именно таким представлялся Шейле космический корабль. Тем временем он продолжал расти. Казалось, он падает прямо на них, становясь все больше и больше.

— О боже! — Стукалов онемел от изумления. — Как ухитрились наши радары прошляпить его? Он огромен. Он…

Она почувствовала, что он задрожал, и сжала его руку, чтобы успокоить его и самой успокоиться.

В днище фантастического судна показалось черное отверстие. Ощущения Шейлы изменились. Теперь ей не казалось, что корабль падает на них: напротив, они с немыслимой скоростью неслись к скучно-серому днищу судна, направляясь прямо в черную дыру. Вселенная над ними стала серой. Только по сторонам были видны звезды. Под ногами внизу уносился вдаль круглый мячик Земли, такой теплый, родной, навсегда далекий.

Они нырнули в черное отверстие. Шейла закрыла глаза.

— Я не верю своим глазам!

— Я тоже, — прошептал Виктор. — Сколько весит эта штуковина! Она огромна!

Голос напугал их:

— Познакомьтесь с размерами судна: максимальная длина триста двадцать шесть земных километров, Максимальная ширина — девяносто один километр. Корабль получает энергию от механизма, который мы можем в переводе назвать генератором нулевой сингулярности. К сожалению, майор Стукалов, наши физики ушли далеко вперед.

— Я… я догадываюсь.

Она с любопытством взглянула на него: в широко раскрытых глазах она увидела нескрываемый страх. Они двигались по черному тоннелю в днище корабля. Стукалов нервно сглотнул, потрясенный масштабами корабля пришельцев.

Шейла бросила последний взгляд на подрагивающий далеко внизу бело-голубой шарик и опять пожалела о том, что находится не дома. Сможет ли она когда-нибудь насладиться кружечкой пива в местном кабачке? Увидит ли удивительную весеннюю зелень круглых холмов? Увидит ли когда-нибудь пасущихся в лощинах белых ягнят? О Типс, прости меня!

Вскоре пол у них под ногами стал более твердым. Шейла испуганно вздрогнула, когда пузырь беззвучно лопнул. Она принюхалась: не пахло ничем. Внезапно поняла, что рука Стукалова все еще лежит у нее на плече. Она мягко высвободилась и огляделась. Шейла ожидала, что здесь будет темно, только тьма и сталь. Но перед ней простирались бесконечные просторные, ярко освещенные коридоры.

— Сюда, — позвал голос Толстяка. Маленький желтый огонек мелькнул впереди и стал медленно удаляться по спускающемуся вниз синему коридору.

— Теперь обратной дороги нет, — мрачно пробормотал Виктор.

Она стояла на борту космического корабля пришельцев. Пока она испытывала только ужас. Шейла Данбер заставила себя шагнуть вперед и последовать за огоньком в неизвестность.

ГЛАВА 9

Виктор разглядывал простиравшийся перед ним бесформенный коридор. Шейла уже двинулась вслед за мерцающим в воздухе светом. Неспособный думать, ошеломленный, он нетвердыми шагами пошел за ней.

Как может челове, держать себя в руках, когда душа его обнажена, когда он совершенно оторван от реальности?Виктор дрожал, мысли его путались. Якоря подняты с твердого дна, и душа пустилась в плавание, отданная воле волн. Путешествие в пузыре пришельцев оказалось самым сильным впечатлением в жизни Виктора. Ничто в прошлом — ни смерть, ни кровь, ни сжимающий кишки страх, ни битвы, ни волнение, охватывавшее при виде убитого врага, когда он понимал, что враг мертв, а он будет жить дальше, — ничто не могло сравниться с его состоянием, когда он увидел корабль Ахимса, так как невозможное стало реальностью.

Больше, чем кто-либо другой, солдат имеет дело с истинными основами существования — с жизнью и смертью, больше, чем кто-либо другой, солдат понимает смысл жизни. Постоянно преследуемый капризной поступью коварной смерти, Виктор все же сохранил какие-то иллюзии. Ему казалось, что он знает свое место в жизни, что он видел то, чего не видели другие, что в душе его горит огонь, который поможет ему уцелеть. Он, Виктор Стукалов, обладая достаточной силой, чтобы лишить жизни любое человеческое существо. Ни один человек, даже сам Генеральный секретарь, не прожил бы и пяти секунд, окажись он в железных руках Виктора Стукалова. Зная о своей власти над жизнью и смертью, он был способен выжить. В этом состояла его маленькая правда — или маленькая иллюзия, миф о собственном могуществе, который помогал ему жить в адском мире танцующей слепой смерти.

А теперь основа этого мифа безжалостно разрушена, и душа его беспомощно плавает среди его обломков. Гордая уверенность в своей собственной силе, подкрепленной могуществом государства, уничтожена с беспощадностью прямого попадания артиллерийского снаряда. В душе осталась только странная тишина, только бездонная пустота.

29
{"b":"10197","o":1}