ЛитМир - Электронная Библиотека

Все. Она знает все.

Светлана медленно кивнула.

— Что еще, майор?

Шейла пожала плечами, почувствовав, как напряглась Детова.

— Делай, что считаешь нужным, только давай обойдемся без лишних случайностей в нашей жизни. У нас у всех есть прошлое. Но сейчас будущее важнее — нам нужно просто выжить.

— Думаю, мы понимаем друг друга. — Светлана отставила в сторону остатки виски. — Тогда я, может быть, сразу же примусь за учебу?

Шейла встала.

— Это будет здорово. Я буду всячески способствовать этому. Да, ты в любое время запросто можешь брать мою пудру.

Ошеломленная Светлана вышла в коридор и направилась к своей комнате. Она вошла внутрь и перевела дыхание, сердце билось быстрее обычного. Черт побери! До какой степени она может довериться Шейле Данбер?

Она стянула жакет, подошла к компьютеру и присела. Теперьмне нельзя допустить ни одной ошибки. Ощущая каждую клеточку своего напряженного тела, она надела на каштановые волосы обруч пришельцев.

* * *

— Ну, каковы ваши впечатления? — спросил Сэм, когда они покинули комнату Шейлы.

— Дайте ей шанс, — сказал Моше, трогательно разводя руками. — А что бы испытывали вы, если бы вас поставили во главе разведывательной операции, проводимой совместно МОССАДом. ЦРУ и КГБ, если бы вам не дали четких инструкций и даже наметок?

Сэм выпятил подбородок.

— Догадываюсь. Ну что, посмотрим, что там вытворяют наши макаки?

Моше рассмеялся.

— Я уже побеседовал со своими. Но, возможно, следует еще раз поговорить.

— Увидимся.

— Капитан, — Стукалов стоял, засунув за ремень большие пальцы рук. — Если у вас найдется свободная минутка, мне хотелось бы обсудить кое-что.

Сэм задержался и посмотрел в глаза Стукалова. Это длилось доли секунды, но казалось, прошла вечность. Они как бы примеривались к силе и опыту друг друга. Испытанные вояки, они отдали дань ритуалу, обменявшись вызывающими взглядами, и этот обмен взглядами сблизил двух профессиональных убийц.

Чуть заметная улыбка тронула губы Стукалова.

Даниэлс перевел дух, глаза его смягчились.

— Да, если мы будем сидеть сложа руки, мои мальчики будут твоих задирать.

— Предлагаю пойти в столовую, там все нас увидят.

— Хороший пример?

Стукалов расплылся в улыбке.

— Хорошо разыгранный.

Чертов комми! Этот белый выглядит, черт бы его побрал, как само совершенство. Высокий, светловолосый, мускулистый… и черт знает что у него на уме. Русские по-своему расисты. Спросите об этом узбеков. Полегче, Сэм, не позволяй прошлому вмешиваться в будущее. В тебе затаились тысячи демонов. Подожди и увидишь, что будет. Держись, бэби.

И они пошли вперед плечом к плечу мимо дверей, ведущих в личные комнаты, легким и четким шагом, как два боевых ветерана, вдвоем пересекающие минные поля отчужденности.

Молчание нарушил Стукалов.

— Знаешь, всю свою жизнь я подсознательно готовился к тому, что рано или поздно мне придется сражаться с американцами. Я сомневаюсь, что ваша система сильно отличается от нашей.

— Да, мы тоже ждали момента потягаться с вашими парнями.

— Мы должны вместе преодолеть свои предубеждения. Если уж твои десантники и мой спецназ встретились на этом корабле — кто знает, чем все это закончится. Лучше начинать по-хорошему. Ведь правила игры изменились. Мы в окружении чужаков.

Черт побери, и надо же было этому Стукалову быть майором и носить эти чертовы погоны, так что весь мир мог видеть, кто он такой.Сэм постарался проглотить обиду. Он был негром и дослужился до капитана. Ему приходилось бороться за каждый проклятый дюйм. И не важно, сколько звездочек он получил, препятствий всегда было больше, и чинили их белые, которые сражались, в основном сидя за столами!

— Знаешь, майор, это будет не так-то легко.

Стукалов улыбнулся.

— Нет, капитан, не думаю. Надо последовать совету майора Данбер.

Они вошли в общую столовую. Она выглядела, как все нормальные столовые. В центре стояли длинные ряды столов. Потолок представлял собой цельную светящуюся панель. Еда поступала из автоматов вдоль стены. Группа людей столпилась вокруг драгоценного магнитофона Мэйсона, который, дребезжа, надрывался какой-то ужасной модерновой музыкой. В дальнем конце расположилась компания израильтян. Русские сидели тут и там небольшими группками, окружая женщин из КГБ. И никто не собирался вставать в боевую стойку.

— Совету Данбер?

Стукалов улыбнулся, сохраняя спокойствие и невозмутимость.

— Это мы слишком много думаем о рангах. Позволь мне рассказать тебе кое-что о Советской Армии. Человек, перед которым ты щелкаешь каблуками, вовсе не всегда выше тебя званием. Например, в Зоссен-Вунсдорфе у меня в подчинении были генерал и несколько полковников.

— Что?

Стукалов смущенно пожал плечами.

— Эта запутанная система родилась во время Великой Отечественной. Должность важнее чина. В спецназе я оставался действующим майором. В советской системе капитан не может командовать взводом. Но генерал-майор может командовать армией и даже группой армий, если, конечно, рядом нет генерал-полковника… В то же время я понимаю жесткую систему рангов, принятую на Западе. На твоем месте мне бы не хотелось быть в звании майора.

Сэм остановился и пристально посмотрел на Стукалова. Черт побери, оказывается, этот Стукалов — вполне свойский мужик!Теплая волна захлестнула Сэма.

— Отлично, приму к сведению.

Они уселись друг против друга во главе стола. Стукалов положил свой берет на краешек и, перед тем как отпить, понюхал водку.

— Лучше не бывает.

Сэм сделал глоток коньяка.

— Да, неплохо.

Они смотрели друг на друга, понимая, что все, кто находятся здесь, не сводят с них глаз. С чего же началось их сближение? Сэм недоуменно махнул рукой.

— Но если ты командовал генералами в Зоссен-Вунсдорфе, как же ты опять очутился в Узбекистане?

Голубые глаза Стукалова заискрились. Он замешкался, взглянул на Сэма и осторожно кивнул:

— Думаю, что могу тебе доверять. Только между нами, Сэм, в нашей армии не все совершенно. Система назначений, о которой я тебе рассказал, хороша для любимчиков, подхалимов и лизоблюдов. Когда я принял команду, я только что покинул Афганистан, самую гущу событий. — Он забарабанил пальцами по столу. — В Пакистане, в Иране и в других местах, где мы действовали, мы допустили одну и ту же ошибку. Я ожидал, что в штабе царит высокий дух. Но столкнулся с другой реальностью.

Сэм усмехнулся.

— Понимаю. Вроде бы в твоей армии все так же прогнило, как и у нас. — Сэм дотронулся до своих капитанских нашивок: — Видишь? Я долго их ношу. Штабные офицерики постоянно обновляют свои плечики. А полевые? Кто хочет повышать в чине человека, у которого руки в крови? Солдат, побывавший в бою, мог бы шепнуть полковнику, что его новейшая военная программа — это всего лишь куча дерьма, несущая человекоубийство. А что еще хуже, мнение бойца может просочиться в прессу.

— Но ты должен был чему-то научиться, командуя отборными частями.

— Ага, так же, как и ты, оставаясь в чине майора. Знаешь, не так уж трудно превратиться в бюрократа, который командует штабными крысами и бухгалтерами и шелестит бумажонками. Эти ребята сидят в безопасности в своих конторах на берегу Потомака и волнуются, только когда их рапорты запаздывают. Свиста пуль они не слышали со времен учений. Но знаешь, когда я захожу в их контору и произношу слово “десантник”, это действует на них, как полет в чертовом пузыре, и у этих говноедов начинают дрожать коленки. Все равно как свирепый бульдог входит в комнату с причесанными и надушенными пуделями.

Виктор сделал глоток, медленно наклоняя чашку.

— Может быть, хорошо, что нам не пришлось сразиться. Ведь мы совсем не так представляли друг друга.

Расслабившись, Сэм откинулся назад.

37
{"b":"10197","o":1}