ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вряд ли, ведь за последний миллион лет они отхватили изрядный кусок ресурсов Ахимса. Они грубы и агрессивны. Предприятие, которое я затеял, всего лишь приведет систему в равновесие.

— А мы выпачкаем руки в крови, — глядя на Толстяка сощуренными глазами, Шейла скрестила на груди руки.

Толстяк сплющился.

— Я не ожидал, что услышу возражения от людей против убийства невинных, если, конечно, это не попытка что-то отторговать, как это принято среди ваших политиков. Каковы ваши намерения? Чего вы требуете взамен?

Шейла почувствовала, что ее затрясло. Сэм Даниэлс выглядел так, будто кто-то затушил сигару о его пиццу.

Сейчас не время скандалить. Мы все еще пленники. Притворяйся, Шейла. Играй, сколько сможешь.

О какой торговле может идти речь? Какой смысл вести споры о нравственности, если вы уже приняли решение? Вы уже рассчитали движения каждой группы после того, как мы попадем на Тахаак? — Она спешила сменить тему, легким взмахом руки посылая Даниэлсу сигнал отбоя. Он понял ее знак. Взгляд, которым он наградил ее, мог бы растопить лед.

Толстяк казался слегка побледневшим.

— Я могу помочь вам определить объекты нападения, а компьютер даст технические советы. На основе этой информации вы сможете принять решение. Ваши жизни подвергаются определенному риску, майор Данбер. Мы только определяем стратегию, а тактические аспекты операции — в ваших руках. Так как рискуете вы, то вам и решать, какую тактику вы изберете. В конце концов, эта ваша профессия.

— А какова общая стратегия? — с невозмутимым видом спросил Даниэлс. — Вы ведь не хотите, чтобы кто-нибудь узнал, кто ввергнет в ад этих Пашти? Почему? Что вы выигрываете?

Толстяк подобрался, черные глазки сверлили взглядом Сэма. Когда он заговорил, вокруг его глаз-стеблей появились складки.

— Это очевидно, капитан Даниэлс. Пашти представляют собой угрозу. Они продолжают завоевывать наше пространство — захватывают наши ресурсы. Мы предпринимали дипломатические усилия, но они не могут противостоять циклам Пашти. Понимаете, это биологическая аномалия. Мы намерены нейтрализовать эту угрозу.

— Ничем не рискуя, — прибавила Шейла.

— А вы можете предложить что-то иное? — поинтересовался Толстяк.

Ох! Наконец-то все встало на свои места! Ахимса не только хотят съесть пирог, они не желают, чтобы крошки, оставшиеся после пира, привели к едокам.

Думаю, что не можем. Итак, вы испробовали все способы, не связанные с разрухой и уничтожением? Значит, это жизненно необходимо?

Толстяк совсем сплющился. Шейла подумала, что это признак смущения — или блеф.

— Да. Это и вас затрагивает. Пашти — одни из тех, кто запретил вашу планету. Предположите, что вам удалось спасти ее от превращения в радиоактивную пустыню. Предположите, что вам удалось заселить Солнечную систему. Вы знаете, что вы никогда не пройдете вашу зону Ван Оорта. Конечно, ваши корабли могут попытаться проникнуть туда, но они загадочным образом исчезнут. Они…

—  Что? —взорвался Даниэлс. Он взял у Моше обруч. Голографическая модель Солнечной системы висела среди того, что он называл облаками Ван Оорта.

— Будьте уверены, капитан. — В голосе Толстяка звучало самодовольство. Как много он перенял у людей! — На границе Галактики была размещена система гравитационных маяков. Их на самом деле шесть. Корабль, не обладающий нулевой сингулярностью, способной нейтрализовать искривление пространства, будет разрушен направленной приливно-отливной силой. Позже мы все сами в этом убедитесь. А сейчас давайте сосредоточимся на главном вопросе. Факт остается фактом: ваше участие в этом деле откроет вашему виду дорогу к звездам и навсегда отвратит угрозу ядерной катастрофы. — Голос Толстяка стал ласковым. — Мы предлагаем вам жизнь — и космос!

Такова цена капли невинной крови!Шейла задумалась, все ее мысли сосредоточились на этом медленно вращающемся колесе, которое называлось станцией Тахаак и от которого зависела свобода человечества.

Толстяк сплющился, его глаза-стебли осмотрели комнату.

— В ближайшее время надо начинать знакомство с оружием. Мы спроектировали военное снаряжение, максимально приближенное к земному. Для ознакомления ваши люди смогут провести тренировочные учения внутри точной копии станции Тахаак, которую мы построили специально для этой цели. Вы сможете попрактиковаться на роботе Пашти, который будет реагировать на чувствительные или смертельные удары. Я уверен, что тренажеры покажутся вам превосходными. Вы сможете многократно репетировать бой — такого опыта у вас не было никогда. Давайте назовем это последним словом боевых учений. Вы можете начинать тренировки, как только почувствуете себя готовыми к ним.

— А женщины из разведслужб? — спросила Светлана. — Они будут пилотировать торпеды?

Верно. Я принял это решение, основываясь на том, что у них есть летный опыт, а кроме того, они смогут уменьшить риск, прикрывая тылы. Нужную информацию вы найдете в учебниках, которые получите после совещания. Вы можете по собственному усмотрению менять наши предложения.

— Это единственная причина того, что вы выбрали в пилоты именно женщин? — Светлана наклонилась вперед, ее глаза горели.

— Нет, мне также хотелось привести в равновесие состав человеческого персонала. — Толстяк издал свист, увидев, как напряглось лицо Светланы. — Да, майор Детова, у меня были и другие соображения. Ваши мужчины отправляются туда, где никогда не бывали прежде. Вы достаточно умны, чтобы понять, что я не упущу такой прекрасной возможности изучить ваш вид в любых его проявлениях. К счастью, теперешний кризис разразился после того, как ваш технический прогресс освободил женщин от рабского положения разукрашенных машин воспроизводства типов. В охотничьих обществах благодаря развитию промышленности женщина становится свободна от пут сельскохозяйственной эры. Я смогу понаблюдать за вашим поведением в положении равенства с мужчинами. И прикинуть ваш потенциал для внедрения в цивилизованный мир.

— И это все?

В писклявом голосе Толстяка появилось раздражение:

— Никто никогда не знает, куда приведут исследования, но на данный момент это все. Я догадываюсь о ваших опасениях, майор. Вас не будут использовать для спаривания… или для проституции.

Шейла прикусила губу. И ты, черт побери, можешь даже поклясться в этом, Толстяк, старый мошенник! Все этотухлятина, грязная закулисная авантюра!

* * *

Какое удовольствие я мог бы получить! — Маленков вздохнул, когда две женщины из ЦРУ прошли мимо него по проходу и уселись в кресла в третьем ряду.

Аудитория начала заполняться людьми. Мэрфи вертел головой. Когда он впервые оказался здесь, он находился под влиянием шока, вызванного полетом в пузыре. Тогда он был парализован, потерял способность думать. Теперь, когда возбуждение и дух авантюризма снова взыграли, он внимательно оглядывал своих новых товарищей. Здесь собралось почти четыреста человек, и треть из них — бабы. Одна на двоих — совсем не плохо по сравнению с теми местами, где ему довелось побывать прежде.

Мэрфи окидывал женщин оценивающим взглядом и постепенно приходил в чувство. Каждая выглядела просто сногсшибательно. А второе, что он заметил, — ни одна не отвела взгляда, ни одна не выказала ни растерянности, ни беспомощности, обычно появлявшихся под его тяжелым наглым взглядом. ЦРУ? КГБ? Черт побери, Мэрфи, а тебе не кажется, что секретарш здесь нет? Протри свои глаза, детка. Если ты собираешься полюбезничать с этими курочками, они перережут тебе глотку и пообедают твоими внутренностями!

Знаешь, — размечтался Маленков, — мне уже кажется, что их сюда затащили исключительно из-за их бабьего шарма. И я наслышан об американках. У них отличная репутация.

— У русских тоже. Но меня это мало волнует. Я уже поджарил свою задницу сегодня утром. И я не собираюсь ни на кого наскакивать.

41
{"b":"10197","o":1}