ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Наши судьбы сплелись
Йога между делом
Деньги и власть. Как Goldman Sachs захватил власть в финансовом мире
Ключ к сердцу Майи
Фирма
Лидерство на всех уровнях бережливого производства. Практическое руководство
Незабываемая, или Я буду лучше, чем она
GET FEEDBACK. Как негативные отзывы сделают ваш продукт лидером рынка
Разрушенный дворец
A
A

Но вот тонконогий горожанин, шедший впереди, остановился и сказал что-то. Брат Лэльдо перевел:

— Пришли, ребята. Вот наш постоялый двор.

«Постоялый двор», конечно же, ничуть не напоминал постоялые дворы их родного континента. Это было такое же нарядное и основательное здание, как все другие на узкой боковой улице, двухэтажное, с высокой крышей, — только оно не стояло вплотную к соседнему дому, а отделялось от него высокими решетчатыми воротами.

— До чего же они здесь любят всякие клетки-решетки, — мысленно проворчала Лэса. — Похоже, не такая уж мирная у них жизнь, как они нам врут!

— Да, от кого-то им приходится обороняться, не иначе,, — согласился с кошкой Горм. — А теперь еще и мы явились… надеюсь, мы доставим им достаточно хлопот. Ишь, придумали — путников в рабство продавать! Нет, тонконогие, вам это с рук не сойдет!

— Лэльдо, — вдруг спросил Клуц, — а те горы, что мы видели с побережья, — не Гималаи?

— Нет, это Апеннины, — ответил эливенер. — У нас на пути будет еще много разных гор. Но нужные нам — очень далеко. Ну, это неважно. Долетим быстро.

Но им не удалось быстро долететь до Гималаев. Им вообще дальше предстояло идти пешком. Хорошо, что они об этом даже не догадывались…

А пока что перед ними открылись одновременно и двери дома, и решетчатые кованые ворота. Путники догадались: в дом — Иеро и брату Лэльдо, остальным — во двор. Потому что остальные — страшные, хищные, ужасные звери.

Естественно, они не стали ничего объяснять горожанину, приведшему их сюда, и спокойно разошлись в разные стороны. Даже если бы они сами не умели поддерживать мысленную связь на таком небольшом расстоянии (стены дома, само собой, не могли быть для них помехой), им помогли бы экраны ментальной защиты, которые намного увеличивали возможности мысленной связи. Эти экраны брат Лэльдо получил от старейшин Братства Одиннадцатой Заповеди, и каждый из путников имел при себе подобный экран. Кто и когда изготовил эти странные аппараты — не знал и сам брат Лэльдо, но подозревал, что экраны, как и полусфера, и темные стеклянные пластинки, являвшиеся на самом деле аппаратами неведомого предназначения, пришли на Землю из темных глубин необъятного Космоса.

Иеро и брат Лэльдо вошли в дом. Здесь не было ничего, даже отдаленно напоминающего роскошь дома старейшин. Полутемный холл выглядел просто, даже немного сурово: простой гладкий пол из тщательно оструганных и выкрашенных в серовато-голубой цвет досок, на белых стенах не висело ни единой картины. «Да, — подумал Иеро, — сюда старейшины явно не заходят».

Провожатый остался снаружи, видимо, решив, что его миссия выполнена. Навстречу священнику и брату Лэльдо вышла в холл женщина средних лет, в опрятном белом чепце и простом коричневом платье, украшенном лишь узеньким кружевным воротничком. Однако и ее руки были унизаны драгоценными перстнями.

Женщина вопросительно посмотрела на двоих северян и что-то сказала тихим, мягким голосом. Иеро прислушался к ее мыслям. Похоже, милая дама и не подозревала о том, для чего путников привели в этот дом. Она просто хотела знать, что подать им на ужин. Именно так и перевел брат Лэльдо ее слова.

— Скажи ей — нам все равно, пусть сама решает, — сказал священник. — Главное — чтобы они тут не забыли напоить и накормить «зверей».

Выслушав эливенера, женщина кивнула и показала северянам на дверь, расположенную справа от входа в дом.

— Это спальня для нас, — пояснил брат Лэльдо. — Идем.

Они вошли в указанную им комнату. Прямо напротив двери находилось узкое высокое окно, выходившее во двор, и первым делом Иеро распахнул створки окна и высунулся наружу. Он увидел маленький дворик, с трех сторон окруженный высокими каменными стенами, а во дворе — троих «страшных хищников».

— Привет, — сказал священник. — Нас, как видите, разместили поближе к вам, на первом этаже.

— Ну да, чтобы вы за нами присматривали, — ухмыльнулся Горм. — А то вдруг мы взбесимся и всех тут перекусаем!

— А что, я бы с удовольствием, — заметила иир'ова. — Эти местные паршивцы того стоят.

— Да уж, им бы надо разок-другой поддать под зад рогами, — согласился с идеей Клуц.

— Ладно, разболтались вы что-то, — улыбнулся Иеро. — Не забывайте — как только стемнеет, надо будет рвать отсюда ноги.

— Ага, и когти тоже, — не удержался Горм.

— И копыта, — согласился Клуц.

Тут в дверь комнаты постучали, и священник отошел от окна. Вошла давешняя женщина, а за ней мальчишка лет пятнадцати вкатил столик на колесиках. На столике красовались нарядные глубокие миски, накрытые крышками, стояли две белые фарфоровые тарелки с ободками из веселеньких голубых цветочков, лежали вилки, ножи… тут же Иеро увидел затейливую солонку и несколько маленьких соусников. Подобное он видывал только в далекой южной республике Д'Алва, когда был супругом принцессы Лучар. На севере американского континента жизнь была намного проще. А здесь даже белоснежные льняные салфетки не были забыты — накрахмаленные, сложенные «уголком».

— А им? — Священник показал на окно, за которым находились его друзья. — Не забыли?

Лэльдо перевел его слова, женщина развела руками и что-то сказала. Иеро прислушался к его мыслям. А, вот оно что… никто не решается выйти во двор…

— Мы сами их покормим, — предложил он.

Через минуту они обо всем договорились, и священник с братом Лэльдо поспешили следом за женщиной через холл в узкий коридор, оттуда — на кухню, а уже из этой огромной полуподвальной кухни был выход во двор. У выхода стояли три большие ведра с чистой прохладной водой, лежали в огромных мисках куски сырого мяса и рыбы. Иеро усмехнулся. Конечно, Лэсе и Горму такое угощение вполне подходило. Но вот Клуц едва ли согласится жевать сырое мясо.

Через минуту-другую разобрались и с этим. Откуда местные повара раздобыли огромную охапку свежих душистых трав и большую корзину ягод — священника не интересовало. Он лишь проверил все это и убедился, что ни в травах, ни в ягодах нет ничего опасного или вредного. После этого они с эливенером вытащили весь припас во двор и предложили друзьям хорошенько закусить и набраться сил перед очередным побегом. А сами вернулись в свою спальню и принялись за ужин.

Еда удивила священника. Даже в южных странах американского континента он не видел ничего подобного, а уж о севере и говорить не приходилось. Под крышками таились длинные горячие трубочки, изготовленные из отличной белой муки, только что сваренные, а также жареные моллюски и какая-то небольшая птица с темным душистым мясом, тушенная в красном вине со множеством неизвестных Иеро специй. Еще на столике нашлось блюдо с фруктами и бутылка вина. Не обнаружив ничего, что могло бы угрожать их жизни или здоровью, путешественники взялись за еду, запивая ее легким светлым вином.

— Вкусно! — сообщил Иеро, прожевав кусок птичьего мяса.

— Да, — согласился брат Лэльдо, уминая за обе щеки трубочки из теста, политые красным жгучим соусом. — Еще и как! В жизни такого не пробовал! Если они все время так питаются, непонятно, почему они все такие тощие. Я бы обязательно растолстел.

— Я тоже, — признался священник.

Они съели подчистую все, что находилось на передвижном столике, и откинулись на мягкие высокие спинки резных стульев. Теперь им оставалось только дождаться темноты — и вперед!

Впрочем, сначала еще явился тот же мальчишка и укатил столик, а потом зашла женщина и приготовила гостям постели. Заодно она спросила, не хотят ли они выпить чаю или кофе. Что такое чай — американцы знали, но про кофе слышали впервые, и тут же решили отведать новый напиток.

Кофе был доставлен через несколько минут на расписном лаковом подносе. Женщина принесла его сама, не доверив мальчишке. Она поставила поднос с кофейником и чашками на столик у окна и ушла, пожелав гостям хорошо отдохнуть.

До темноты оставалось еще не меньше трех часов.

5

— Ну и как тебе этот кофе? — спросил священник, отставляя чашку с черным горьким напитком.

10
{"b":"10198","o":1}