ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Каким это — другим? — задал свой вопрос Клуц.

— Просто — другим. Ты сразу ощутишь это. Почувствуешь. Почуешь. Ошибиться невозможно. А за Стеной — древняя нечисть. Ей тысячи лет. Она всегда жила в словенских странах. А когда там не осталось людей — все эти страны стали принадлежать ей. Это все, что мне известно.

Американцы задумались. Похоже, побег из Рима — сущий пустяк по сравнению с тем, что ожидает их впереди…

12

До полудня оставалось около часа, когда дверь казармы распахнулась и на пороге появился офицер-римлянин. Перья, венчавшие его сверкающий шлем, мазнули по притолоке, и офицер чуть наклонился, входя, — видимо, боялся попортить свой изумительный наряд. Римлянин резко сказал:

— Пошли! — и тут же отступил вправо.

В казарму ввалились солдаты. Они храбро набросились на пленников. Медведь в одну секунду оказался опутан поперек тела железными цепями. Брату Лэльдо примотали руки к телу. Желтокожий Ринпо сохранил свободу движений, но рядом с ним все же постоянно держались два солдата, настороженно поглядывавшие на чужака. Не слишком-то ему здесь доверяют, подумал молодой американский эливенер, поглядывая на товарища по Братству Одиннадцатой Заповеди.

Невольных гладиаторов вывели на улицу и повели вдоль стены Колизея к ближайшим воротам. Точнее, это был высокий и широкий туннель, прорезавший насквозь это невероятное строение, называвшееся Колизеем или амфитеатром Флавиев. Брат Лэльдо и Горм в предшествовавшие часы занимались не только репетицией «боя» с братом Ринпо, но и выслушали массу важной и интересной информации о послеядерной истории вечного города. И знали, что Колизей, построенный почти точно по древним чертежам, — это, собственно говоря, стадион овальной формы, с шестью ярусами трибун. Внутрь стадиона вели сквозные проходы под трибунами, арки, украшенные с наружной и внутренней сторон мраморными колоннами. Брат Лэльдо, войдя в арку-туннель, с любопытством посмотрел вверх. Отличная кладка, подумал он, на американском континенте так не умеют — ни на севере, ни на юге. Ни арки, ни каменные купола и шатры не давались американским каменщикам. Впрочем, возможно, им просто не приходило в голову постараться как следует…

Но вот пленники очутились во внутреннем пространстве Колизея, и брат Лэльдо и медведь одновременно ахнули от изумления. Да, зрелище оказалось впечатляющим! Подобного строения даже брат Лэльдо вообразить не мог, не говоря уж о лесном жителе Горме.

Трибуны величавыми ярусами уходили вверх. Секторы разделялись широкими мраморными лестницами, ведущими, казалось, к самым облакам. Первый, второй и третий ярусы были украшены колоннами. Общая высота сооружения достигала, пожалуй, метров шестидесяти. Нижний ярус состоял из роскошных лож, явно предназначенных для особо знатных персон. А на самом верхнем даже простых скамеек не было — там зрителям приходилось стоять на ногах.

Пленников быстро провели вдоль лож до небольшой служебной двери у основания одной из лестниц. Они очутились в глубоком полуподвальном помещении. Там их ожидали те, в чьи обязанности входило придать выступавшим на арене бойцам надлежащий вид, — гримеры и костюмеры.

Пленников развязали. Солдаты окружили их, держа наготове копья с чрезвычайно острыми наконечниками, — и под бдительными взглядами воинов гримеры начали работу, явно опасаясь, что эти чужаки выкинут какой-нибудь неприятный фокус.

Но пленники и не думали оказывать сопротивление. Во-первых, не гримеры были виноваты в происходящем, а во-вторых, им и самим хотелось поскорее очутиться на арене — и сбежать наконец из этого проклятого вечного города. Поэтому и брат Лэльдо, и Горм всячески старались помочь тем людям, которые обязаны были привести в должный порядок внешность чужаков.

Прежде всего американского эливенера переодели. Ловкие руки сорвали с него бесформенную коричневую хламиду с большим капюшоном, — но никто не стал возражать, когда брат Лэльдо сказал, что должен забрать из карманов свои личные вещи. Ему даже выдали специальную поясную сумку, чтобы он мог сложить в нее свое немногочисленное имущество, — сумка была сшита из золотой парчи и затягивалась крученым алым шнуром. Затем с брата Лэльдо содрали его грубое льняное белье, и смущенный эливенер оказался совершенно нагим. Но уже в следующую секунду его облекли в новое исподнее — короткие обтягивающие трусики, вязанные из тонкой шелковой нити. А поверх них его бедра обвязали полосой белой ткани, обернув ее несколько раз вокруг тела брата Лэльдо. Ткань закрепили булавками, стянули поясом, подвесив на него блестящую сумку с добром эливенера, и дополнили наряд крепкими кожаными сандалиями с длинными ремешками, которые несколько раз обвились крест-накрест вокруг икр вновь испеченного гладиатора. Под коленями ремешки застегнули золочеными пряжками.

После этого мастера взялись за голову брата Лэльдо. Эливенера усадили в кресло с невысокой спинкой, и вокруг него захлопотал цирюльник. В одно мгновение длинные волосы брата Лэльдо были подрезаны так, что едва прикрывали уши, борода и усы, отросшие за последние дни, сбриты, а щеки ярко нарумянены. Американский эливенер только хмыкал, удивляясь тому, как ловко и быстро действовали римляне. Затем ему густо подкрасили брови, сделав их шире и чернее, наложили на губы толстый слой ярко-красной помады, на голову надели тонкий золотистый обруч — и дело было закончено.

Брат Лэльдо встал с кресла и оглядел себя в большом зеркале, стоявшем рядом со входной дверью. Да уж, подумал он, странновато я выгляжу. Даже немножко неприлично. Ну, это неважно.

Он обернулся, ища глазами Горма — и охнул от изумления. Над медведем тоже поработали мастера сцены. Его шерсть тщательно расчесали и смазали каким-то душистым маслом, так что она лежала гладко и блестела, — но при этом не тронули заплетенную на груди Горма косичку, под которой был спрятан экран ментальной защиты. Видимо, решили, что так будет интереснее. Когти медведя выкрасили в яркий красный цвет. А поперек его огромного туловища повязали широкий белый кушак, шелковый, с золотой нитью. На животе медведя кушак закололи большой золотой брошью.

Желтокожий Ринпо выглядел так же, как брат Лэльдо, только повязка на его бедрах была синей, чтобы зрители не перепутали, кто есть кто. Ринпо ведь должен был выступать как противник чужеземцев.

После этого всех троих быстро вывели из комнаты через другую дверь, они почти бегом миновали длинный подвальный коридор — а потом вышли в одну из входных арок Колизея, где их ожидал другой отряд воинов в роскошных одеяниях. Справа от них оказался выход в город, слева — выход на стадион. Со стадиона доносился гул. Трибуны уже наполнились зрителями.

Желтокожий эливенер заранее во всех подробностях рассказал брату Лэльдо и Горму план их спасения, и потому оба невольных гладиатора спокойно делали все, что от них требовали солдаты. Они знали, что момент еще не настал.

Американский эливенер и медведь отлично слышали, как загремели фанфары, загрохотали барабаны, как восторженно завопила толпа, приветствуя сенаторов, вошедших в Колизей через главную арку, — но их это совершенно не интересовало. Они просто спокойно ждали, сосредоточив свои умы на предстоящих действиях. И еще брат Лэльдо с небольшой долей сожаления думал о том, что бежать придется не в ту сторону, куда было бы им нужно, — потому что возле полусферы, прилетевшей с американского континента, римляне установили мощные защитные кордоны, поскольку римский Сенат уже успел постановить: направить в прозрачную чужеземную «клетку» ученых и разного рода специалистов и выяснить, как и почему она летает. Ничего, думал молодой эливенер, мы до нее все равно доберемся. Впрочем, кто знает, как повернутся события. Может быть, и пешком придется идти. До самых Гималаев. Конечно, это не одна сотня километров, но если не останется другого выхода — дойдем.

Правда, брата Лэльдо, как и Горма, слегка тревожило то, что единственным путем отступления оказался путь, ведущий к таинственной Стене, ограждающей земли нечисти… ну, может быть, эта нечисть не так уж и страшна. В любом случае она вряд ли могла быть страшнее монстров, населявших американский континент, — и тех, что возникли естественным образом, и тех, что были созданы по повелению Источника Зла, Безымянного Властителя…

26
{"b":"10198","o":1}