ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но в следующую минуту брат Лэльдо уже полностью вернул себе способность критически воспринимать реальность. Он понял, что лежит на спине, на чем-то достаточно мягком, хотя и неровном, а вокруг царит спокойная тишина. И, расслабившись и не открывая глаз, начал методически исследовать состояние собственного организма. Он отлично умел это делать, это было частью многочисленных знаний, переданных ему старыми наставниками, способными вылечить практически любую болезнь любого живого существа на планете.

К немалому удивлению эливенера оказалось, что ни одна из его костей не сломана. Болели только мышцы, растянутые в сумасшедшем водовороте, да многочисленные ушибы… даже мало-мальски серьезной царапины не нашлось на всем его теле.

Брат Лэльдо осторожно разлепил воспалившиеся веки и посмотрел прямо перед собой.

И ничего не увидел.

Сначала он испугался, решив, что ослеп, — но уже в следующую секунду понял, что это просто ночная тьма охватила его со всех сторон, густая и плотная, но спокойная, душистая, насыщенная теплом и шелестом листвы.

Эливенер попытался сосредоточиться, в надежде уловить волны мысли или инстинкты каких-нибудь живых существ, — но он был еще настолько слаб, что ум отказывался работать в полную силу. Тогда брат Лэльдо снова закрыл глаза и полностью расслабил все до единого мускулы, заставляя внутренние энергии тела ускорить кровообращение, и несколько раз глубоко вздохнул, насыщая кровь кислородом. Боль ослабла, но, конечно, не отпустила его полностью. До этого было еще далеко.

Но теперь он хотя бы мог собраться с силами для того, чтобы позвать друзей.

— Лэса! Малыш Дзз! — Эливенер чувствовал, что его зов слишком слаб, что его может услышать лишь тот, кто находится неподалеку, не дальше, чем в километре от него… но кто знает, вдруг остальные рядом?

Однако никто не откликнулся.

Брат Лэльдо немного подумал. Нет, решил он, молчание совсем не означает, что смерч разбросал их на огромной площади. Смерч — компактное явление… хотя, конечно, вихри в нем совершают вращательное движение, и тот, кто летит по касательной к спирали потоков, может залететь черт знает куда… но ведь его друзья могли еще и просто-напросто не очнуться! Нужно немного подождать. А пока заняться приведением себя в порядок.

Молодой эливенер с трудом подтянул ноги к животу, перевернулся на бок, встал на четвереньки. Голова отчаянно закружилась от такого усилия. Недавнее кислородное голодание продолжало сказываться. Брат Лэльдо проделал еще несколько дыхательных упражнений. Стало легче, перед глазами уже не вертелись огненные круги и искры.

Наконец, после нескольких минут отчаянных усилий, Лэльдо поднялся на ноги и слегка улыбнулся, представив, как бы все это выглядело со стороны: человек барахтается в траве, цепляясь за стебли ватными руками, а ноги подгибаются под ним, а туловище не в состоянии держаться прямо, потому что позвоночник стал похож на вареную итальянскую макаронину…

Присмотревшись к темноте, молодой эливенер обнаружил неподалеку дерево. Нужно было дойти до него, чтобы прислониться к стволу, и тогда уже можно будет заняться другими упражнениями, восстановить хотя бы отчасти силу мышц. А уж потом пошарить вокруг — может быть, найдется его заплечный мешок с целебными травами, или же прямо здесь, в лесу, удастся отыскать что-нибудь полезное для здоровья…

Путь до дерева, стоявшего не более чем в пятнадцати метрах от брата Лэльдо, занял едва ли не полчаса. Ноги отказывались повиноваться молодому эливенеру, чувствовавшему себя стариком лет пятисот от роду, не меньше. То и дело накатывала головная боль, заставлявшая брата Лэльдо стискивать зубы и замирать в неподвижности. К горлу подступала тошнота. Но эливенер все-таки добрался до дерева и с тихим стоном прислонился к стволу, всем телом впитывая живую энергию, сочащуюся сквозь толстую кору.

Минуты текли, брат Лэльдо чувствовал себя все увереннее, — и вдруг до него донеслось едва слышное мысленное послание:

— Эй… есть кто живой?

— Лэса! — Теперь уже мысленный крик эливенера прозвучал в полную мощь. — Лэса, милая! Где ты? Ты можешь дать пеленг?

Последовало долгое молчание. Брат Лэльдо терпеливо ждал, продолжая восстанавливать силы. Он понимал, что иир'ова, скорее всего, находится в таком же состоянии, в каком был он сам еще с час назад, и что ей нелегко собраться с мыслями. Но она уцелела, и это главное! Все остальное — сущая ерунда.

А если еще и малыш Дзз жив-здоров… ну, хотя бы относительно здоров.

— Малыш! — во всю силу мысли позвал брат Лэльдо. — Малыш! Откликнись!

Он подождал немного, потом повторил свой призыв. Но уроборос то ли еще не очнулся, то ли… нет, об этом брат Лэльдо даже думать не хотел. Все будет в порядке. Даже птенцы…

— Сиси! Мими! Додо! — принялся звать он.

И — о чудо! — до него почти сразу донесся слабый мысленный писк:

— Мама! Мама! Где ты? Нам страшно! Нам больно! Мама!..

Силы вернулись к брату Лэльдо в одно мгновение. Он оторвался от поддерживавшего его дерева и почти побежал на северо-запад, откуда пришел сигнал птенцов.

Темнота ничуть не мешала молодому эливенеру, он видел одинаково хорошо что при ясном свете дня, что во мраке ночи. Правда, у него отчаянно горели воспаленные веки, но зрение не пострадало, и брат Лэльдо уверенно огибал деревья и кусты, встававшие у него на пути. Его сердце разрывалось от жалости к беспомощным малышам, заброшенным смерчем в незнакомый лес. Глупые хищные детки остались одни, избитые ураганом, перепуганные, голодные…

И вот наконец он увидел их — распластавшихся на небольшой полянке. Птенцы хрипло стонали, едва заметно трепеща крыльями, вытянув длинные шеи, разинув клювы… У них не было сил даже на то, чтобы пошевелить лапами, но, как ни странно, их мысленные посылы звучали вполне отчетливо.

— Мама! Мама! — Первой заметила эливенера малышка Сиси. — Мама пришла…

— Мама! — вслед за ней забормотали мысленно Додо и Мими. — Мама… пить хочется… больно… мама, больно…

Брат Лэльдо присел рядом с птенцами на корточки и принялся осторожно ощупывать прохладные тела рептилий, одновременно переливая в них энергию. Маленькие ящеры запыхтели, подставляя бока под ладони эливенера. Брат Лэльдо почему-то даже не удивился, поняв, что и птенцы отделались легко. Ни единого перелома, даже перепонки широких кожистых крыльев были целехоньки! Что ж, значит, и о двоих друзьях особо тревожиться не стоит. Отлежатся — позовут.

— Мама, мама, — продолжали мысленно попискивать птенцы, — пить хочется…

— Потерпите, милые, воду еще найти надо, — ласково попросил хищных деток эливенер, вполне уже освоившийся с ролью мамы. — Потерпите чуть-чуть, все будет хорошо.

Продолжая поглаживать птенцов, он начал прислушиваться к лесу, принюхиваться к чистому воздуху… ему необходимо было отыскать воду. Как сожалел он сейчас о том, что рядом нет степной охотницы, способной учуять источник за пару километров! Или юного уробороса, которому не составило бы труда сканировать местность и найти ручеек или озеро.

— Лэса! — позвал он. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — внезапно откликнулась иир'ова. — Дай пеленг!

Брат Лэльдо до предела сузил мысленную волну и послал ее в ту сторону, откуда донеслись слова Лэсы.

— Взяла, — уверенно сообщила кошка. — Иду.

— Поищи воду, — попросил эливенер. — Птенцы чуть живы, их напоить надо. Не знаешь, где малыш? Я его звал, он не отвечает.

— Малыш со мной, — ответила иир'ова. — Но он еще не очнулся. Я несу его.

Ай да Лэса, подумал брат Лэльдо, ай да степная колдунья! Быстро же она справилась с потрясением! Сам-то он сейчас уж точно не смог бы тащить на себе уробороса, не такой уж Дзз был легкий. Ну, как бы то ни было, куда бы их ни занесло, пока что все складывается неплохо. Все живы, скоро соберутся вместе, а там уж подумают, что делать дальше.

Он снова занялся маленькими птервусами, успокаивая их, снимая боль с измочаленных тел, стараясь влить как можно больше энергии в несчастных деток. Потом, почувствовав, что его собственные силы, восстановившиеся далеко не полностью, начинают иссякать, он отошел к краю поляны и, выбрав дерево покрепче, обнял толстый ствол, прижавшись к нему телом и лбом. Древний, как мир, способ сработал и на этот раз. Эливенер глубоко вздохнул и вернулся в центр поляны.

13
{"b":"10199","o":1}