ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но следующие гости оказались не столь безобидными. Ими были змеи.

Нашествие змей пришлось отбивать не шутя. На борьбу с ними Аббатства бросили все наличные средства. Воинов-заклинателей вооружили специальными составами, оглушающими рептилий, — но эти травные сборы были рассчитаны на флегматичных северных змей, и слишком слабо действовали на их энергичных родственников с далекого юга. Каждый гражданин Отвианского Союза был вынужден сам защищать свой дом. Змеи катились волнами. Сначала хлынула разная мелочь — и ядовитая, и нет. Вокруг поселков были выставлены сотни ловушек, укреплены и проверены ограды — но все же змеи нет-нет, да и просачивались в дома. Несколько человек в поселке Центрального Аббатства погибли, случилось подобное и в других местах. Священники-целители не умели лечить укусы этих гадов, их яд сильно отличался от яда северных рептилий. А потом стало еще хуже… Следом за мелкими гадами пришли гады куда как более крупные. На севере никогда не видели ничего подобного. Из Тайга прямиком на поселки Республики Метс двигались яркие, сверкающие чешуей чудовища, самое маленькое из которых достигало в длину трех метров. Толстые, как бревна, тела скользили к неведомой цели, не сворачивая, не огибая препятствий… Они раздавили множество домов, смели со своего пути фруктовые и овощные деревья, сравняли с землей огороды, разрушили множество мостов через ручьи и реки… и сожрали всех, кто не успел убраться с их дороги. Им было все равно, кто попался им на обед: человек, овца, гусь или лорс. Да, некоторые из змей были настолько велики, что сумели проглотить молодых лорсов, которые как раз в то время сбросили рога. Но со взрослым лорсом даже этим чудищам, словно выскочившим из кошмарного сна, было не совладать.

За змеями явилась неисчислимая рать самых разнообразных тварей. И даже те из них, которые не были опасны сами по себе, поскольку ни на кого не нападали, стали немалой угрозой жителям севера из-за того, что их оказалось слишком много. В результате нашествия озимые посевы погибли, водоемы и колодцы оказались забитыми падалью, сады и огороды практически уничтожены.

Но самым непонятным оказалось то, что, достигнув определенной широты, все пришедшие с юга твари тут же поворачивали назад и отправлялись в обратный путь. И лишь немногие из них задержались в новых для них местах. За прошедший год охотники перебили практически всех нежелательных пришельцев. Лишь золотые жуки-скарабеи да огромные сизые дикобразы были сочтены вполне приемлемыми соседями.

Без дикобразов, конечно, северяне вполне могли обойтись, но тут в дело вмешались любимцы детворы всего севера — радужные ежики. Эти смешные зверьки, размером с голову взрослого мужчины, обладали длинными, сверкающими мягкими разноцветными иглами и отличным веселым характером. Радужные ежики не навязывались людям, но и не отвергали предложенную дружбу. Живя в лесу, они нередко заходили в поселки, с удовольствием принимали угощение и зачастую оставались жить в чьем-то огороде. По ночам они ловили мелких полосатых слизней и рогатых улиток, сражались с землеройками и красными мышами — извечными врагами всех огородников. При этом они никогда не трогали домашних муравьев и не крали перепелиные яйца. Если же парочка радужных ежиков осчастливливала чей-то дом, устроив где-нибудь под сараем гнездо, — то радости людям хватало надолго. Во-первых, радужные ежики считались зверями, приносящими удачу, а во-вторых, маленькие ежата были настолько хороши собой, что полюбоваться на них сбегались со всего поселка. И конечно, желающих взять на воспитание такую кроху было хоть отбавляй. Впрочем, когда малыши подрастали, большинство их снова возвращалось в лес, но они никогда не забывали тех, кто кормил их в детстве. Иеро и сам однажды вырастил радужного ежа.

И вот эти-то ежики по непонятной причине накрепко подружились с огромными сизыми дикобразами, явившимися с юга. Дикобразы были с виду совсем не такими безобидными, как радужные ежики, — их сизые, словно припорошенные инеем толстые жесткие иглы достигали в длину полутора метров и заканчивались остриями покрепче стальных. Когда дикобраз подозревал кого-то в дурных намерениях, он недолго думая выстреливал в предполагаемого обидчика иглой. Конечно, игла не могла пробить насквозь плотную кожаную или меховую одежду, но платье из простого холста от такой стрелы не защищало. Но со временем стало ясно, что дикобразы просто излишне пугливы, и если при них не кричать и не размахивать руками, они не станут открывать огонь. Дикобразы, решившие после великого нашествия поселиться на севере, устроили свои берлоги поблизости от водоемов — и обязательно рядом с гнездами радужных ежей. Точнее, прямо под гнездами ежей. И разорить жилище дикобраза было невозможно, не повредив старательно сплетенное из травы и мелких веточек гнездо радужного ежа, скрытое, как правило, в густом кустарнике. Когда же охотники обнаружили, что дикобразы питаются в основном всякой водной нечистью, то Совет Аббатств постановил: дикобразов всячески охранять, как одну из наиболее полезных для людей форм жизни. Кто еще мог бы в таком количестве ловить ядовитых жаб, озерных гадюк, молодых миног-удавов, шипастых окуней, выкапывать из прибрежного ила моллюсков, готовых острыми створками своих раковин отхватить ступню любому, кто окажется недостаточно осторожным? Однажды охотники видели даже, как два дикобраза одолели в жестоком бою трехметрового речного полоза — одного из самых опасных гадов северных рек.

Нашествие взбесившихся южан закончилось в мае, и жителям северных стран пришлось немало потрудиться, чтобы восстановить разрушенное. Конечно, им не впервые приходилось начинать все с начала. Так уж устроена жизнь — то ураган налетит, то реки вдруг выйдут из берегов, то засуха… Но деревья и кусты растут быстро, а запасы семян и саженцев в Аббатствах, похоже, бесконечны. И уже в середине июня поля, сады и огороды выглядели почти как прежде. Ну, разве что пальмы да яблони были не слишком высоки. Но плодов они принесли ничуть не меньше, чем всегда.

Люди надеялись, что такое больше не повторится.

Но вот теперь Иеро отчетливо видел блестящие ярко-коричневые тела гигантских термитов. Их было шесть.

— Это разведчики, — донеслось до мыслей Иеро сообщение Клуца. — Ну и муравьи! Очень большие!

— Да уж, — вслух пробормотал Иеро. — Не маленькие. Метра на полтора в длину потянут, не меньше. Что делать будем?

Долго размышлять об этом ему не пришлось.

Сзади ударила волна тупой злобы, и черный лорс прыгнул вперед и вправо, через довольно высокий колючий куст. Иеро, еще не успев толком рассмотреть противника, взмахнул тесаком — и опустил его прямо на огромный фасеточный глаз термита, выскочившего из-за ближайшей сосны. Глаз лопнул, голова чудовищного насекомого развалилась на две половины, — а Клуц уже нес своего всадника дальше, удирая от появившегося невесть откуда полчища ярких коричневых тварей.

— Надо же, как затаились! — передал Иеро лорсу. — Я их не почувствовал. А ты?

— Я тоже, — лорс сердито фыркнул, переходя с галопа на ровную иноходь и забирая на юго-запад, к дому. — Теперь будет, как год назад.

— Ну, не обязательно, — без особой уверенности предположил Иеро.

— Будет, будет, — упрямо повторил лорс. — Муравьи — гадость. Все сожрут.

В этом можно было не сомневаться. Что такое даже простые лесные муравьи-формика, отлично знал каждый житель лесов. Конечно, ростом формика не вышли, если сравнивать их с явившимися из южных далей термитами, их тела достигали в длину всего десяти-пятнадцати сантиметров, — однако в периоды миграций они съедали все на своем пути, оставляя там, где проходили их колонны, самую настоящую пустыню — ни травинки, ни листика. Остановить колонну муравьев можно было только огнем. Но без муравьев лес просто не смог бы существовать. Синие с желтыми крапинками на спинках муравьи поедали павших животных и птиц с такой скоростью, что не всегда и шакальим собакам что-то доставалось. А заодно муравьи уничтожали множество вредных насекомых. Когда несколько лет назад на северные леса напал гигантский сосновый шелкопряд, только благодаря формика удалось спасти леса от гибели.

3
{"b":"10201","o":1}