ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тихая сельская жизнь
Незнакомка, или Не читайте древний фолиант
Спецуха
Сердцеедка без опыта
Литерные дела Лубянки
Господарство Псковское
Илон Маск: изобретатель будущего
Книга челленджей. 60 программ, формирующих полезные привычки
Ужасная медицина. Как всего один хирург Викторианской эпохи кардинально изменил медицину и спас множество жизней
A
A

Например, он поразительно мягко реагировал на враждебные выпады своего брата Домициана, которому просто невтерпеж было дожидаться своей очереди на императорский трон и поэтому он вел себя в полном соответствии с теми чертами своего характера, которые снискали со временем всеобщую ненависть.

Умер Тит скоропостижно, внезапно заболев лихорадкой. Перед смертью он успел сказать, что лишается жизни безвинно, если не считать одного поступка… Далее он ничего не успел сказать, предоставив хронистам строить самые разнообразные догадки на этот счет. Некоторые выдвигали версию сексуального контакта с женой брата, но эта версия явно надумана, и прежде всего потому, что жена Домициана была шлюхой, с которой не имел сексуального контакта лишь какой-нибудь уж очень ленивый римский гражданин, так что если что-то такое имело место, то страшной тайной уж никак не могло являться, да и святотатством тоже.

Думается, гораздо более приемлема другая версия, согласно которой Тит глубоко страдал из-за разрыва с принцессой Береникой, из-за любви, которой ему пришлось пожертвовать во имя императорского сана…

КСТАТИ:

«Цезарю многое непозволительно именно потому, что ему дозволено все».

Луций Анней Сенека

Брат не оказал ему никаких посмертных почестей, кроме церемонии обожествления, да и то под давлением представителей буквально всех слоев римского общества.

Став императором, Домициан прежде всего начал самоутверждаться путем соблазнения жен римских аристократов. Затем этого ему показалось мало, и у Тацита мы читаем о его «постыдных и развратных похождениях». Светоний упоминал о его ежедневных соитиях, которые Домициан любил называть не иначе, как «постельной борьбой», о том, что он окружал себя проститутками самого низшего пошиба, а любимым его развлечением было вырывание лобковых волос у своих сексуальных партнерш.

У Светония встречается упоминание о том, что Домициан часто развлекался ловлей мух и прокалыванием их острием грифельной палочки. Такие действия — несомненное доказательство склонности к некрофилии.

Он был женат на шлюхе, к которой питал необычайную, какую-то патологическую сексуальную привязанность. После громкого скандала, увязанного с чересчур пылкой любовью к актеру Парису, Домициан развелся с нею, но очень скоро затосковал и якобы по требованию народа вернул грешницу в лоно августейшей семьи. Естественно, разлучник Парис был убит, да и не только он, а еще и его ученик, вся вина которого заключалась в том, что он имел несчастье быть похожим на своего учителя.

Домициан заигрывал со столичным плебсом, устраивая раздачи хлеба и денег, различных подарков, а также пышные зрелища, разумеется, кровавые, да еще и с участием гладиаторов-женщин.

М-да… чего не сделаешь для завоевания народной любви!

Не полагаясь, впрочем, на любовь плебса, Домициан на всякий случай значительно повысил жалованье военным. Отдавая себе отчет в том, что для завоевания популярности среди военных требуется хотя бы одна боевая победа, он организовал поход против якобы восставших хаттов, живших между Рейном и Дунаем. Передвигался он в этом походе преимущественно на носилках (да, это не Юлий Цезарь!). Как утверждают хронисты, никакого сражения с хаттами не было, но в Риме был устроен пышный триумф. По словам Тацита, роль пленных хаттов в этом триумфе исполняли подкупленные римские люмпены, что весьма вероятно.

К числу позитивных деяний Домициана следует отнести восстановительные работы после пожара 80 года и сооружение великолепного дворцового комплекса на Палатинском холме.

Правда, при этом он приказывал везде, где можно (да и где нельзя тоже), ставить в его честь золотые и серебряные статуи, причем сам назначал их вес.

Казну он истощил окончательно, но жить хотелось широко и красиво (по его представлениям), поэтому резко возросли налоги, начались поборы, конфискации и репрессии. Самые богатые из сенаторов были объявлены оппозиционерами и казнены, разумеется, с конфискацией имущества.

Налог с иудеев был повышен и взыскивался с особой строгостью, даже с тех, кто не придерживался иудейского образа жизни. Светоний упоминает о том, как среди многолюдного собрания прокуратор осматривал девяностолетнего старика, чтобы проверить, не обрезан ли он.

А во всех кварталах Рима спешно сооружались триумфальные арки с именем Домициана. Что говорить, если месяц октябрь был переименован в месяц Домициан, а сентябрь — в Германик (прозвище, которое император себе присвоил)… Он присвоил также названия «господин и бог», так что отныне к нему должны были обращаться только так.

Из Рима и Италии были изгнаны все философы.

Историка Гермогена Тарсийского Домициан казнил за некоторые «намеки», которые он якобы позволил себе в своем сочинении. Разумеется, это сочинение было уничтожено, а переписчики распяты на крестах.

Были изгнаны все иудеи и христиане, а за ними вообще все, кого доносчики (полуграмотные, понятное дело) определяли как потенциальных оппонентов. Чистки проводились весьма тщательно, и если совсем недавно богатых налогоплательщиков оберегали как кур, несущих золотые яйца, то теперь их убивали, потому что воцарился принцип «Все и сразу!», тот самый, который так популярен среди молодежи начала XXI века.

Такой принцип, правда, резко и неумолимо приближает финиш жизненного пути, но кто об этом думает в состоянии эйфории штурма, а если ж думает, то лишь в плане: «Гуляйте, блохи, завтра в баню!»

«Баня» Домициана стремительно приближалась, и это приближение ускорялось репрессиями, которые быстро превратились в волну террора, и военными неудачами в Дакийском царстве и в Британии, и бесчестными поступками «господина и бога», и бездумностью преобразований, короче говоря, всеми реалиями римского бытия, связанными так или иначе с именем Домициана!

И вот настал день, когда «баня» приблизилась вплотную, причем и в переносном, и в прямом смыслах. Домициан направлялся в баню, когда ему сообщили, что какой-то человек хочет сообщить нечто важное. Он вернулся в спальню, где и был заколот кинжалами заговорщиков.

Граждане Рима ликовали, люмпены недовольно ворчали, а военные несколько дней негодовали, но вскоре забыли, по поводу чего негодовали…

КСТАТИ:

«Stat sua cuique dies». Vergilius («Каждого ожидает его день». Вергилий)

Да, каждому свой день, но почему-то эти дни уж очень схожи если не у всех, то у громадного большинства субъектов, обладавших титулом Императора, у психопатов, тиранов, извращенцев и т.п.

Император Траян запомнился Истории как страстный любитель мальчиков и содержатель мужского борделя, из которого в свое время буквально не вылезал его преемник, император Адриан, оставивший по себе память прежде всего как гомосексуалист-насильник.

Но в кровавой суматохе этих же самых дней вспыхивали подлинные звезды Истории, негасимый свет которых озаряет и наши дни, не менее кровавые, пожалуй, а то, что не менее извращенные, это уж точно…

Философ Эпиктет (ок. 50—135 гг.), стоик, мудрец, бывший раб некоего Эпафродита, телохранителя Нерона. Между прочим, этот Эпафродит как-то сломал ему ногу — просто так, проверяя, насколько терпелив его юный раб.

Когда же пришедший к власти Домициан казнил Эпафродита как бывшего приближенного Нерона, Эпиктет получил свободу и начал вести нищенскую жизнь киника. Все его имущество состояло из соломенной подстилки, деревянной скамейки и глиняной лампы, которая после смерти философа была продана на аукционе за деньги, эквивалентные 13 килограммам серебра.

Его мудрость дожила до нашего времени в изложении ученика и почитателя Эпиктета, греческого писателя Флавия Арриана.

Программное изречение Эпиктета: «Людей мучают не вещи, а представления о них». Эти слова впоследствии были начертаны на потолке библиотеки французского философа Мишеля де Монтеня.

95
{"b":"10205","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Луч
Точка наслаждения. Ключ к женскому оргазму
Мой неверный однолюб
Человек цифровой. Четвертая революция в истории человечества, которая затронет каждого
Как стать лидером на работе и всем нравиться
Взлет Роя
Будни анестезиолога
Замуж срочно!
Метро 2035: Бег по краю