ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

История заточения Казановы и бегства из тюрьмы является одним из популярнейших эпизодов его мемуаров, который сам по себе — бестселлер, переведенный на все европейские языки.

Казанове не откажешь ни в уме, ни в личном мужестве, ни в разносторонних способностях, которые позволяют говорить о нем как о поистине незаурядном человеке.

Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 2 - t274.jpg

У камина. Неизвестный художник

И совсем иное впечатление оставил о себе у мадам Клио его современник, которого тоже принято называть «королем авантюристов», но по сути своего характера и поступков этот человек не авантюрист, а скорее аферист, что уж никак не одно и то же.

Речь идет о некоем Джузеппе Бальзамо (1743—1795 гг.), более известном под именем графа Калиостро.

Он родился в семье мелкого торговца Бальзамо, с горем пополам окончил семинарию, затем бросил духовную карьеру и начал колесить по свету в роли графа Калиостро — мага, волшебника, целителя и вообще благодетеля человечества.

Нечего и говорить о том, что творимые им «чудеса» были чистой воды шарлатанством, и лишь блестящая интуиция подсказывала «графу», когда наступала пора уносить ноги из «облагодетельствованного» им того или иного города.

Как правило, он облюбовывал города, где были масонские ложи. Представляясь в качестве масона высшего ранга, Калиостро извлекал немало пользы из этого имиджа, степень подлинности которого проверить было довольно сложно по тем временам. В России его ждал подлинный триумф. Высшее общество Санкт-Петербурга только и говорило о «полковнике испанской армии» (так он представился), который является «магистром таинственных сил», целителем, магом, алхимиком и вообще человеком, обладающим сверхъестественными способностями.

Популярность Калиостро была так велика, то даже авторитетное сообщение испанского посланника о том, что никакого графа Калиостро в испанской армии не существует, не возымело никакого действия. Князь Потемкин объявил себя почитателем и покровителем этого «гостя столицы».

Однако все рано или поздно расставляется по должным местам. Петербуржцы уже не могли закрывать глаза на то, что драгоценные камни, взятые графом Калиостро для наращивания их объема, возвратились к своим владельцам действительно увеличенные, но с явными изменениями молекулярной структуры, то есть в виде простых стекляшек. А взяв у одной безутешной матери ее младенца для оперативного лечения, «магистр» вернул ей здорового ребенка, но совсем не ее сына… Лекарства, продаваемые «целителем», оказывались опасной для жизни шарлатанской подделкой и т.д.

Калиостро был выдворен из российской столицы.

Он приезжает в Париж, где участвует в грандиозном и наглом обмане, известном под названием «Ожерелье королевы», когда группа мошенников от имени Марии Антуанетты получила у придворных ювелиров драгоценность стоимостью в 1 600 000 франков и распорядилась полученным по своему усмотрению.

Далее данные расходятся. Согласно одним из них, Калиостро был освобожден от всех обвинений по этому громкому делу, но есть и другие, согласно которым он все-таки провел три года за решеткой, затем был освобожден и выслан за пределы Франции.

В Англии его «раскусили» достаточно быстро, и Калиостро перебирается в Швейцарию, где предлагает обалдевшим от его учености властям проект растопления горных ледников при помощи соли и уксуса с целью добычи таящихся под ледяным гнетом несметных залежей золота и серебра.

Далее Калиостро направился в Австрию, но тамошние власти уже были осведомлены о «магистре таинственных сил», и его пребывание там было весьма недолгим.

И вот он едет в Рим, где приходит на поклон к отцам католицизма, кается в своей ереси и обещает впредь никогда… Собственно, что — «никогда»? То, чем он занимался всю свою сознательную жизнь, было тем, что перечислялось после слова «никогда», было сутью его жизни, и от этого никуда не уйдешь…

Вскоре он взялся за старое, был в 1789 году осужден Трибуналом инквизиции за ересь, колдовство, масонство и прочие «художества», заключен в крепость Святого Ангела, где провел около пяти лет и где отошел в мир иной…

КСТАТИ:

«Все народы питают тайную симпатию к своей нечистой силе».

Самюэль Батлер

В принципе, конечно, Калиостро был всего лишь средней руки мошенником, его известность обязана своим происхождением прежде всего ограниченности окружавших его людей, не более того.

Иное впечатление производит еще один авантюрист XVIII века, известный под именем графа де Сен-Жермена. Его биография окутана непроницаемой тайной, и поэтому никто не знает ни даты его рождения, ни иных фактов биографии этого загадочного человека, которого с почетом принимали в лучших домах Парижа середины xviii столетия. Он отличался изысканностью манер, глубокой эрудицией и каким-то особым, каким-то непосредственным знанием Истории. По его случайно оброненным замечаниям можно было сделать достаточно уверенный вывод о том, что этот человек лично знал Платона и Александра Македонского, беседовал с Юлием Цезарем и Понтием Пилатом.

Он никогда не утверждал, будто бы живет на свете уже много столетий, но и не отрицал этого, когда ему об этом говорили. Что ж, пусть говорят…

Ходили слухи, что ему известен эликсир бессмертия, основанные, правда, лишь на том, что Сен-Жермен никогда не ел в присутствии кого бы то ни было.

Известно было, что до того как приехать в Париж, он жил под разными именами в Англии, Голландии и Италии.

Известно и то, что граф Калиостро на допросах в Трибунале инквизиции указывал на Сен-Жермена как на закоренелого алхимика, которого тоже не мешало бы допросить кое о чем…

В Париже ему покровительствовали Людовик XV и маркиза де Помпадур, однако покидал он Францию довольно поспешно, как поговаривали, вследствие обвинения в шпионаже.

Далее — Голландия, Россия, где он был известен под именем генерала Вельдана, немецкие княжества, знавшие этого человека как принца Ракоци.

Затем он едет в Голштинию, где несколько лет живет уединенно в своем замке.

А далее — сведения о том, что граф Сен-Жермен скончался в 1784 году в своем голштинском имении.

Но вот незадача: на местном кладбище не нашли его могилы.

А год спустя в Париже состоялась встреча франкмасонов, и в списке присутствующих был он, граф де Сен-Жермен.

Королева Мария Антуанетта незадолго до казни писала в своем дневнике о том, что в 1788 (!) году Сен-Жермен предупреждал ее о грядущей революции и предсказал все связанные с нею ужасы…

КСТАТИ:

«Слабая память поколений закрепляет легенды».

Станислав Ежи Лец

Не только слабая память поколений, но и, пожалуй, извечное стремление выдавать желаемое за действительное. Хотя… кто возьмет на себя смелость установить пограничный столб между этими двумя понятиями? Установить-то не проблема, только вот где именно…

В 1772 году Париж заговорил о красивой и молодой даме, которая вначале представлялась княжной Владимирской, а затем — княжной Таракановой, родной дочерью покойной императрицы Елизаветы Петровны и ее морганатического супруга графа Алексея Разумовского, внучкой Петра Первого.

В то время Россией правила Екатерина Вторая, и легитимность этого правления была в глазах всего Старого Света весьма и весьма сомнительной.

Тем более после фактически организованного ею убийства законного российского государя Петра III.

И вот возникает гораздо более легитимная претендентка на российский престол, если, конечно, она действительно дочь Елизаветы и Разумовского.

А если даже и нет, игра все равно стоит свеч. Княжна Тараканова в подтверждение законности своих претензий предъявляла сомневающимся бумагу с печатью Российской империи, где рукой Елизаветы Петровны (вероятно) было написано черным по белому, что все права на трон она передает своей дочери — княжне Таракановой.

76
{"b":"10206","o":1}