ЛитМир - Электронная Библиотека

Олег с негодованием обернулся и увидел давешних иностранцев.

– Пустите, мне не до вас! – рявкнул он не очень вежливо, и пнул ногой пытающегося встать противника.

– Драка не есть корошо, – назидательно сказал толстяк, продолжая держать Олега за рукав. – Ви нарушайт орднунг[36].

– Да пошел ты… со своим орднунгом, фашистская морда! – взъярился Олег. – Убери свои грабли, фриц хренов!

– Ругань вам совсем не к лицу, Олег Ильич, – вдруг на совершенно чистом русском языке сказал толстяк. – Как же так: интеллигент, дворянин – белая кость, голубая кровь… А ведете себя, простите, словно какой-нибудь биндюжник.

Ошеломленный художник остолбенел. Кто эти двое?! Шпионы! Точно – они. Но откуда им известно его имя-отчество? Понятно, откуда – следили… За ним следили! И хотят завербовать! Надо срочно…

Что нужно делать в такой ситуации, притом срочно, Олег додумать не успел. Сбоку безмолвной тенью возник жердяй и, не говоря ни слова, коротким замахом сбил художника с ног. Удар жестким, словно железным кулаком был настолько силен, что Олег мгновенно потерял сознание.

Глава 10

Очнулся он от гомона. Открыв глаза, Олег увидел, что лежит на широкой скамье в какой-то клетке. И он в этом узилище был не один – несколько мужчин весьма специфической наружности, смахивающие на бродяг, сбившись в один угол, что-то горячо обсуждали.

Кряхтя, Олег сел. Голова гудела как барабан. Художник ощупал ее и, убедившись, что она цела, надел пиджак, который чья-то заботливая душа подложила ему вместо подушки.

– А, оклемался, соколик! – раздался рядом чей-то веселый голос. – Ну ты вчера и оторвался. На всю катушку. Завидую…

Олег с усилием обернулся и увидел курносого мужика, который приветливо улыбался щербатым ртом. У него был не рот, а почтовый ящик – от уха до уха. Одет он был в рванину, кроме совсем новой – с иголочки – куртки.

Увидев, что Олег сосредоточил взгляд на куртке, мужик не без хвастовства спросил:

– Как тебе мой прикид? Сэконд хэнд помогал разгружать, дали… с барского плеча… гы-гы. Есть и штаны, только они великоваты. Надо бы ушить, но с баблом напряженка. А модистка задаром даже пальцем не шевельнет, хоть и знакомая.

– Где мы?

– Не узнаешь?

– Нет.

– Да-а, крепко тебя застолбило… Это же районный «обезьянник». Можно сказать, наш родной дом. Менты и подберут, и обогреют… и обдерут, как липку. Что поделаешь, на то и власть. Теперь вспомнил?

Похоже, мужик принимал Олега за своего.

– М-м… В общем, да… узнаю.

– Ну наконец-то! – почему обрадовался сокамерник. – Меня все кличут Щеглом. Будем знакомы.

– Будем. Олег… – Художник посмотрел на запястье левой руки и опешил – часы исчезли.

Наверное, в драке потерял, вспомнил он свое приключение возле «Олимпа». И тут же в голову пришла другая мысль: «Или менты прикарманили». Часы у него быль хоть и старенькие, но швейцарские, именные, подарок деда. Поэтому пропажа очень огорчила Олега.

– Который час? – спросил он Щегла.

– Что, твои котлы тю-тю, помахали крылышками? Гы-гы… Бывает. А час уже шестой. Утро. Скоро придет начальство и начнется перекличка. Кого выпустят, а кто дальше продолжит тереть нары, только в СИЗО.

Компания в «обезьяннике» собралась разношерстная. Были здесь и «приличные» люди (если судить по одежде), и откровенная босота, и бомжи вроде Щегла. Большинство из них попало в клетку на хорошем подпитии, поэтому воздух в «обезьяннике» был до предела насыщен винными парами.

– Я что, был без сознания? – Олег пощупал шишку на голове, которая отозвалась глухой болью.

Да, у жердяя рычаги будь здоров… И удар был вполне профессиональным.

Несмотря на происхождение, Олегу часто приходилось драться, особенно в школьные годы. Так что он не был маменьким сынком и удар держать умел.

Но на этот раз его свалили, как быка на бойне. «Вот уроды!» – злобно подумал Олег, вспомнив, как иностранцы в баре разыграли перед ним целый спектакль.

– Не то слово. Как мертвец. Хотели даже врача звать. Но потом плеснули на тебя холодной водой, ты застонал, тут все и успокоились. Живой, значит. Раньше нас в вытрезвитель доставляли, но теперь он закрыт. Денег у власти не хватает… гы-гы.

Олег промолчал. Ему хотелось пить, но он не решился попросить воды у дежурного, который сидел за столом и читал какую-то книгу. Еще разозлится, что его оторвали от столь важного и приятного занятия, и тогда шишкой не обойдешься. По рассказам знакомых, художник хорошо знал нравы, царившие в райотделах милиции.

«Обезьянник» представлял собой просторную квадратную камеру, одна сторона которой была зарешечена. Как в Америке, с горечью подумал Олег. Хоть по этому пункту уже догнали Запад…

Олега вызвали ближе к девяти часам утра. В камере уже осталось всего ничего – три человека. Остальных – в том числе и Щегла – выпустили, а кое-кого увез «воронок».

– Фамилия, имя, отчество? – сухо спросил пожилой майор, посмотрев на Олега как на пустое место.

– Радлов Олег Ильич, – сдержано ответил художник.

– Адрес?…

Олег продиктовал.

– Род занятий?… Где работаете?… Судимости?…

«Вот и я удостоился быть замеченным нашим государство, – не без иронии думал Олег, наблюдая за собой как бы со стороны. – Наконец-то. Так и живем: кому медали, лауреатские почести и солидный счет в банке, а кому – нары или черный хлеб, на который еще нужно заработать…»

– Что же вы так… гражданин Радлов? – сказал майор, закончив формальности. – Нехорошо.

– Виноват. Выпил лишку… Это со мной такое случилось первый раз. И надеюсь, последний.

– Я не об этом. Выпить не грех. Только меру надо знать. Вот лежит рапорт милицейского наряда, который вас задержал. Сначала вы, покинув ресторан, ни за что избили прохожего, затем подрались с иностранцам. И все же, это еще полбеды. Но оказывается, что при задержании вы оказали сопротивление сотрудникам внутренних дел. А это уже совсем другая статья.

«Пропал… – мелькнула в голове Олега нехорошая мысль. – Посадят… если не заплачу. Мент намекает именно на это. Но где взять деньги? У кого?»

– Сколько?… – спросил он прямо, с вызовом посмотрев на майора.

– До трех лет, – ответил тот, будто не понимая, о чем идет речь.

– Сколько я вам должен? – бухнул напрямик Олег.

– Вы предлагаете мне взятку?

– Нет. Всего лишь хочу оплатить услуги, связанные с неудобствами, которые я причинил милиции.

– Эк вы загнули… – Майор ухмыльнулся. – Сразу видно хорошо образованного человека. Мне ваши деньги не нужны. Мы взяток не берем. Кгм!… Кх, кх!…

Последняя фраза в устах майора прозвучала настолько фальшиво, что он сам это понял и от неловкости поперхнулся. А затем сказал, пряча глаза:

– Благодарите ваших друзей. У вас, оказывается, хорошие связи… Вы свободны, Олег Ильич. И старайтесь больше не попадать в такие ситуации. Вам просто повезло, что в наряде были хорошие ребята. Вы понимаете, о чем я?

– Понимаю. Передайте им мою благодарность и самые искренние извинения.

Олег сразу понял, что имел ввиду майор. Обычно при сопротивлении менты не шибко церемонятся. И то, что он отделался лишь одной шишкой, да и ту получил от длинного иностранца, можно было считать большим везением.

– Передам, – ответил майор, немного оттаивая. – Кстати, вот ваши вещи.

Он пододвинул к Олегу картонную коробку с невысокими бортиками. Быстро рассовав свой «скарб» по карманам, он немного растерянно спросил:

– Извините… но здесь нет моих наручных часов.

– Во время задержания у вас не было их, – сухо ответил майор.

– Наверное, забыл надеть, – соврал Олег.

Ему совсем не улыбалась перспектива покачать права; не ровен час, запихнут обратно в «обезьянник», чтобы не выпендривался, и доказывай потом, что не имеешь никакого отношения, например, к торговле наркотиками, которые вдруг как по волшебству оказались в твоем кармане.

вернуться

36

Орднунг – порядок (нем.)

24
{"b":"10209","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Красная угроза
Потерять и обрести
Золото Аида
Пленительная невинность
Молчание сердца. Учение о просветлении и избавлении от страданий
Орел на снегу
Сочувствующий
Сториномика. Маркетинг, основанный на историях, в пострекламном мире
Кулинарная кругосветка. Любимые рецепты со всего мира