ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Испугались все, что и неудивительно. Ведь мачете – чересчур слабое оружие. Особенно в руках тех, кто не имеет понятия, как с ним обращаться.

А кудрявый «херувим» вообще оцепенел, превратившись в одушевленный столб. Его молчаливость объяснялась только одним – все это время он пребывал в состоянии вялотекущего ужаса, который напрочь замкнул голосовые связки и очистил голову до космической пустоты.

Он принадлежал к тому типу людей, которые покорно сдаются на милость судьбы и умирают задолго до своей смерти, даже не помышляя о сопротивлении.

Глава 9

Кому взбрело в голову – отцу или матери – назвать его Люцианом, он так и не узнал. Престарелые родители, рафинированные интеллигенты, померли раньше, чем он начал задаваться таким вопросом. С десяти лет его воспитывала одинокая тетка, младшая сестра матери, отличающаяся пуританскими взглядами на жизнь.

Еще в школе имя приобрело множественность. Как только его не называли: Люцик, Лютик, Лука, Лукьян, Люк, Лучано, Люсьен…

В общем, одноклассники изощрялись кто во что горазд. Тем более, что он, будучи от природы смирным, а затем и благовоспитанным мальчиком, никогда не снисходил до мальчишеских разборок с применением силы.

В конце концов он просто возненавидел своих усопших родителей. Однажды в отчаянии он даже попытался изменить имя в официальном порядке. Но из этой затеи ничего не вышло. Нужны были деньги, а их-то как раз и не хватало.

Первый раз Люциан, которого дома звали Лютиком, надел на себя женские одежды в шестом классе – когда властно зазвучал голос плоти. Натянув на себя теткины шмотки – лифчик, трусики и прозрачную комбинацию – и посмотревшись в зеркало, он вдруг почувствовал, что с ним творится нечто непонятное.

Ему вдруг стало хорошо; так хорошо, как никогда не было прежде. Томление в груди постепенно опустилось в низ живота, и испуганный от незнакомых ощущений Люциан впервые изведал самопроизвольный оргазм.

Испуг прошел быстро, а на смену ему явилось отвращение. Он с яростью сорвал с себя теткино белье и выбросил в мусоропровод. В этот момент Лютик стыдился себя и ненавидел лютой ненавистью…

Прошли годы. Люциан закончил институт и стал искусствоведом. Начались новые времена – продолжение перестройки, именуемое демократией. Лютик приобрел вальяжность, красноречие и даже некоторую известность. Несколько раз его даже показывали по Центральному телевидению.

Теперь он жил один. Тетка умерла, оставив ему в наследство неухоженную квартиру родителей, которая ремонтировалась в последний раз лет двадцать назад, и четырех кошек.

От них он избавился на следующий день после похорон. Люциан ненавидел кошачью семейку. Ему казалось, что их квартира пропитана запахами кошачьего дерьма.

Но с теткой он боялся конфликтовать, а потому долгие годы терпел ее чудачества, никогда не упуская момента в отсутствие своей родственницы пнуть ногой кого-нибудь из ее любимцев.

Кошки отвечали Лютику взаимной неприязнью. Эти твари не только больно царапали исподтишка голые ноги, когда он завтракал или ужинал на кухне, но еще и демонстративно гадили в его кабинете, стараясь оставлять свои кучки не где-нибудь в углу, а прямо возле письменного стола.

Люциан просто вышвырнул кошек вон. Они были породистые и стоили немалых денег. Но мстительный Лютик хотел, чтобы вместо дорогого «Вискаса» кошки жрали отбросы на помойках. Когда была жива тетка, они даже «докторской» колбасой брезговали.

Так он остался без родни и без домохозяйки, которая обстирывала его и готовила еду. Сие обстоятельство совсем выбило Лютика из колеи. Единственное, что он умел делать по хозяйству, так это жарить яичницу, и то она у него почти всегда подгорала.

Люциан был видным парнем, а потому многие девушки хотели бы с ним встречаться. И даже с продолжением, вплоть до брачных уз. Но с некоторых пор он вообще стал равнодушным к женскому полу.

Когда тетка отправилась на погост, Лютик снова начал примерять на себя ее одежду. Теперь стесняться было некого, и он часами бродил по квартире в женском платье, чувствуя какую-то приподнятость и легкость во всем теле.

Увы, той приятности, что с ним случилась в первый раз, Люциан при помощи воображения и зеркала добиться больше не мог. Это его здорово угнетало, ведь в принципе он был вполне здоровым молодым человеком, правда, с некоторыми отклонениями. Всего лишь.

Ночами, а в особенности утром Лютик не находил себе места на своей холостяцкой постели от желания, переполнявшего его чресла. Иногда он просто с ума сходил от разных эротических видений. Это было настолько невыносимо, что он бился в истерике и плакал навзрыд.

Все случилось просто и легко. Он даже сам не ожидал, что так будет.

Однажды его пригласили на какой-то междусобойчик артисты балета. Он иногда писал о них статьи в газеты. После сабантуя его зазвал домой один знакомый, который тоже был холостяком.

Они здорово набрались, поэтому Люциан сначала не сообразил, к чему клонит его приятель. Ну а потом уже было поздно что-либо предпринимать…

С артистом Лютик встречался больше года, пока тот к нему не охладел. Это стало большим ударом для Люциана. И не найди он спустя две недели после разрыва отношений с ветреным балеруном другого, более достойного партнера, все могло бы закончиться весьма печально. Люциан даже намеревался вскрыть вены…

Время шло, и Люциан нес больше и больше залезал в долги. Раньше к его зарплате была хорошая добавка в виде теткиной персональной пенсии, а теперь тех мизерных грошей, что он получал, едва хватало на еду. Даже за квартиру заплатить было нечем; не на что было купить и билет на какое-нибудь престижное представление, не говоря уже про обновление гардероба.

Совсем отчаявшийся Лютик как-то попросил совета у своего шефа, что ему делать дальше. (Он уже знал, что его шеф, мягко говоря, страдает целой обоймой сексуальных отклонений, в том числе и педофилией.)

Тот долго смотрел на него оценивающим взглядом, задумчиво потирая холеной узкой рукой слегка припудренные щеки, а потом сказал: «Я познакомлю тебя с одним человеком. Только смотри не подведи меня…»

Человек, которому шеф рекомендовал Лютика, был и впрямь золотым дном. Он платил за интимные услуги не скупясь, и вскоре Люциан зажил на широкую ногу. Он даже подумывал, а не купить ли ему подержанный импортный автомобиль подороже (у него был «фольксваген») – финансы позволяли.

Но вскоре пришла беда: его любовника, важную шишку в каком-то госучреждении, расстрелял в подъезде собственного дома наемный убийца. Хорошо, что Люциан в тот день немного приболел и не пошел к нему на свидание. Иначе он как раз угодил бы под раздачу свинцового гороха.

Накопления исчезали со скоростью тающего апрельского снега. И снова Лютик очутился на мели. Теперь на шефа надежд не было, так как тот угодил в сумасшедший дом – похоже, расплата за нетрадиционные сексуальные наклонности настигла его раньше, чем он думал.

Помыкавшись без денег и без работы (когда не стало шефа, отдел Люциана упразднили), он наконец решился и дал объявление в газету. И пошел Луциа по рукам. Правда, теперь его в определенных кругах кликали Люсиком…

Люсика взяли прямо из-под крутого клиента, которому без лишних слов прострелили голову из бесшумного пистолета. Обезумев от страха, он ждал, что и ему уготована такая же участь.

Но его заставили одеться и куда-то повезли в закрытом фургоне. Ехали недолго. Когда прибыли на место, Люсик уже вообще ничего не соображал. Он превратился в безвольное и бессловесное существо, лишь внешне похожее на человека.

Когда его вытаскивали из фургона, он лишь тупо мычал и пускал слюни. Похоже, его состояние беспокоило похитителей, потому что они, не стесняясь присутствия подопытного кролика в лице Люсика, вели разговоры о замене «объекта».

Как должна была осуществиться эта «замена», Люсик понял даже в состоянии почти полной невменяемости. И сумел взять себя в руки. Он очень хотел жить…

9
{"b":"10210","o":1}