ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 7

Вышел я из своего сомнамбулического состояния от вопроса, заданного Лехой на повышенных тонах:

– Ник! Ты что, уснул!?

– А? Чего?

Я уставился на него, бессмысленно хлопая ресницами.

– Тебе это не интересно? – с легкой обидой спросил Леха.

– Извини… задумался.

– О чем, если не секрет?

– Да так…

– Понял, – сказал Леха, и без всякого перехода доложил: – У Князя были «гости»,

– И как обычно у них вышел облом…

– А вот и не угадал. На этот раз, похоже, работали спецы высочайшей «квалификации». Сигнализацию отключили, в квартиру вошли, что называется, без шума и пыли. Все сходятся во мнении, что воры не местные. Ни следочка.

– Что с коллекцией Князя? – Я даже подпрыгивал на стуле от возбуждения.

У Князя было уникальное собрание монет, это все знали, а некоторые и видели, в том числе и я. Поскольку ему уже стукнуло ой-ей столько, то я (и все мои коллеги) давно ждали, что престарелый Князь вот-вот начнет распродажу своих сокровищ. Или хотя бы их части.

Ведь жить на что-то надо. К тому же Князю может понадобиться сиделка, а это отнюдь не дешевое удовольствие. (Надо сказать, что Князь вообще был уникальным человеком по части больнички – он хворал очень редко и практически никогда не пользовался услугами аптеки, потому что лечился собственноручно собранными травками). А там врачи, дорогие импортные лекарства, возможно, сложная операция, что тоже влетает в копеечку…

Короче говоря, такие дурные мысли были в головах у многих членов нашего клуба. Когда Князь входил в помещение, где мы обычно толковали о своих делах, все вдруг умолкали и пристально вглядывались в патриарха городских нумизматов – как он ходит, как говорит, как выглядит, не подтачивает ли его какая болезнь…

Но Дед держался стойко, как тот сказочный оловянный солдатик. Годы высушили его до состояния ходячей мумии, однако скрипа в костях никто не слышал. Так что надежды нумизматов прильнуть в скором времени к благодатному источнику пока оставались призрачными.

А теперь, кажется, и вовсе превратилась в пыль… Какая же сволочь это спроворила!?

– Коллекция цела! – торжественно объявил Леха.

– Да ну! Не ври.

– Зуб даю. В квартире все перевернуто, но не пропала ни одна монета. Правда, деньги воры забрали. Князь заявил ментам, что у него тиснули пять «штук» зеленью. Но для деда это семечки.

– Странно… У него ведь и золотые монеты есть. Притом много.

– Хе-хе… Дед хитер. Все самое ценное он держит в сейфе. И как раз сейф воры вскрыть не сумели. Повезло Князю…

– То, что коллекцию решили не брать, в какой-то мере понятно. Это ведь серьезная улика, прямой след к ворам. У деда разных монет пудов пять, если не больше. С таким грузом сильно не побегаешь. Мало того, почти все его монеты описаны в каталогах – Князь много раз выставлялся. Так что продать их было бы очень сложно. Похоже, воры нацеливались только на золотишко. Но что касается сейфа… Непонятно. Открыть сложные замки смогли, сигнализацию убрали – а с сейфом у них вышел облом.

– Может, сейф у Князя какой-то особенный…

– Особенный. По-моему, немецкий. Я как-то видел. Ну и что? Для спецов это не такая уж сложная задача. На худой конец вскрыли бы при помощи портативной газорезки.

– Думаю, у них времени было в обрез. Воры бомбанули квартиру Князя средь бела дня, когда он делал свой каждодневный променад по парку. Дед редко выходит из квартиры, вот они и нашли окно в его дневном расписании.

– Но ведь воры могли после прогулки организовать Деду «встречу» в квартире, – Князь старый, за себя постоять не сможет – и спокойно отнять у него ключи, которые он всегда носит во внутреннем кармане пиджака. Между прочим, на цепочке, чтобы не потерять.

– Ник, ты отстал от жизни… – Леха снисходительно ухмыльнулся.

– Это почему?

– У Князя есть охрана. Два лба ростом метр девяносто с гаком. Бывшие спецназовцы. Любого завалят.

– Они что, постоянно при нем? – спросил я удивленно.

– Нет. Только если дед выходит в город.

– И когда он их нанял?

– Примерно полгода назад.

– Значит, почувствовал что-то неладное.

– Эт точно. У Князя нюх на такие дела. Недаром он столько лет занимается коллекционированием, и ни одного ЧП. Ну, если не считать разных мелочей жизни…

Я с пониманием улыбнулся. Одну такую «мелочь» мне довелось увидеть собственными глазами. Как-то вечером, восемь лет назад, после встречи в нашем клубе, на Деда напали грабители; похоже, им кто-то шепнул, что нумизматы – люди денежные.

Обычно мы выходили из здания все вместе, но на этот раз Дед куда-то спешил и ушел первым. Через небольшой промежуток времени мы услышали на улице шум, а затем кто-то заорал; нам показалось, что от боли. «Князя бьют!» Эта мысль возникла у всех нас одновременно и мы, не сговариваясь, бросились ему на выручку.

Картина, которую мы увидели, ошеломила нас. На Деда напали трое. Двое их них уже убегали, причем один буквально тащил другого, потому что тот сильно хромал, а третий лежал у ног Князя и скулил, как побитый пес, зажимая рукой колотую рану в предплечье.

Что касается самого Деда, то он в этот момент деловито вытирал об одежду поверженного длинный клинок, похожий на шпагу, чтобы потом засунуть его в ножны. Ими оказалась трость, с которой Князь никогда не расставался.

С той поры я зауважал Деда еще больше. Мне импонировали его потрясающее хладнокровие и бесстрашие. Так уж нас сконструировал Творец всего сущего, что мы всегда любим в других то, чего сами не имеем. И завидуем.

Нет, я не был трусом, но на его месте дал бы стрекача. Или начал бы орать благим матом – звать на помощь.

Кто-то когда-то сказал, что лучше быть живым трусом, чем мертвым храбрецом. Наверное, он был прав. У человека в этом мире всего две главные ценности – молодость и жизнь.

С молодостью понятно – сколько не делай косметических операций, сколько не прыгай через скакалку поутру и не мучай себя всякими диетами и занятиями в тренажерном зале, а все равно неумолимый бег времени не остановишь. С этим основная масса человечества, в общем-то, смирилась. За исключением некоторых энтузиастов, уродующих себя до неузнаваемости.

А вот что касается самой жизни, тут совсем другой компот. Практически любой человек цепляется за жизнь до последнего. Ну разве что эта самая жизнь надоела ему, дальше некуда. И такое бывает. Но очень редко.

Не будь у человеческого рода неистовой тяги к самосохранению и выживанию любой ценой, на Земле уже правили бы крысы или какие-нибудь мутанты.

Короче говоря, моим жизненным кредо была древняя мудрость – не ищи на свою задницу приключений, они сами тебя найдут. Я открыл для себя это прекрасное правило очень рано, поэтому дворовые пацаны меня недолюбливали.

А все потому, что я никогда не принимал участия в их дурацких забавах на грани фола, никогда не ходил драться толпой, – улица на улицу, район на район – но в то же самое время мог отметелить любого из местных «козырей». Если, конечно, меня доставали.

Хорошим бойцом меня сделала бабуля. От нечего делать, – она никогда и нигде не работала, так как зарплаты деда всем хватало с лихвой – бабуля начала таскать своего любимого и единственного внука в спортзал. Притом едва не с ползункового возраста.

А так как дама она была вполне современная, начитанная, то определила меня не в секцию модной тогда гимнастики и не в кружок бального танца, а на каратэ. Это был относительно новый вид спорта, одно время даже подпольный, поэтому попасть в группу к хорошему тренеру-сэнсэю* мало кто мог.

Мне повезло, что у меня была такая пробивная бабуля и такой знаменитый дед. Меня взяли в обучение по блату. А вернее, по телефонному звонку от какого-то большого партайгеноссе, которому в свою очередь звякнул дед.

Занимался я старательно и много. Увы, по-другому было нельзя. Перед напором бабули даже моя врожденная лень спасовала – она исполняла роль надзирателя-экзекутора с похвальным прилежанием. К четырнадцати годам я достиг, по словам тренера, больших вершин в каратэ (на удивление), он сильно на меня надеялся, но тут умерла бабуля.

18
{"b":"10211","o":1}