ЛитМир - Электронная Библиотека

«Что-то ты загибаешь, дед… О каком покое может быть речь!? Ты что, надумал?…».

«Шучу я, Ника, шучу. Мы еще покувыркаемся на этом свете. Просто работы невпроворот. За день не успеваю».

Тогда я поверил деду. Он и впрямь был трудоголиком. Но сейчас я вдруг понял, что причины его бессонницы были иного характера. И одной из них являлось огромное внутреннее напряжение.

События последней недели буквально перевернули мой тихий и уютный мирок. Слишком много трагедий и драм свалилось на мою бестолковую головушку, которая привыкла к спокойной и размеренной валятельно-созерцательной жизни.

Я, конечно, бодрился, но червь беспокойства уже залез внутрь моего организма и начал потихоньку подтачивать его своими крохотными, но острыми зубками. В особенности меня поразила смерть Князя.

Что касается исчезновения Елизаветы, то я удивлялся сам себе, не чувствуя в душе особых переживаний. У меня создавалось впечатление, что она просто играет в какую-то игру – чтобы позлить родных и близких.

С какой стати!? Понятное дело, это была чушь, которая могла взбрести в голову лишь придурку, и тем не менее, из-за Бет я почему-то особо не волновался. Мало того, временами она вообще выпадала из моего мыслительного процесса, словно ее и не существовало никогда.

Неужели я такой черствый и бездушный эгоист!?

Эти мысли пролетели в моей голове как стайка стрижей: фыр-р, фыр-р – и нету. А беспокойство осталось.

Что-то происходит… Что-то происходит, думал я встревожено. Где? Этого я пока не знал. Но чувствовал, что где-то близко.

Я решительно встал и, включая свет, обошел всю квартиру. У входа в каждую не освещенную комнату у меня начинали бегать по спине мурашки – словно там притаился какой-то опасный зверь; или нечто из разряда мистических явлений.

Ничего. Везде было нормально. Только в ванной из крана капала вода. Я уже месяц собираюсь вызвать сантехника, чтобы поменял прокладки, да все забываю. Умываюсь – помню, вышел на улицу – все вылетело из головы.

Правда, я пытался несколько раз дозвониться в ЖЭУ, но это было все равно, что искать связь с внеземными цивилизациями – телефон жилищного управления постоянно занят.

Поэтому я всегда лично приходил на слесарный участок и, взяв за жабры какого-нибудь Федю-Васю, тащил его к себе домой на крепком поводке из обещаний хорошо оплатить его непосильный труд.

Но в последнее время и деньги уже не являлись приманкой для слесарей-сантехников. Вернее, малые деньги. Им подавай фронт работ дня на два (например, поменять все трубы, приобретенные за свои кровные) и баксов пятьсот в качестве премиальных. Ну, народ пошел…

Возвратившись в спальню я опять угнездился в кровати и насторожил уши. И тут, наконец, я услышал.

Что-то происходило наверху. Шум какой-то, возня, тихие, словно потусторонние, голоса… Неужели снова?…

«Снова» – это значило, что мой сосед с верхнего этажа опять взялся за старое. У него в свое время произошел сдвиг по фазе по причине азартных игр. Однажды он выиграл в казино крупную сумму, и с той поры просадил в рулетку целое состояние.

Потом он лечился – жена едва не силком отправила его к какому-то психологу или психиатру – и по выходу из лечебницы завязал с азартными играми напрочь. Это было удивительно (азартные игроки сродни маньякам, и такая «болезнь» в принципе не лечится) но факт.

Обычно, возвращаясь домой после очередного залета среди ночи и с пустыми карманами, Альфред (так его звали) ползал в ногах у своей жены добрый час, плакал крокодиловыми слезами и клялся, что это последний раз. Но через неделю все повторялось с потрясающей точностью – и по времени, и в постановке самого «концертного номера».

В свое время Альфреда кликали Джумбо и был он бригадиром братков. Затем в двухтысячном году его ненадолго посадили (смешно сказать – за драку в ресторане), и по выходу на свободу Альфред перековался – заделался бизнесменом. Поговаривали, что криминальные боссы поставили его на должность городского «смотрящего».

Но это были всего лишь слухи, а конкретно никто ничего о бизнесе Альфреда не знал. Чем-то он торговал, что-то закупал, куда-то отправлял – в общем, его дело, если посмотреть со стороны, было так себе, средненькое.

Но, тем не менее, денег у него водилось столько, что куры не клевали. И кстати, после отсидки он вел себя на удивление скромно. Вернее, тихо.

И то верно – зачем его хозяевам буйный, неуправляемый тип, привлекающий всеобщее внимание? Криминальный бизнес, чаще всего подпольный, старается избегать лишней суеты и наездов со стороны правоохранительных органов.

Откуда я знал Альфреда? Дело в том, что он заливал мою квартиру уже три или четыре раза. Когда его жена уезжала за границу на отдых (это случалось несколько раз в году), Джумбо имел привычку сесть на хорошем подпитии в ванную, включить воду и уснуть. Так что мы «общались» довольно регулярно.

Правда, все мои убытки он покрывал без лишних слов. Но кому понравятся сплошные ремонты с заменой обоев и даже части паркетного пола?

Тем временем шум наверху усиливался. Я был в недоумении, так как знал, что благоверная Альфреда улетела со своими слонятами (их было двое, и они пошли в папашу – такие же плотно сбитые, полные, коротко остриженные и наглые), кажется, на Кипр.

Может, Джумбо решил тряхнуть стариной и привел в свою квартиру девиц?

Мои недоуменные размышления прервал крик, полный боли. И он доносился сверху. Затем наверху что-то грохнуло – будто свалился книжный шкаф, и снова кто-то закричал; нет, скорее зарычал.

Что там такое!? Меня будто шилом укололи в заднее место. Я подскочил, как ошпаренный, и заметался по комнате, не зная, что мне делать.

Если честно, выходить на лестничную площадку я боялся. Убийство Хамовича сделало из меня пуганую ворону, которая шарахается от каждого куста. А тут еще разговор с отцом…

Что делать, что делать!? Кричать перестали, но я слышал громкие стоны. Неужели опять?… От этой мысли я мгновенно покрылся липким потом.

Нет, я так не могу! На глаза мне попалась двустволка, которую я для понта повесил давным-давно над кроватью. Я сорвал ее со стены и начал искать по всем ящикам патроны.

Ружье подарил мне дед. Оно было штучного изготовления, – спецзаказ – и поражало красотой и дороговизной отделки.

Но из меня охотник точно такой же, как и рыбак. То есть – никакой. Я как подумаю, что нужно впустую бить ноги целый день по бездорожью, чтобы потом для отмазки купить на рынке дохлую утку и выдавать ее за дичь, так у меня сразу весь охотничий азарт пропадает.

Я долго недоумевал, зачем дед сделал мне такой дорогой и ненужный подарок. И лишь в последнее время я интуитивно почувствовал, что однажды ружье может и впрямь здорово пригодиться. Я даже патроны купил, только забыл, куда их засунул.

Наконец я нашел, что искал. Быстро зарядив ружье, я подошел к входной двери и посмотрел в дверной глазок. Площадка была пуста. Но тут я вдруг услышал, что под дверью кто-то возится.

Может, мину подкладывают? От этой мысли мне стало нехорошо. Конечно, у меня дверь сейфового типа, чтобы ее взорвать, динамита много нужно. Если такое количество взрывчатки шарахнет, то весь подъезд завалится. Но от этого мне все равно легче не будет.

Спрятавшись на всякий случай за выступ стены, я крикнул:

– Кто там!?

В ответ послышался стон. «Заманивает, гад! Нет, меня на жалость не возьмешь…»

– Отойди от двери! Иначе буду стрелять!

Стон только усилился. Мне показалось, что кто-то пытается выговорить мое имя. Блин! Открывать, не открывать…

А, была, не была! Сколько той жизни. Кому суждено быть повешенным, того не утопят в проруби. Ежели что – бабахну.

Постаравшись напрочь отключить инстинкт самосохранения, и подбадривая себя лозунгами типа «Смелость города берет», «Или грудь в крестах, или голова в кустах» и «Трус умирает много раз», я отомкнул замки, открыл засов и медленно, медленно, по миллиметру, начал открывать дверь.

То, что я увидел на лестничной площадке, сразило меня наповал. У меня задрожали руки от ужаса, и я удержал ружье только невероятным усилием воли.

46
{"b":"10211","o":1}