ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он отметил примерно на равных расстояниях четыре точки между крайними, причем одна из них очутилась точно возле библиотеки.

Разгорелся спор. Крутиться там представлялось опасным; Лев же Евгеньевич припомнил хитромудрое изречение: “хочешь остаться незамеченным — встань на многолюдной улице под фонарем”, но Палыч с Игорем зашумели, что это пустая выдумка какого-то сочинителя; так болтать, мол, легко, а вот сам попробуй!..

Огарков стал горячо уверять, что это никакая не выдумка, а психологически обоснованный ход, но убедить так и не смог.

— Нет, нет, нет, — мотал головой Палыч. — Да и то подумайте: я там и в библиотеке, и около сколько раз был! И ни шиша со мной не случалось, а зацепило только на четвертом этаже — так туда мы все равно не сунемся. Так?

Этот аргумент подействовал, правда, в иную сторону.

— Хм… — призадумался Игорь. — А ведь действительно… Но если так, то где гарантии, что в других точках у нас не получится?.. Хотя черт с ним! — поспешил он оборвать сам себя. — Чего зря голову ломать, действовать надо.

И то верно. Без долгих разговоров забрались в фургон, Игорь сориентировал Федора Матвеевича, и поехали. Езды было минут десять.

— Ну, вот он, парк, — сказал Федор Матвеевич.

— Ага, — бодро откликнулся Игорь и зашуршал картой. — Так, так… ага! Назад, Федор Матвеевич, проскочили.

Пришлось разворачиваться. Но проехали немного, метров сто.

— Так, так, — приговаривал Игорь, — теперь сюда, в этот проезд… и, пожалуй, прямо… прямо… до конца?.. — Что-то изменилось в его голосе, он зазвучал странно, неуверенно. Палыч заметил это первый:

— Э, Игорь, ты что? Увидел что-то?

— Увидел. — Игорь заговорил уже твердо. — Дошло, когда сюда заехали. Здесь знаете, что расположено?.. Апартаменты нашего шефа, Смолянинова! Я голову на отсечение даю, что они на линии находятся.

— Здесь вообще-то все особняки такие… хоромы, — сказал Федор Матвеевич.

— А смоляниновский именно на линии стоит, — упрямо повторил Игорь. — Вон он, уже виден… Ба, а машину видите?! Это его зама авто, Богачева! Ну-ка, ну-ка, Федор Матвеевич, поближе… точно, его!

— И что он у него делает в такую рань? — спросил Палыч.

— Да кто ж его знает?.. Хотя уже не такая и рань. Не останавливайтесь, Федор Матвеевич, здесь может охраны быть полным-полно.

Федор Матвеевич на всякий случай даже прибавил газу, и мимо смоляниновского особняка проехали лихо, Палыч и Лев Евгеньевич с любопытством глазели, а Игорь сверялся по карте и убедился и всем об этом объявил — что оказался прав.

Такое дело надо было осмыслить. По настоянию Игоря мотанули сквозь проезд не останавливаясь, обогнули парк с другой стороны, заехали во двор и там встали.

— Ну и какие мнения будут, господа хорошие?..

ГЛАВА 2

Какие у господ сложились мнения — об этом позже, а вот у господина Смолянинова мнение, надо сказать, вышло неплохое.

Нет, конечно, шок у него был. Но не обессилил его. Наоборот, полежав в подвале на полу, он ощутил прилив какой-то лихорадочной энергии, и это было приятно. Все-таки мир не просто открылся ему, а возвеличил так, как никого. А трудности… ну что ж, на то они и трудности, чтобы их преодолевать.

Резким, решительным шагом Смолянинов вышел в гостиную. Набрал номер Богачева, несмотря на раннее утро. Богачев, похоже, и не спал — снял трубку на втором гудке.

— Богачев?

— Слушаю, — отозвалась трубка.

— Подъезжай ко мне. — И отключился.

Уже после того, как позвонил, царапнула мысль: а не начинает ли он мало-помалу зависеть от Богачева? Всякий раз сюда его тянет… Да нет, ерунда.

Богачев прибыл быстро, охрана пропустила его в дом. Смолянинов постарался встретить гостя не очень приветливо, но тот как будто и не обратил на это внимания, прошел, сел.

Хозяин выдержал паузу и только после этого начал. Рассказал о своем ночном рандеву с прекрасным и ужасным. Рассказал честно, ни о чем не утаивая, даже как-то увлекся. Богачев слушал очень внимательно; выслушав, промолвил:

— Что ж, очень прилично. Это успех.

— Успех? — язвительнейшим тоном переспросил Смолянинов. — Ну да, успех. Как у того… как его? Ну как того-то звали?..

— Белкин.

— Ну да. Башку ему снесло — вот и успех. У меня тоже еще один такой поход, и я могу не то что без башки — без ничего остаться.

Богачев почти незаметно пожал плечами:

— Риск — благородное дело.

— Да, конечно, конечно, благородное. — Сарказм в голосе начальника прямо-таки выгнулся дугой. — Вот в следующий раз и проявим благородство оба. Вместе пойдем. Благородно будет, а?!

Заместитель уже заметнее пожал плечами.

— Как скажете. Только, боюсь, вдвоем у нас не получится. Не пустят.

— Пустят-пустят, еще как пустят! С Белкиным же пустили? Ну а то, что кого-то одного, возможно, прихлопнут… так ведь риск — благородное дело, не так ли?

— Именно так. — Богачев сказал это совершенно спокойно.

И Смолянинов успокоился. Когда он заговорил, сарказм уже исчез.

— Ладно… Я тебя вызову, когда решу. Что там по этим… беглецам?

Богачев вынужден был отрицательно покачать головой:

— Пока ничего. К сожалению, ничего. Как в воду канули. Была одна зацепка, но оказалась ложной… Впрочем, я думаю, что они теперь не очень опасны. Раз найдена основная дорога… Даже если они на нее выйдут, то слишком поздно.

— Если!.. Если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой! Надо предусмотреть все… Найти их!

— Ищем.

— Хреново ищете!

— Нет, — твердо заявил Богачев. — Мои ребята занимаются поисками исключительно грамотно. Другое дело, что возможности у тех необычайно велики… вы сами знаете.

Шеф выругался.

— Ну и какие у тебя будут предложения?

— Предлагать мне, собственно, нечего. Мы действуем. Ищем. Правда, успехи невелики, да и — я повторюсь — если мы достигнем того, к чему стремимся, нам уже ничего не нужно будет искать.

— Достигнем… Теперь вместе будем достигать.

— Давайте, — сразу согласился Богачев. — Когда? Вот черт, прямо пионер! Всегда готов.

— А хоть сегодня! Вечером. Идет?

— Лучше ночью, — спокойно ответил Богачев.

— Ночью, говоришь? Ну, пусть ночью.

— Хорошо. — Богачев встал. — Когда мне подойти? Смолянинов смотрел на него снизу вверх. Нет, черт возьми, что за подозрительная готовность такая у него?..

Тот сдержанно улыбнулся.

— Вообще-то я бы не спешил, но…

Ах, он бы не спешил? Нет уж, тогда поспешим.

— Нет. Именно сегодня ночью.

— Есть. Как скажете.

— Так и скажу.

И молча проводил глазами выходящего Богачева. А тот вышел, сел в свою машину и поехал на службу, в “Гекату”. Рабочий день уже начинался.

Богачев немного опоздал. Вежливо поздоровался с секретаршей, затребовал последнюю сводку происшествий и просмотрел ее в кабинете. Ничего особенного. Он посидел, о чем-то задумавшись. Затем протянул руку к селектору и нажал кнопку.

— Да? — откликнулась секретарша.

— Лена, меня ни для кого нет. Минут на десять. Мне надо поработать.

— Хорошо, поняла.

Он отключился. Потом встал и на всякий случай закрыл дверь.

Вернувшись за стол, он вытянул средний ящик и достал сложенный в несколько раз плотный лист бумаги. Карту.

Богачев стал ее разворачивать. Бумага солидно захрустела в руках. Он разложил карту на столе и тщательно расправил на сгибах.

Это был план города.

Затем из того же ящика Богачев вынул рулон тончайшей, почти совсем прозрачной кальки, развернул и его. На кальке разноцветными чернилами были нанесены какие-то знаки. Богачев, несомненно, умел их читать, он уверенно наложил кальку на карту, лишь чуть-чуть подправив. Затем он придавил кальку с двух сторон журналом и рабочим блокнотом, а нижний край придержал рукой.

Видимо, ему хватило одного взгляда на карту и на то, как расположились знаки. По лицу его поползла многозначительная ухмылка. Он взял ручку с красными чернилами и быстро, но аккуратно сделал еще две пометки.

38
{"b":"10219","o":1}