ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Даня мигом просчитал все «pro» и «contra».

— Нет, — отказался он. — Шумно будет. На весь город рев будет.

— Не будет! — горячо сказал Гвоздь. — Я глушители надену, есть у меня. Ну, совсем, конечно, шум не устранят, да и мощность снизят — так плешь с ней, с мощностью! Не до нее. Шум будет... ну, как от небольшого авто, знаете, такие...

— Легковые. — Даня кивнул, — Ладно, годится. Едем!

— Пошли. — Гвоздь заспешил. — Парни, глушители поможете надеть?..

Глушители — огромные, с мелкими дырками железные цилиндры — дружно прикрепили к обеим выхлопным трубам тягача. Гвоздь скакнул за рычаги, нажал на стартер пускача — тот взвыл пронзительно, а следом за ним глухо, утробно рявкнул дизель...

Через десять минут здоровенная махина неслась по улицам, по дворам, комья снега и земли летели из-под гусениц. Гвоздь мчался, не особо разбирая дороги.

У Мухиного дома их ждал Немо: он вышел из подъезда, завидев подъезжающих друзей.

— Это придется тут оставить, — указал он на тягач.

Спорить никто не стал: теперь-то приближение должно стать скрытным, атака — внезапной. ГТС Гвоздь загнал между гаражами: не бог весть как, конечно, но худо-бедно упрятал... Да сейчас об этом думать было нечего!

Следом за Немо ринулись в последний марш-бросок. Всем показалось, что время промчалось как порыв ветра — вот уже и на месте.

— Заходим с той стороны дома, — шепнул Немо. — Через окна.

Тут возник небольшой военный совет: как штурмовать врагов. Снизу? Или сверху через соседний подъезд и крышу? Или же разделиться: часть сверху, а часть снизу?.. Краткий консилиум решил, что это все равно. Боестолкновение будет в тесном, узком пространстве, потому все тактические хитрости теряют смысл.

— Тогда сверху, — решил Даня. — Согласен? — обратился он к Бабаю.

Тот лишь кивнул: какой-никакой, а плюс. В те окна, — сразу же прикинул Немо. Через окна первого этажа — в квартиру, из квартиры — в подъезд и наверх.

— Живей! — командовал Даня. — Не отставать! Мчались так, что в глазах темнело. Домчались доверху. Осталось — на чердак, и тут...

— Стой! — замер Немо. И все замерли.

— Что? — шепотом спросил Даня.

Немо приложил палец к губам. Все аж дышать перестали.

Пальцем Немо показал на Даню и Бабая.

— Идем, — шепнул он. — Туда, — ткнул вверх. Бабай разинул рот, но Даня схватил его за руку:

— Тихо! Идем. Он знал Немо.

2

А уж Немо тем паче знал себя. Его способность видеть будущее — пусть это будущее исчислялось минутами — была штукой капризной, проявлялась, когда надо и когда не надо. Ну вот зачем, скажите на милость, такое ясновидение, которое подсказывает, что сейчас дунет ветер и со скрипом отворится старая дверь в соседней комнате... А ведь бывало и такое.

Но сейчас сработало, как из пушки. Немо ясно увидал: по темному чердаку крадется согбенная фигура. Из тех, из разбойников. Один. Удача!

— Тихо, — шепнул он еще раз, хотя нужды не было. И Даня, и Бабай олухами никак не считались. Они послушно замерли на самом входе на чердак.

Пока здесь пусто. Полутьма. Немо взмахом руки пригласил командиров за собой, и все трое, бесшумно ступая, двинулись вглубь. Немо отступил влево, за кирпичный выступ.

Стало так тихо, что Бабаю померещилось, как он слышит удары своего сердца. Стук отдавался в ушах. В горле пересохло.

Видения Немо все были безошибочны: над головами бойцов — чуть левее — с грохотом распахнулась железная дверь, и кто-то шумно попер с крыши сюда...

В руке Немо блеснуло лезвие ножа.

3

Ботву корежило в предчувствиях. Он спешил, шмыгал носом, нервно кусал губы.

Желание приторчать от дури вышибло из него все прочие мысли и осторожность в том числе. Он даже не стал смотреть с крыши, что там, внизу. Опять он перешел на бег, добежал до входа в соседний чердак, рванул дверь, ссыпался по коротенькой лестнице, кинулся к тайнику...

И тут словно пол чердака схватил его за ногу и дернул. Ботва взмахнул руками, полетел наземь, грохнулся. Хотел вскочить и не смог: на спину, на ноги навалилась живая тяжесть.

— Пикнешь — убью, — сказал тихий, но ясный голос.

Вмиг Ботва понял все, выкатил глаза — острие лезвия зависло в дюйме от правого.

— Где ваши? Только тихо, — предупредил голос.

— Здесь нету.... — прошелестел разбойник. — Там, внизу, в магазине, в подсобке...

— Наш боец у них?

— Ага. Связанный.

— Живой?

— Ага, ага!.. Ничего с ним не сделали. Берегут!..

— Зачем? — другой голос.

— Не знаю, — искренне сказал Ботва.

— Ваших сколько?

От усердия Ботва заерзал по полу, получил несильный тычок в затылок:

— Тихо лежать!

— Да я это, я ничего... Ну, сколько... семь. То есть со мной семь. Там шесть.

— Оружие какое? Автоматы у всех?

— Ага! И один генератор. У главного. Небольшая пауза.

— Помещение описать сможешь?

— Чего?..

— Уб-бью, — раздельно произнес первый голос, и лезвие коснулось века.

— А! Да! Да-да! — Ботва враз все просек и помещение описал до подробностей. Его пленители выслушали это очень внимательно. Он под конец добавил: — И еще один маг с ними. Гоблинский. Ребята переглянулись. Вот уж не было печали.

— Ты сам видел?

— Нет. — Ботва заторопился. — Меня босс сюда послал! Для наблюдения. А мага они ждут...

Так, слово за словом, Немо и Даня вытянули всю информацию, какую надо. Когда решили, что больше ничего уже не получишь, они обменялись взглядами... Немо кивнул.

— Вот и молодец, — сказал он. — Живи. Ботва обрадованно закивал...

— Живи, — повторил Немо. — Только ни с места! Лежи и не шевелись. Понял?

Тяжесть исчезла. Ботва перевел дух... Ну, лежать так лежать. Шут с ним!

И в тот же миг Немо резко и точно всадил нож ему ниже затылка — в шею, одним ударом срубив позвоночный столб.

Тело припадочно дернулось — и обмякло.

Немо выдернул нож и вытер об одежду трупа. Бабай поднялся, как-то брезгливо отряхнул ладонь о ладонь. Немо уловил его взгляд.

— Он ничего подумать не успел. И боли никакой. Мгновенно.

— Да ну, чего ты меня лечишь? — удивился командир уфимцев. — Что я, баба?

— Ладно, пошли, — распорядился Даня. — Только обыщите его.

Обыскали. Взяли оружие, боеприпасы, сухари, табак.

— Подождите. — Бабая осенило. — Так давайте глянем с крыши, где этот магазин долбаный. Просечем ситуацию.

— Верно! — поддержал Даня. — Пойдемте-ка.

— Эй, — донесся снизу спокойный голос Грома. — У вас там все в порядке?

— Да, — откликнулся Даня. — Слушай, Гром, возьми-ка это... А впрочем, чего я?! Ну-ка, народ, валим все сюда, на крышу! Только осторожно.

Народ повалил. Косились на труп, но молчали. Лишь Костя спросил:

— Языка взяли?..

— Да, — односложно сказал Немо. — Хороший был язык.

На крыше Даня велел всем притаиться, а Немо с предосторожностями подошел к краю и с минуту изучая обстановку... Вернулся.

— Все точно, — доложил он. — Один стоит на часах у входа, остальные, видимо, внутри.

— Давайте-ка все, осторожненько, — велел Даня, — своими глазами.

Аккуратно ребята по одному подбирались к краю крыши, осматривали, запоминали... Вскоре обстановка стала ясна всем. Приступили к выработке плана.

Много времени это не заняло. Решили так: Немо в своем масккостюме подбирается на расстояние прицельного броска ножа — и снимает часового. Тогда все штурмом врываются вовнутрь и действуют по обстановке. Все!

Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы заметить скудность этой стратегии. Но ничего другого здесь изобрести и предложить было невозможно. Все видели это. И все согласились.

Спустились на первый этаж, затаились там. А Немо нацепил маску и, маскируясь, сливаясь со снегом, двинулся к гастроному.

4
52
{"b":"10220","o":1}