ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сандрина закрыла лицо руками:

– О Боже, с ней невозможно общаться, когда она пьяная. Похоже, будет ужасная сцена.

Марта поднялась, прислонилась к плите и скрестила руки.

– Она держит документы в спальне, в стенном сейфе, – без всякого выражения сказала она.

– Знаю. Она всегда их там держала.

– Я могу достать бумаги, когда она отключится, как обычно. Ее тогда не разбудишь и бейсбольной битой.

Сандрина взглянула на Марту с немым изумлением:

– И ты сможешь это сделать?

– Смогу, – спокойно ответила Марта.

У Сандрины не было и тени сомнения, что няня выполнит свое обещание. Разве был когда-нибудь случай, чтобы Марта не прикрыла ее? Нельзя подвергать опасности такого друга. Если что-нибудь с ней случится, Сандрина никогда себе не простит.

– Я не могу позволить тебе это, Марти. – Сандрина покачала головой. – Просто не могу. Я пойду к ней. Плевать мне, пьяная она или трезвая. Надо же когда-то взрослеть.

Сандрина поднялась из-за кухонного стола, решительно повернулась и толкнула дверь, задев при этом официанта.

Сандрина прошла на пустую середину комнаты и, подняв подбородок, прямо взглянула на мать. Тита Мандраки не сразу заметила дочь. Она прервала свою речь, моргнула раз, другой, а затем подняла веер и начала обмахивать им лицо.

– Так... Так... Так... – Она подчеркнуто растягивала слова. – Возвращение блудной дочери...

– Здравствуй, мама! – Сандрина говорила спокойно, хотя колени ее дрожали.

Широко улыбаясь, мать направилась к Сандрине. Приблизившись, насколько возможно, к окаменевшему лицу Сандрины, она процедила сквозь зубы:

– Что ты здесь делаешь? Думаешь, не знаю, зачем ты сюда заявилась?

– Мне хотелось бы немного поговорить с тобой. Наедине.

Сандрина присела на край кушетки, обитой стеганой тканью.

Мать заперла дверь и повернулась к Сандрине. На лице Титы все еще сохранялась фальшивая улыбка, маскирующая плохо скрываемую ярость. Она не казалась настолько пьяной, какой ее описывала Марта, – возможно, научилась это скрывать.

– Ну так что же, – сказала мать, глубоко вздохнув, – Кики Будро сказала мне, что ты стала известной личностью в городе.

– Кики Будро? – Сандрина нахмурилась.

Она не знала никакой Кики Будро.

– Она видела тебя в ресторане с мужчиной, который годится тебе в отцы.

Сандрина перехватила инициативу. Она не собиралась тратить на это неприятное дело больше времени, чем необходимо.

– Кстати, об отцах... – сказала она. – Помнишь ли ты, что сегодня мне исполняется двадцать пять лет?

– Неужели? – Тита подняла бровь.

– Да, мамочка, не смущайся... Мне это тоже не очень-то нравится. Я хочу получить деньги, которые оставил мне отец.

– В самом деле? – Голос Титы звучал надменно.

Сандрина знала, что именно так она разговаривает с небрежными официантами или с нерасторопными продавщицами.

– Да, в самом деле, – спокойно ответила Сандрина. – Я знаю, что ты можешь помешать мне. Прошу тебя этого не делать. Я прекрасно понимаю, ты считаешь, что у меня нет никаких прав просить у тебя хоть что-нибудь, но эти деньги принадлежат мне, и я хочу их получить.

– Ой, как мы откровенны!

Сандрина промолчала. Колени ее перестали дрожать, она почувствовала удивительную легкость, будто все худшее уже позади.

– Хорошо, Сандрина, тогда буду откровенна. Я знаю, ты ждешь, что я откажу тебе... Ты, конечно, понимаешь, что твое отношение ко мне оставляет желать лучшего. Ты как в воду канула. Никогда даже не позвонишь. Не навещаешь свою старую няньку, которую так любила.

– Давай, мамочка! Можешь обвинять меня во всех грехах. Я это заслужила.

– Я не собираюсь обсуждать, имеешь ли ты право на эти деньги. Они в любом случае не твои.

– О чем ты говоришь. Они безусловно мои. Их оставил мне мой отец.

Слабая, холодная улыбка появилась на своеобразно красивом лице Титы Мандраки.

– Милая Сандрина, Отто Мандраки не был твоим отцом.

Голова Сандрины откинулась назад как от удара.

– Ты что? – прошипела она. – Ты что, сошла с ума? Конечно, он мой отец!

– Как ты думаешь, кто лучше знает, ты или я? – Голос Титы звучал с подчеркнутой вежливостью. – Я утверждаю, что он не был твоим отцом, и ты никогда не сможешь доказать обратное. Все очень просто.

– Я тебе не верю, – сказала Сандрина.

Теперь у нее начали дрожать не только колени, но и руки.

– Я подумываю о том, чтобы получить эти деньги наличными и заказать себе бриллиантовое колье. – Тита разглядывала свои безупречные красные ногти. – Вместо того, которое ты украла.

Сандрина поднялась и поправила на плече цепочку от сумочки.

– Дай мне пройти, – резко сказала она. – И отопри дверь.

Мать не двинулась с места.

– Уйди с дороги и открой дверь, или я тебя изуродую!

– Ишь ты! – оскорбилась Тита. – Вот как теперь улаживают дела люди с улицы! – Она повернулась и открыла дверь.

Не взглянув на нее, Сандрина выскочила, пробежала через холл, расталкивая удивленных гостей, подхватила со стула пальто и обеими руками толкнула кухонную дверь. Она распахнулась, стукнув о стену.

Марта подскочила к Сандрине, оставив маленькие бутерброды с ветчиной, которые укладывала на серебряный поднос.

– Господи! Что случилось?

– Она сказала мне, что Отто Мандраки мне не отец!

Руки Марты непроизвольно дернулись вверх, к лицу.

– Эта женщина потеряла рассудок, – прошептала она. – Что за ужасные вещи она говорит.

– А может, это правда, Марти? Ты должна знать. – Сандрина с трудом сдерживала дрожь в голосе.

Марта медленно вытерла руки кухонным полотенцем и села на табуретку. Она выглядела постаревшей и усталой.

– Милая, – вздохнув, начала она. – Есть только одна причина, почему она сейчас так говорит. Твое наследство – это много денег. Конечно, мы никогда не сможем разузнать правду. У твоей матери было множество – ну, скажем, друзей...

Сандрина оторвала листок из записной книжки у телефона и нацарапала на нем номер.

– Марта, прошу тебя, сделай то, что ты предложила... Пусть даже Отто Мандраки мне не отец, но эти деньги он оставил мне и хотел, чтобы я их получила. – Она протянула Марте записку с телефонным номером. – Позвони. Мой адвокат будет ждать.

Марта опустила листок в карман фартука и кивнула.

В дверях Сандрина обернулась.

– Я пришлю за тобой, Марта. Чего бы это ни стоило. Обещаю тебе. – С этими словами она выбежала из квартиры.

Вечером следующего дня Марта позвонила Сандрине и сказала, что взяла пакет с документами из стенного сейфа. Сандрина тут же связалась с Барри Риццо, а тот послал человека встретиться с Мартой.

Целую неделю Сандрина и Сью-Би мучительно ждали, когда Барри сообщит свое мнение по поводу юридических прав на наследство. Сандрина уже рассказала ему о заявлении своей матери, и, к ее облегчению, он согласился, что, вероятно, не имеет значения, был ли в действительности Отто Мандраки ее отцом или нет. Главное, что деньги он предназначал Сандрине.

Когда зазвонил телефон, Сандрина на кухне красила холодильник – не столько потому, что он был слишком обшарпанный или грязный, сколько для того, чтобы отвлечься.

– Я возьму трубку, – крикнула она Сью-Би, которая в это время смотрела в комнате по видео программу, обучающую чтению.

Сандрина вытерла о джинсы запачканные краской руки и бросилась к телефону в гостиной.

«Хоть бы это был Барри с хорошими новостями», – заклинала она, поднимая трубку.

– Алло! – В голосе ее звучала надежда.

– Доброе утро, – ответил мужской голос с оксфордским произношением. – Говорит Мартин Берк-Лайон. Простите за беспокойство в выходной день. Не могли бы вы оказать любезность и подозвать к телефону Сандрину.

Сандрина помедлила.

– Минутку, пожалуйста. – Она изменила голос, стараясь, чтобы он звучал чуть выше, чем обычно. – А она знает, по какому поводу вы звоните?

– К сожалению, нет, – ответил мужчина. – Приношу свои извинения. Скажите ей, что я компаньон мистера Барри Риццо, это он дал мне телефон.

48
{"b":"10265","o":1}