ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ну а что ты скажешь, если в один прекрасный день влюбишься, а он узнает, что ты шлюха?

– Я отвечу то же самое, что говорят в телепрограммах помешанные на сексе или бывшие проститутки. – Сью-Би указательными пальцами подперла обе щеки и покачала головой. – «Я была молода и нуждалась в деньгах». Это всегда срабатывает.

– Ладно, Сузи, – вслух произнесла Сандрина. – Ладно. Я скажу ей о тебе сегодня же. После обеда я пойду к ним для обстоятельного собеседования. Это по поводу моей «биографии». Так что будет возможность поговорить.

Сью-Би захлопала в ладоши и выпрыгнула из кровати.

– Ох, черт возьми! – воскликнула она. – Я никогда в жизни не смогу тебя отблагодарить, Санди.

– Но вот еще что...

– Что?

– Ты знаешь, кто иногда испытывает новых девушек для мадам Клео? – спросила Сандрина с кривой усмешкой.

Сью-Би на секунду задумалась. Когда она поняла, о ком идет речь, то рухнула в кровать и перекатилась на спину.

– Прекрасно! – В голосе ее слышалось ликование. – Может быть, Джек Эйлер станет первым, у кого случится сердечный приступ.

Сандрина проснулась и взглянула на часы. Она спала всего три часа, но чувствовала себя совершенно выспавшейся.

Сью-Би еще крепко спала. На сомкнутые веки падали золотые локоны, и во сне она выглядела маленькой девочкой. Если ночью у Сандрины и оставались какие-то опасения по поводу пожеланий подруги, то с рассветом они исчезли. Теперь ее охватило воодушевление, и она не могла дождаться встречи с мадам, чтобы поговорить с ней насчет Сью-Би.

Она закрылась в ванной, чтобы позвонить Мартину и уточнить время встречи. Когда она сказала ему о Сью-Би, он был обрадован, но не удивлен.

Сандрина позвонила у дверей особняка и стала ждать. Вскоре через овальное узорчатое стекло она увидела Мартина. Служанки-индианки, которая впустила ее в прошлый раз, не было видно.

Мартин резко рванул ручку и открыл дверь.

– Здравствуйте, дорогая. – Он тяжело дышал, пробежавшись по лестнице. – Заходите. Вы добрались быстрее, чем я ожидал.

– Правда? Извините, – смущенно сказала Сандрина переступая порог и освобождая свои густые волосы от яркого шелкового платка, защищавшего их от сырого зимнего ветра. – Ну как, удалось вам поговорить с мадам относительно моей подруги?

– Конечно. – Он закрыл дверь. – Мадам сможет принять ее сегодня же. А сейчас у нас неожиданная посетительница, кстати, ваша подруга. Мадам как раз беседует с ней.

– Моя подруга? В Париже? Но я никого здесь не знаю.

– Она только что прилетела благодаря любезности нашего приятеля Барри Риццо.

Сандрина уставилась на него, недоумевая, кто бы это мог быть.

– Это Анжела, – прошептал Мартин, закрывая дверь.

– Анжела? – Сандрина тоже перешла на шепот.

– Собственной персоной. – Он двинулся вверх по лестнице, перешагивая через две ступеньки. – А теперь пойдемте. Вы можете подождать у меня в приемной. Они скоро закончат.

Сандрина стала подниматься вслед за ним. Она знала, что Клео купила книгу Анжелы, но, встретив ее здесь, была поражена.

Мартин добрался до площадки второго этажа и повернулся к Сандрине.

– Мне кажется, она не очень понравилась мадам, – тоном заговорщика прошептал он.

Сандрина была искренне удивлена:

– Почему? Анжела сногсшибательная красотка и, уж конечно, знает дело.

Мартин уселся за стол и нервно взглянул на закрытую дверь.

– Садитесь, пожалуйста. – Он указал на глубокое кресло, стоящее напротив. – Наверное, мне не следовало об этом говорить. Не то, чтобы Анжела ей совершенно не понравилась... То есть, когда Анжела пришла, мадам ничего прямо не сказала. Но я-то знаю. Я с ней работаю уже долго. Мне достаточно видеть выражение ее лица. Может быть, дело в шубе Анжелы из черно-бурой лисицы. – Он пожал плечами. – Или в ее выражениях, извините, – «этот гребаный таксист-лягушатник».

Сандрина застонала и прикрыла глаза.

– О Боже. Да это Анжела все правильно.

– Ладно. – Мартин отбросил с глаз прядь желтых волос. – Если мадам возьмет ее, Анжеле придется пройти нашу школу в Веллингтон Клоузе. Это уж точно.

Мартин переложил бумаги на своем столе.

– Ну, как прошел у вас вечер с Джеком Эйлером? – спросил он беспечно.

Сандрина уже открыла рот, чтобы ответить, но тут дверь позади распахнулась, и в приемную вылетела Анжела. На ней был короткий, до талии, очень пушистый жакет из чернобурки, слишком обтягивающая и слишком короткая трикотажная черная юбка и туфли на каблуках высотой двенадцать сантиметров. Темно-рыжие волосы были небрежно сколоты на затылке. Огромные каблуки делали ее чрезмерно высокой.

– Вызовите мне такси, чтоб меня трахнули! – рявкнула она Мартину, стоя спиной к Сандрине.

Мартин не двинулся с места.

– Парижские такси подобных услуг не оказывают, дорогая, я могу найти только такое, в котором вас куда-нибудь отвезут.

– Анжела, привет, – спокойно сказала Сандрина, не поднимаясь со своего места.

Анжела резко обернулась. Когда она узнала Сандрину, глаза ее расширились, как у лошади, увидевшей огонь в своем стойле.

– О Боже! Сандрина! – пронзительно вскрикнула она. – До чего же я рада тебя видеть!

Сандрина взглянула на дверь, из которой только что выскочила Анжела. Невидимая рука закрывала ее.

– Все в порядке? Я имею в виду... – Она кивнула в сторону комнаты.

– Нет, решительно все не в порядке. – Анжела бросила свирепый взгляд на Мартина. – Меня здесь капитально накалывают. – Она подошла ближе к столу и обращалась теперь к его макушке. – Что она черт побери, не знает, кто я такая? У меня в Нью-Йорке было дело не меньше, чем здесь у нее, а она думает, что со мной можно разговаривать, как с подзаборной шлюхой!

Мартин не успел ей ответить – раздался звонок переговорного устройства.

– Мартин, зайди, пожалуйста! – произнесла по-французски мадам загробным голосом.

– Что она сказала? – обратилась к Сандрине Анжела, сощурив глаза.

– Она попросила его зайти.

– Ах, вот как, – сказала Анжела с нарочитым лондонским акцентом.

Мартин поднялся, собрал свои бумаги в неровную стопку и повернулся к Сандрине:

– Дорогая, не будете ли вы так добры проводить вместо меня Анжелу и помочь ей поймать такси.

– Пойдем, – резко сказала Анжела, направляясь к лестнице. – Прогуляемся немного.

– Но ты хотела взять такси. – Сандрина последовала за ней.

– Я видела стоянку у моста по пути сюда, – отозвалась Анжела с середины лестницы. – Чтоб он сдох, этот придурок. Это он, скотина впутал меня в это дело.

Некоторое время обе женщины молча шли вдоль набережной. Слышен был лишь цокот каблуков Анжелы и крики случайной чайки, летящей над рекой. Засунув руки в карманы мехового жакета, Анжела смотрела в землю.

– Ну их всех на хрен! – наконец сказала она.

Но это звучало не как гневное проклятие, а скорее, как ропот побежденного.

– Что случилось, Анжела? – ласково спросила Сандрина.

– Ничего. Все полетело к чертям собачьим.

– Здесь? У мадам?

– Да нет, еще дома. Поэтому я сюда и прикатила. Санди, я боюсь.

– Это все из-за последнего ареста?

Анжела кивнула, глубоко вздохнула и начала рассказывать Сандрине, почему она приняла решение приехать в Париж и, переступив через себя, снова начать торговать собой.

Барри Риццо договорился с окружным прокурором, что тот снимет обвинения против Анжелы, если она даст обещание не заниматься своим бизнесом и заплатит все штрафы и просроченные налоги. Денежные проблемы совершенно выбили ее из колеи. Через неделю после ареста она получила сообщение из дома престарелых, что ее матери необходима операция, стоимость которой вынудила Анжелу обратиться к Барри с просьбой о займе – пережить еще одно унижение. Неделю она провела в мотеле в Нью-Джерси, чтобы быть около матери во время операции, но сердце больной не выдержало, и на следующий день после операции мать умерла. Когда Анжела вернулась в свою квартиру, то обнаружила, что все ее пожитки выброшены на улицу. Присматривающий за ними швейцар надменно сообщил ей, что домовладелец «не желает терпеть в своем доме особ, которые торгуют шлюхами», и вручил судебный ордер на выселение.

55
{"b":"10265","o":1}