ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Слушай меня, человечек. Скажи своему народу, что орки поймали тебя, но решили не убивать. Скажи им, — он посмотрел на Трэля, — что они проявили милосердие и пощадили тебя. А ещё скажи, что, если они попытаются нас найти, у них ничего не выйдет. Мы скоро уйдём. Ты понял?

Мальчик кивнул:

— Хорошо.

Повернувшись к Рекшаку, Гром сказал:

— Отнеси его назад. Немедленно. И когда в следующий раз наткнёшься на человечьего щенка, проходи мимо.

Рекшак кивнул. Нарочито грубо он схватил мальчика за руку и поставил на ноги.

— Рекшак! — Голос вождя налился угрозой. — Если ты ослушаешься меня и с мальчиком случится что-нибудь плохое, я узнаю об этом. И не прощу.

Рекшак слегка нахмурился.

— Как будет угодно моему повелителю, — кивнул он и, таща мальчика за собой, пошёл к одному из многочисленных извилистых проходов в скале.

На лице Искара отразилось недоумение.

— Повелитель, — начал он, — это же выкормыш Блэкмура! От него так и воняет людьми, он бахвалится тем, что боится убивать…

— Я не боюсь убивать тех, кто заслуживает смерти, — прорычал Трэль. — Но я не убиваю тех, кто её не заслуживает.

Адский Вопль положил одну руку на плечо Искару, другую — на плечо Трэлю.

— Искар, мой старый друг, — заговорил он, его суровый голос смягчился, — ты видел, каким я бываю, когда меня одолевает жажда крови. Мне приходилось убивать человеческих детей. Но, сражаясь таким образом, мы потеряли всё, что у нас было, и где мы теперь? Наши родичи влачат жалкое существование в лагерях и не могут добыть свободу даже самим себе, не говоря уже о том, чтобы сражаться за других. Мы дошли до этого именно потому, что воевали так. Давно уже я жду, что предки укажут мне новый путь, который поможет нам вернуть былую славу. Только дураки повторяют одно и то же, ожидая нового результата, а я не дурак, кем бы я ни был. Трэль оказался достаточно силён, чтобы одолеть лучших. Он ходил тропами людей и повернулся к ним спиной, чтобы стать свободным. Он бежал из лагеря и наперекор всем препятствиям сумел найти меня. Я согласен с ним. Убивать надо только врагов. Придёт день, друг мой, и ты тоже увидишь в этом мудрость.

Он дружески сжал плечо Искара.

— А теперь оставьте нас. Все.

Медленно и неохотно, бросая хмурые взгляды в сторону Трэля, орки разошлись. Трэль ждал.

— Теперь мы одни, — сказал Адский Вопль. — Ты голоден, Трэль из Дэрнхолда?

— Умираю от голода, — признался Трэль. — Но я просил бы не называть меня Трэлем из Дэрнхолда. Я бежал из Дэрнхолда, и мне неприятно вспоминать это место.

Неуклюже переваливаясь, Гром подошёл к одной из небольших пещер, отдёрнул занавес и взял оттуда большой кусок сырого мяса. Трэль, благодарно кивнув, принял угощение и жадно впился в него зубами. Его первая честно заработанная пища на свободе. Никогда ещё оленина не казалась такой вкусной.

— Быть может, нам стоит изменить и другую часть твоего имени? Так называют рабов, — предложил Адский Вопль, садясь на корточки и не отрывая пристального взгляда от Трэля. — Такое имя — знак позора.

Трэль задумался, жуя мясо. Потом проговорил:

— Нет. Это имя дал мне Блэкмур, так что я никогда не забуду о том, что когда-то был не более чем его вещью, что когда-то принадлежал ему. — Его глаза сузились. — Никогда. Я сохраню это имя, и однажды, когда мы снова встретимся, он вспомнит все и пожалеет об этом всем сердцем.

— Ты собираешься убить его? — Гром продолжал рассматривать гостя.

Трэль ответил не сразу. Он вспомнил, как чуть не убил Сержанта, увидев Блэкмура на его месте, и о том, сколько раз красивое и надменное лицо Блэкмура вставало перед его внутренним взором на арене. Он вспомнил его невнятную речь и муки, которые причиняли его побои. Он вспомнил боль на прелестном лице Тареты, когда она говорила о хозяине Дэрнхолда.

— Да, — твёрдо сказал он. — Я убью его. Если кто-то на этом свете и заслуживает смерти, это, несомненно, Эделас Блэкмур.

Адский Вопль хихикнул — странный, неуместный звук.

— Хорошо. Хоть кого-то ты хочешь убить. А то я все сомневался, верный ли выбор я сделал.

Он показал на кусок ветхой ткани, которая торчала из-за пояса Трэля.

— Это не похоже на человеческую работу.

Трэль вытащил и развернул своё одеяло, прихваченное из плена.

— Так и есть. Именно в этом одеяле нашёл меня Блэкмур, когда я был ещё совсем маленьким. — Он передал его Адскому Воплю. — Это всё, что я знаю.

— Я уже видел этот знак, — признался Гром, рассматривая белую волчью голову на синем поле. — Это знак клана Снежного Волка. Где Блэкмур тебя нашёл?

— Он всегда говорил, что это было где-то неподалёку от Дэрнхолда, — ответил Трэль.

— Тогда твоя семья забрела далеко от дома. Интересно знать почему.

Трэль загорелся надеждой:

— Ты знал их? Ты можешь сказать мне, кто мои родители?

— Я могу сказать только, что это знак клана Снежного Волка и что они живут очень далеко отсюда, где-то высоко в горах. Их изгнал Гул'дан. Я так и не узнал почему. Мне казалось, что Дуротан и его народ преданы мне. Говорят, они подружились с дикими белыми волками, но нельзя верить всему, что болтают.

Трэль был разочарован. И всё же теперь он знал больше, чем раньше. Он накрыл небольшой кусочек старой ткани огромной ладонью, удивляясь, что когда-то был таким маленьким.

— Ещё один вопрос, если ты позволишь, — продолжил Трэль. — Однажды, когда я был младше, я тренировался за стенами крепости, и мимо проехал фургон, в котором везли нескольких… — Трэль замялся. Как правильно сказать? Заключённых? Рабов? -…нескольких орков в лагеря для интернированных. Один из них вырвался на свободу и напал на меня. Он всё время что-то выкрикивал. Я так и не понял, что он хотел сказать, но запомнил его слова. Может быть, ты скажешь мне, что они значат?

— Что за слова?

— Ках! Бин мог г'тазаг ча! — произнёс Трэль.

— Это было не нападение, мой юный друг, — вздохнул Гром. — Он кричал: «Беги! Я прикрою тебя!»

Трэль в изумлении уставился на него. Все эти годы он думал, что на него хотели напасть, а на самом деле…

— Я тренировался вместе с другими бойцами, — пояснил он. — Я стоял, окружённый людьми, без щита и доспехов… Он погиб, Гром. Они изрубили его на куски. Вероятно, он подумал, что они глумятся надо мной, нападая дюжиной на одного. Этот орк погиб, стремясь защитить меня.

Адский Вопль молча ел, по-прежнему глядя на гостя. Трэля все ещё мучил голод, но он положил истекающую кровью оленью ляжку на каменный пол. Кто-то отдал свою жизнь, чтобы помочь незнакомому юному орку. Через несколько минут, без всякого удовольствия, он снова вонзил зубы в мясо. Он обязательно отыщет клан Снежного Волка и узнает правду о своём происхождении.

11

Никогда ещё Трэлю не было так хорошо. Несколько дней он пировал вместе с орками, распевал их свирепые песни и не отходил от Адского Вопля.

Трэль узнал, что орки не имеют ничего общего с бездумными машинами для убийства, какими их живописали книги. Это было благородное племя искусных воинов, и слава убийц не помешала им создать тонкую и богатую культуру. Адский Вопль рассказывал о том времени, когда каждый клан жил сам по себе. У каждого был свой знак, свои обычаи и даже свой язык. Духовных вождей кланов называли шаманами, они имели дело с магией природы, отличной от злой магии демонических, неприродных сил.

— Но ведь магия есть магия? — поинтересовался Трэль, который до сих пор почти не сталкивался с колдунами.

— И да, и нет, — ответил Гром. — Иногда эффект тот же самый. Например, если шаман призовёт молнию, чтобы поразить своих врагов, они превратятся в пепел.

— Значит, магия есть магия, — кивнул Трэль.

— Но, — продолжил Гром, — молния — это естественное явление. Ты обращаешься к ней с просьбой. А с адским пламенем ты заключаешь сделку. Это стоит тебе частицы тебя самого.

— Но ты говорил, что шаманы почти перевелись. Не значит ли это, что путь колдунов оказался лучше?

23
{"b":"10267","o":1}