ЛитМир - Электронная Библиотека

Позже Джиллиан осознает, что это была не первая их встреча. До этого вечера, в конце концов, они несколько раз обедали вместе. Но в душе она все равно считала эту встречу их первым настоящим свиданием. Майкл тогда предложил уехать из кампуса и поужинать в Бостоне, в ресторане «У моря», что на рыночной площади Куинси.

Джиллиан любила Куинси. В двух шагах - морской аквариум, а чуть дальше - здание администрации штата. Немного в стороне - непривлекательный образец бетонного строения, городская ратуша. Но сама Куинси, с историческим фанейль-холлом в центральной части, была одним из ее любимых мест в Бостоне. Многокрасочная, наполненная музыкой уличных артистов, бродивших по булыжной мостовой, и запахами от многочисленных тележек с едой и цветами.

В тот вечер, когда они гуляли, взявшись за руки, им довелось пройти мимо жонглера на одноколесном велосипеде; остановившись на минуту, Джиллиан с восхищением уставилась на артиста с раскрашенным лицом. Взглянув затем на Майкла, она обнаружила, что его внимание приковано не к жонглеру, а к ней. Пока она смеялась над ужимками клоуна, Майкл смотрел на нее, и его улыбка не так уж отличалась от ее собственной. В тот момент она уже чуть-чуть его любила. Правда, сказала ему об этом много позже.

Суть заключалась в том, что Джиллиан считала - и говорила это всем друзьям - Майкла своим летним увлечением. Но, когда она увидела, что он смотрит на нее такими глазами, сердце ее учащенно забилось. Он купил ей цветок - одну-единственную красную розу - и сделал это настолько небрежно, без всякой торжественности, что вместо благородного романтического жеста получился обыденный, словно сама мысль о том, что он может не купить ей цветов, была попросту смехотворна.

Долгий летний день подходил к концу; вечернее солнце еще освещало город, когда они ушли с оживленных, истоптанных туристами улочек вблизи Куинси и вошли в ресторан «У моря». Столик был заказан заранее, но их попросили подождать еще минут двадцать, поэтому они устроились за стойкой бара.

Они пили вино, сидя бок о бок, чтобы слышать друг друга в этом гаме. Он держал ее за кончики пальцев. В его глазах светились восхищавшие ее уверенность в себе и пыл молодости. Разговор перескакивал с одного предмета на другой; они говорили о своих семьях, о жизни и устремлениях… о будущем.

Ее охватило странное чувство, и она, сощурившись, улыбнулась.

– Что такое? - спросил он. - В чем дело?

– Ни в чем, - сказала она, вся светясь. Джиллиан отхлебнула вина, настаивая на том, чтобы он продолжал говорить.

То странное ощущение, такое неуместное в гуще переполненного народом, шумного ресторана, означало ее страсть к Майклу. Как могла она чувствовать такое к этому парню, которого только начала узнавать?

– Послушай, Майкл, - сказала она, застенчиво опустив глаза.

– Да?

Она подняла голову. Если она будет смущаться, ее мысленное послание не дойдет. Она прямо посмотрела на него.

– Ты мне нравишься. Действительно нравишься. Но мне хочется просто выяснить это сейчас, чтобы мы могли приятно провести остаток вечера. Это наше первое настоящее свидание, и мне надо получше узнать человека, чтобы комфортно себя чувствовать, когда…

Джиллиан слегка дернула плечами, надеясь, что этого достаточно. Так и оказалось. Майкл с жаром закивал.

– О да. Конечно. Я… то есть не могу сказать, что ожидаю подобного завершения вечера.

Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга, пока она пыталась осмыслить скрытый в этой фразе смысл. Он этого не ожидает, но вовсе не исключает такой вариант.

– Просто чтобы не было недоразумений, - пояснила она.

Он снова кивнул с самым серьезным видом.

– Ну конечно.

Четыре часа спустя они стояли на крыше университетской библиотеки, откуда открывался самый захватывающий романтический вид Бостона, какой ей приходилось видеть. Джиллиан уже сообщила ему, чего она не собирается делать, но оставалось еще много неясного насчет того, что она хотела бы делать. Например, в том, чтобы поцеловаться с ним, не было ничего невозможного.

Его лицо освещала луна. Положив ладони ей на затылок, он наклонился к ней, и Джиллиан показалось, что земля уходит у нее из-под ног. Обняв его за плечи, она помимо своей воли поцеловала его в ответ прижимаясь к нему всем телом. Руки Майкла гладили ее по спине, скользя вниз, к изгибу ягодиц. Когда его рука скользнула ей под юбку, она на мгновение испытала полное замешательство. Рассудок приказывал ей сжать ноги, оттолкнуть его руку… но тело отказывалось подчиняться. Вместо этого ноги ослабли и едва не подкосились, так что ей пришлось прислониться спиной к перилам.

Ни минуты не колеблясь, Майкл приспустил ее трусики. Нежно целуя ее, он трогал ее там, лаская и дразня прикосновениями пальцев.

Разгоревшееся в ней пламя начисто выжгло все ограничения и сомнения, столь тщательно ею придуманные. Она тихонько застонала, когда он наклонился к ней для следующего поцелуя, а потом потянулась к его брючному ремню. Вслед за этим расстегнула молнию на брюках Майкла. Они стояли в темноте, спрятанные в тенях на крыше библиотеки, но туда все время поднимались люди. Их могли прервать в любой момент.

Джиллиан было наплевать.

Когда Майкл лег на каменную крышу и привлек ее к себе, она спустила трусики ниже коленей и взобралась на него, целуя его лицо, на которое каскадом упали ее волосы. Ее юбка закрывала их обоих, но это им не мешало. Она чувствовала его там, внутри себя. Джиллиан неотрывно смотрела ему в глаза, потрясенная охватившей их обоих страстью. Она часто и коротко дышала, в ритме с движением своих бедер, поднимаясь и опускаясь над ним. Он смотрел на нее так, словно она единственная девушка, встреченная им в жизни.

Она едва дышала.

Просто летнее увлечение.

А теперь дошло до этого. Вместе, рядом в постели, а у нее сжимается сердце, словно он от нее за тысячу миль.

Джиллиан надеялась: что бы ни беспокоило его вечером в понедельник, это постепенно исчезнет. Однако нынешним вечером он казался еще более отстраненным, чем обычно. Она поняла это в тот момент, когда вошла в дверь. Майкл приготовил ужин, жаркое из цыпленка. Он говорил и делал правильные вещи. Но в его глазах было что-то такое…

– У тебя все в порядке? - спросила она, когда они сели ужинать. - Ты всю неделю на автопилоте.

– Все нормально. Только немного нездоровится. Он отвел взгляд в сторону.

Она долго изучала его, отправляя в рот кусочки жаркого и почти не чувствуя вкуса. Майкл действительно казался бледным. Под глазами темные круги. Она спрашивала себя, не затянувшееся ли это действие тех ужасных выходных, и если да, то, что его беспокоит. Кто-то подмешал в его пиво какую-то гадость, но к этому времени все должно было уйти из организма. Возможно, он подхватил грипп или что-то еще.

Или дело не в физическом состоянии. Джиллиан, хотя и неохотно, но вынуждена была признать, что причиной могут быть нервы. Отголоски их ссоры на выходных. Или еще того хуже. Может, все дело в ней. То, как он избегал ее взгляда, его усмешка в ответ на ее вопрос о ночном происшествии.

Майкла преследуют какие-то навязчивые мысли, и он не хочет с ней об этом говорить. Джиллиан почувствовала в тот вечер за ужином, как отдаляется от него. Даже ее «язык тела» стал другим: руки плотно прижаты к бокам, колени повернуты в сторону от него. Обычно он был очень восприимчив к такого рода знакам, но тогда ничего не заметил, слишком погруженный в собственные мысли.

И вот теперь она лежала подле него, вспоминая ту первую ночь, когда они занимались любовью при свете луны, на фоне неба с очертаниями бостонских небоскребов. В ее сердце все еще отзывался трепет той ночи. Это все Майкл. Она его любит. Он часто повторял, что одна из черт, которая ему в ней очень нравится, - это то, что в ней совершенно нет присущего многим людям лицемерия.

«Довольно», - подумала она.

Джиллиан поцеловала мужа в затылок и, обвив рукой, стала гладить пальцами по груди. Потом, передвинув ладонь пониже, просунула ее под пояс хлопчатобумажных шортов и обхватила пальцами его пенис.

20
{"b":"10270","o":1}