ЛитМир - Электронная Библиотека

Томас уложил Натана обратно в постель и поцеловал мальчика в лоб. Он накрыл сына одеялом и прошел по коридору обратно в свою комнату, даже не взглянув, лежит ли все еще на полу зеленое перо.

Заснуть он не мог еще долго. Но даже когда сон пришел, он был прерывистым. Томаса преследовали свои кошмары, все до единого благополучно забытые в считанные секунды после того, как он проснулся на рассвете воскресным утром.

ГЛАВА 3

Она чувствовала себя изменницей. Вот в чем беда. Сколько бы Эмили ни твердила себе, что Томас ей больше не муж, она все равно чувствовала себя изменницей.

Лучи утреннего солнца полосовали кровать, мир светотени, в котором она уютно устроилась под бордовой хлопковой простыней. Ногам на солнышке было тепло, левая ступня высовывалась из-под одеяла. Но ее туловище, ее лицо, тонущее в двух пышных подушках, нежились в приятной прохладе в тени, которая только и осталась от темноты.

Если, конечно, не считать Джо Хэйеса, мужчину, который провел эту ночь в ее постели. В постели, где они с Томасом зачали их единственное дитя, где они сделали своего маленького мальчика, которого оба любили так сильно.

Она чувствовала себя изменницей.

Эмили лежала с закрытыми глазами еще некоторое время, долгие минуты после того, как она полностью проснулась. Она не хотела знать. Не хотела думать. Просто наслаждалась ощущением свежего ветерка на лице, теплым солнышком, ласкающим ноги, и присутствием еще одного человека рядом с ней в постели. Тяжестью мужского тела.

В конце концов Эмили перевернулась на другой бок, шелестя простынями, и с облегчением обнаружила, что Джо еще спит. Она смотрела на него, смотрела, как вздымается и опадает его грудь, смотрела на его великодушное лицо, на это невинное выражение, за которым скрывалась способность, которой обладают все мужчины, – способность растоптать душу женщины безо всякого злого умысла. Вот что в них самое худшее, подумалось Эмили. Они так часто несут разорение, оставляют после себя одни руины, и все это из самых благих побуждений. Просто они думают по-другому.

Хотя, возможно, у них больше общего, чем Эмили хочется признать. Ведь оказались же они в одной постели. Джо – добрый и искренний, умный и забавный; быть может, чуточку заносчив, но в небольших дозах ей это нравится. Именно это убедило ее вчера, что грядущая ночь – самое время, чтобы довести их зарождающиеся отношения до логического конца. Но что в нем привлекло ее? Что подвигло ее начать кокетничать с ним тем вечером, когда девицы с работы вытащили ее «развеяться»?

Он был настоящим красавцем, но, казалось, не сознавал этого.

И да, он был на целых семь лет младше нее, а мужчина в этом возрасте обладает какой-то пьянящей недосягаемостью. Ну, во всяком случае, он казался недосягаемым в тот вечер, когда они познакомились. На вид.

Внезапно захваченная влечением к нему, Эмили наклонилась, соскользнувшая простыня открыла ее наготу – когда, кстати, она в последний раз спала нагишом? – и крепко поцеловала Джо в губы. В тот же миг его глаза распахнулись, и он ответил на ее поцелуи еще до того, как проснулся. Его руки поднялись и обхватили ее, и она ленивым движением завалилась на него. Его тело на мгновение напряглось, как будто спрашивало ее о намерениях. Но ей сейчас нужен был не секс, она хотела близости.

Эмили получила ее и была обрадована тем, что Джо оказался таким щедрым на это. Он страстно целовал ее, его пальцы играли ее волосами, ее груди прижимались к его груди. Потом поцелуй завершился, и любовники прижались друг к Другу носами и улыбками, и лишь после этого они отстранились друг от друга – Эмили почти упала на постель.

Внезапно с ощущением счастья она перестала чувствовать себя изменницей. У нее возникло такое чувство, что это было самое удачное ее решение за долгое-долгое время.

– Доброе утро, – сказал Джо чуть хрипловатым со сна голосом.

– Угу, – согласилась Эмили. – Доброе. Хотя если бы ты поднялся раньше меня и приготовил завтрак, оно было бы еще лучше.

– Я что, похож на кухонного мужика? – осведомился он с озорной ухмылкой.

– Ну… – протянула она игриво, и он легонько шлепнул ее по ягодице. Легонько ровно настолько, чтобы это было приятно. – О-о, – проворковала она, – повтори еще разок.

– Ну уж нет, – притворно оскорбился Джо. – Ты этого не заслуживаешь.

– Правда? – кокетливо осведомилась она.

Оба замолчали, глядя друг на друга.

– Я рад, что не ушел вчера вечером, – сказал он.

В голове у Эмили тренькнул тревожный звоночек.

– Ты хотел уйти? – спросила она, не потрудившись скрыть обиду и досаду.

– Обычно я не задерживаюсь до утра, – отозвался он как ни в чем не бывало. – Это все равно что перейти какую-то границу, когда секс превращается в нечто большее, и ты никогда не знаешь, не пожалеет ли женщина обо всем утром От этого может быть очень неловко, и иногда лучше уйти и посмотреть, как все сложится потом.

– И почему же ты не ушел? – поинтересовалась Эмили, уже лучше овладев собой.

– Разве это не очевидно? Мне не хотелось уходить. Это ничего? – с надеждой спросил Джо.

– Это гораздо лучше, чем ничего, – ответила она.

– Значит, ты не жалеешь?

Вопрос повис между ними на насколько секунд, и Эмили вдруг вспомнилось, как на школьных танцах в восьмом классе монахини расхаживали по залу, приглядывая, чтобы девочки и мальчики оставляли между собой пространство – «для Святого Духа». Она чуть не прыснула, но вовремя остановилась. Джо может неправильно это понять. Она вдруг обнаружила, что очень тщательно подбирает слова для того, что собиралась сказать.

– Эм? – повторил он, нахмурив брови, и сел на постели с поджатыми под себя ногами.

Ей нравилось, что для него все это, похоже, имело такую важность. Она так давно не была ни с каким вообще другим мужчиной, кроме Томаса, так давно вообще выбыла из этой гонки, что это приводило ее в ужас. Она вспоминала головоломные тендерные игры, в которые играла до замужества, и далеко не все из них с нежностью. С Джо все было совсем не так. Ей повезло. Пока что.

– Нет, – сказала она наконец с такой серьезностью, от которой, казалось, изменилась даже температура в комнате. – Я не жалею ни о прошлой ночи, ни о том, что ты все еще здесь. Мне… ужасно хорошо с тобой.

– Я так и слышу надвигающееся «но», – мрачно проговорил Джо.

– Но, – сказала Эмили со слабой улыбкой, – я – женщина с прошлым, понимаешь? Томас будет частью моей жизни до конца моих дней, пусть даже временами мне хочется его убить. Он был не просто моим мужем – он был еще и моим лучшим другом. И он отец моего ребенка. Он все время будет маячить на горизонте, неважно, злюсь я на него или до сих пор немножко люблю, – это состояние каждый день разное. Это не имеет к тебе никакого отношения. Эта часть моей души для тебя закрыта.

Эмили в упор посмотрела на него.

– Ну, ты не бьешь себя в грудь, не кричишь, как Тарзан, и не бежишь к двери, так что, полагаю, это добрый знак, – сказала она чуть погодя.

Однако на этот раз настал черед Джо молчать. Его глаза перескакивали с места на место, искали в ее лице что-то такое, в наличии чего она была вовсе не уверена. Потом он опустил взгляд на постель и вздохнул. Теперь солнечные лучи тянулись через всю кровать, и он повернул голову так, что его серые глаза оказались в тени. Поскреб костяшками пальцев подбородок, за ночь заросший щетиной.

Когда он наконец посмотрел на нее, Эмили на один предательский миг почувствовала, что может полюбить Джо Хэйеса, если он правильно разыграет свою карту. Предательский потому, что она никогда толком не умела играть в карты.

– Эмили, милая, послушай, – сказал Джо. – Мы сейчас находимся в первой главе нашего романа, во что бы он потом ни превратился. Что касается меня, я хочу посмотреть, в какую сторону повернет сюжет. Все, что случилось в прошлой книге, интересует меня лишь постольку, поскольку благодаря этому ты стала такой потрясающей женщиной, какой мне кажешься.

9
{"b":"10271","o":1}