ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В общении с Йоко Оно Кляйн оказался таким же ловким, как и в беседе с непредсказуемым Джоном. В его речах ни разу не промелькнуло и намека на ту снисходительность, с которой к Йоко относились мужчины из окружения «Битлз» и которая буквально сводила ее с ума. Кляйн обращался к ней так же уважительно, как и к Джону, подчеркивая, что принимает их за равных, и за это Джон был ему очень признателен. А вознаграждение не заставило себя долго ждать.

Прошло не больше двух часов, как Джон сказал: «Слушай, Аллен, а ты не хотел бы стать нашим с Йоко менеджером?» В ту пору Леннон уже не мог говорить от лица остальных членов группы. «Ты не сможешь быть менеджером „Битлз“, — предупредил он Кляйна, — потому что они уже подписали договор с Истманом».

Это известие не испугало Кляйна. «Адвоката всегда можно уволить», — ответил он, не давая вместе с тем немедленного согласия, несмотря на то, что его финансовое положение было немногим лучше, чем у Джона. Кляйн был прирожденным транжирой — и прирожденным оптимистом. Подобно игроку в покер, он умел пасовать и знал, когда поднимать ставку. Он решил не торопиться и ответил, что будет счастлив работать с Леннонами.

«Хорошо, так что же нам теперь делать?» — сразу взял быка за рога Джон.

«Я думаю, вам лучше отправиться спать», — ответил Кляйн.

«В чем дело? — возмутился Леннон. — Ты отказываешься?»

«Вовсе нет», — улыбнулся Кляйн. «Тогда скажи, что я должен делать», — повторил Джон. «Я считаю, — решился, наконец, Кляйн, — что вам надо написать своим партнерам и поставить их в известность о том, что вы предложили мне вести ваши дела. Но прежде чем сделать это, вам следует позвонить им — это будет более по-дружески».

С этими словами Кляйн вышел в соседнюю комнату и вернулся с пишущей машинкой, которую поставил на пол, заправив в нее чистый лист бумаги. К трем утра Йоко отпечатала уведомления, которые были адресованы сэру Джозефу Локвуду из «И-Эм-Ай», Дику Джеймсу из «Норзерн Сонгз», Клайву Эпстайну из «НЕМС Ентерпрайзис» и Харри Пинскеру из «Брайс энд Ханмер». Текст послания гласил: «Я обратился к Аллену Кляйну с просьбой взять на себя ведение моих дел. Прошу Вас предоставить ему любую необходимую информацию и полное сотрудничество. С любовью, Джон Леннон».

Выталкивая Аллена Кляйна на ринг против Джона Истмана, Джон на самом деле готовил атаку против Пола. 3 февраля «Битлз» провели совещание, на котором тремя голосами против одного решили нанять Аллена Кляйна в качестве менеджера группы, преодолев таким образом протест Пола. Затем ребята встретились с Кляйном и Истманом. Истман предложил Аллену сопровождать его во время встречи с сэром Джо, на что Кляйн ответил резким отказом, мотивировав его тем, что хочет чувствовать себя свободным в плане ведения дел «Битлз», точно так же как Истман должен иметь свободу, как их адвокат. На следующую встречу с Кляйном Истман пригласил своего отца. Но и в этот раз Аллен Кляйн хорошо подготовился.

Не успел Ли Истман усесться рядом с сыном и будущим зятем, как у него буквально выбили почву из-под ног. Аллен Кляйн с дразнящей улыбкой на устах начал совещание с того, что огласил результаты небольшого расследования, в ходе которого выяснилось, что настоящее имя Ли Истмана Леопольд Эпстайн! Джон Леннон разразился жестоким смехом, и до конца совещания они с Кляйном обращались к Истману не иначе, как «Эпстайн»: «Да, мистер Эпстайн» или «Нет, мистер Эпстайн», или «Если бы меня звали Эпстайн...» — так продолжалось до тех пор, пока обычно вежливый адвокат не взорвался. «Он обзывал меня самыми последними словами, — вспоминал Кляйн. — А я просто сидел и слушал, как он отводил душу. И всем стало ясно, каким он был на самом деле: вспыльчивым, педантичным, высокомерным». В конце концов Истман вылетел, хлопнув дверью, вместе со своим сыном и все тем же будущим зятем.

Но гнев Истмана был ничем по сравнению с яростью Джона Леннона. «Да он просто свинья! Глупая, поганая буржуйская свинья! — бушевал Леннон. — Он решил, что может навешать мне хреновой лапши своими разговорами о сраном Кафке, Пикассо и Кунинге, черт их всех дери! Да плевать мне на них!» Так началась затяжная война, которая привела к распаду «Битлз».

Несмотря на то, что Пол ненавидел Кляйна столь же страстно, насколько Джон ненавидел Истманов, ему пришлось в конце концов согласиться на то, чтобы уполномочить нового менеджера разобраться с финансовыми делами группы. На целых два месяца Аллен погрузился в работу, проводя все свое время в офисе «Эппл», окруженный горой документации. Когда работа была завершена, у него в голове ярким неоновым огнем горело только одно слово: ИДИОТ!

Брайену Эпстайну, этому маленькому лорду Фонтлеруа, удалось невозможное. Он заполучил в свои руки величайшее дело в истории шоу-бизнеса и умудрился провалить его, заключая одну неудачную сделку за другой. Вся эта история представляла собой сплошной кошмар. Ни одного нормального контракта, ни одного случая, когда оговоренные процентные отчисления реально соответствовали уровню и отвечали интересам музыкантов. Но самым катастрофичным было то, что «Битлз» действительно были разорены, мало того, у них не было никаких шансов вернуть хотя бы часть того, что они потеряли.

О чем бы ни шла речь — об авторских отчислениях, которые они получали от продажи пластинок, правах на издание песен, концертных турне, фильмах — Брайен Эпстайн неизменно соглашался на оскорбительно ничтожные условия для своих клиентов.

Когда Аллен Кляйн взглянул на нижнюю строчку аудиторского заключения, он сразу обратил внимание на две цифры, стоявшие там, как надгробные памятники. Одна из них показывала чистую прибыль «Битлз» за 1968 год — жалкие 78 тысяч фунтов. Вторая отражала задолженность «Битлз» перед компанией «Эппл», у которой они были вынуждены занимать деньги для оплаты своих счетов: Джон был должен 64 тысячи, Пол -66 и по 35 тысяч Джордж и Ринго. Требовалось немедленно что-то предпринять, пока ребятам не пришлось распродавать имущество.

Свою первую атаку Кляйн обрушил на «НЕМС», которая находилась теперь в руках Куини и которой руководил брат Брайена Клайв. Несмотря на то что компания перестала выполнять какие-либо полезные для группы функции, она продолжала получать двадцать пять процентов от всех ее доходов. Джон Истман попросил у Локвуда заем в размере 1 250 тысяч фунтов для того, чтобы группа могла выкупить «НЕМС» у нынешних владельцев, но Аллен отговорил «Битлз» от этой сделки, предупредив их, что возвращать им придется два миллиона. Кроме того, он считал, что у него неплохие шансы заполучить «НЕМС» вообще задаром, поскольку, по его мнению, Клайв не был готов к тому, чтобы ввязаться в процесс, который могли затеять против него «Битлз», обвинив компанию не только в несоблюдении их интересов, но и в жульничестве, присвоении денежных средств и плохом управлении. Аллен Кляйн оказался прав. Как только Клайв получил от Джона Истмана уведомление о том, что Кляйн затеял аудиторскую проверку состояния дел между «Битлз» и «НЕМС», а также «Немперор Холдинг Лтд» (правопреемником «НЕМС»), он сразу сообразил, что ему нельзя терять ни минуты. Ему надо было немедленно и во что бы то ни стало выбраться из этой неприятной истории. Он связался с Леонардом Риченбергом из «Трайомф Траста» и продал ему «НЕМС» за 750 тысяч фунтов.

Аллен Кляйн отреагировал на этот неожиданный поворот со свойственной ему быстротой и смелостью. Появившись в офисе Риченберга, он поздравил соперника с удачным приобретением, после чего поведал ему, что аудиторская проверка выявила огромную сумму долгов, которые наделал Эпстайн еще в те времена, когда группа выступала с гастролями. Кроме того, против «НЕМС» было подано столько судебных исков, что, начав защищаться, «Трайомф» мог поставить себя на грань банкротства. Риченберг выставил Кляйна за дверь. Ничуть не смутившись, Кляйн написал фирме «Генри Энсбачер энд Компани», ответственной за получение авторских гонораров «Битлз», письмо с распоряжением с этого момента переводить все денежные средства на счета «Эппл Корпс».

84
{"b":"10287","o":1}